Хозяйка запретной колыбели. Ненужные дети драконов - Лилия Тимолаева

— Это кто?

— Новая хозяйка Колыбели.

Мальчик у окна опустил книгу. Из-под стола тоже выглянули, и я вдруг забыла все слова, которые собиралась сказать. Передо мной были семеро детей, а я не знала даже, что стало с женщиной, занимавшей мое место.

— Меня зовут Евгения. Можно Женя.

— Хозяйку так не зовут, — сообщил мальчик с веревкой.

— Меня зовут. Придется привыкать.

Он недоверчиво покосился на Клеменса.

— А вы надолго?

— До закрытия Колыбели, — ответил тот.

Девочка положила ножницы на стол. Старший закрыл книгу, а ребенок под столом втянул ноги так, что носки исчезли из виду.

— Мы ведь только знакомимся, — тихо сказала я Клеменсу.

— Они знают о сроке.

— Значит, уже привезли? — спросила девочка.

Она смотрела на лист в моей руке. Я невольно опустила его.

— Сегодня вечером прибудет сопровождающий, — сказал Клеменс.

— Рина, подожди, — попросил старший мальчик, увидев, что она собирается возразить.

Рина отвернулась и сдвинула ножницы к самому краю стола. Миро потянулся было за ними, но передумал.

Я убрала список за спину. Сверять детей с бумагой больше не хотелось.

— Давайте вы сами представитесь. Я боюсь кого-нибудь перепутать.

— Миро, — сразу сказал мальчик с веревкой.

Старший назвался Тивеном. Девочка с гребнем оказалась Лорой, а ее терпеливая подруга — Асей. Рина промолчала; я кивнула ей, давая понять, что имя уже запомнила. Малыша возле башни звали Оли. Он поднял на меня глаза, показал брусок и немедленно вернулся к постройке.

Оставался ребенок под столом. Я присела у свободного края, стараясь не загораживать ему выход. Темноволосый мальчик сидел, обхватив колени, и смотрел настороженно.

— А ты Кай?

— Нет.

— Тогда как тебя зовут?

— Никак.

Я помолчала. Заставлять его представляться при всех казалось плохим началом.

— Хорошо. Скажешь, когда захочешь.

Он разглядывал меня еще несколько секунд, затем немного подвинулся к свету.

— Вы правда хозяйка?

— С сегодняшнего утра.

— А прежняя где?

— Госпожа Вераст больше здесь не работает, — ответил Клеменс.

Рина усмехнулась:

— Потому что не подписала.

Я выпрямилась.

— Что не подписала?

— Документы о подготовке к закрытию, — произнес Клеменс. — Она отказалась выполнять решение короны.

— А вместо нее назначили человека, который ничего об этом решении не знает?

— Вы соответствуете уставу. Хозяйкой может быть совершеннолетняя женщина, свободная от обязательств перед драконьими родами. Вам необходимо законное место в нашем мире, нам — человек, способный организовать работу дома на оставшийся срок.

Договор я прочитала, а устав даже не попросила. После бессонной ночи мне хотелось верить, что люди, предложившие помощь, сами знают, как лучше. Теперь я стояла посреди детской комнаты и выясняла, почему здесь освободилось место.

— Мне понадобится этот устав, — сказала я. — И бумаги, которые отказалась подписывать госпожа Вераст.

Клеменс коротко кивнул.

— А если вы тоже откажетесь? — спросила Рина.

Я посмотрела на нее. Оли перестал переставлять бруски; даже Миро замер с веревкой в руках.

— Пока не знаю. Сначала мне надо разобраться.

— Значит, все-таки подпишете.

— Рина, я не могу обещать вам другое только для того, чтобы понравиться.

Она опустила глаза. Мне хотелось добавить что-нибудь утешительное, но я не представляла, чем вправе их утешать. Я сама ждала, когда чужие люди решат, можно ли мне вернуться домой.

Миро нарушил молчание:

— А вы правда из другого мира?

— Правда.

— Там драконы есть?

— Нет.

Он даже веревку отложил.

— Совсем? А кто летает?

— Птицы. Люди тоже летают, только на специальных машинах.

— На машинах? — Миро подался ко мне. — А как они держатся?

— Боюсь, сейчас я объясню так, что ты совсем перестанешь мне верить. Давай потом нарисую.

Тивен чуть улыбнулся. Рина все еще смотрела в сторону, но осталась слушать.

Клеменс напомнил, что ему пора. Я попросила перед уходом познакомить меня с персоналом, и выяснилось, что после решения о закрытии большую часть работников уже перевели. Осталось трое. Готовила Берта; на ней же лежали уборка и часть стирки. С остальным помогали старшие дети.

— А хозяйством кто занимается?

Клеменс посмотрел на меня, и я поняла раньше, чем он ответил.

— Организация работы входит в ваши обязанности. Положение временное, госпожа Ладова.

— У вас здесь все временное, — вырвалось у меня. — Даже дети.

— Мы не временные, — тихо сказала Рина.

Мне стало стыдно. Я спорила с чиновником и не подумала, как это прозвучит для нее.

— Прости. Я неудачно сказала.

Клеменс поправил застежку на воротнике. Несколько мгновений он стоял у двери, потом попрощался и ушел.

В наступившей тишине рухнула башня Оли. Малыш сердито оттолкнул бруски, а Кай наконец выбрался из-под стола.

— Есть хочется.

— Мне тоже, — призналась я. — Покажете, где кухня?

Миро тут же оказался возле двери. Лора отложила гребень, предупредив Асю, чтобы та не трогала недоплетенную косу. Тивен помог Оли собрать бруски в коробку. Рина пошла последней и на лестнице обогнала нас — будто направлялась по собственным делам.

До вечера я узнала о Колыбели больше, чем за все утренние разговоры. Берта оказалась невысокой крепкой женщиной с быстрыми руками. Пока мы знакомились, она успела нарезать хлеб, отодвинуть от Оли горячую кастрюлю и велеть Миро вымыть руки. О другом мире не спросила ничего, зато сразу сообщила, что продуктов хватит на четыре дня, а с понедельника поставки отменены.

— Из-за закрытия? — уточнила я.

Берта кивнула, продолжая раскладывать хлеб.

— Но первый ребенок уезжает только через пять дней.

— Вот и я о том. Говорила уже.

Я посмотрела на стол, за которым рассаживались дети, и попросила после обеда показать мне расходную книгу. С продуктами следовало разобраться прежде, чем с любыми маршрутами.

В жилом крыле протекал кран, две