Скучная жизнь. Книги 1-6 - Виталий Хонихоев

— Девочку жалко. — вставляет Юна и моргает, пытаясь разглядеть что-то в своей чашке: — Такая маленькая красотка была. И маму тоже жалко. Красивая. Была. А у меня вот нет никого! Бон Хва! Как ты думаешь, Джи Мин на меня запал? Я же красивая, а?

— Вот видишь? — разводит руками Чон Джа: — Она и согласилась. Жалко ей девочку.

— Погоди. Так… на что именно она подписалась? Провести переговоры с Ti-Xian о выплате компенсации? Или…

— Видел бы ты сегодня инженера Ли… — качает головой Чон Джа: — на нем лица нет. Ему и жить не хочется. Он считает все случившееся кармическим воздаянием и готов положить жизнь, но заставить руководство Ti-Xian признать свои ошибки и отозвать все автомобили с этим недостатком.

— Ну… тогда понятно, почему от него везде отказались. — говорит Старший: — Понятно почему никто не взялся за такое… это же миллионные затраты. И не в вонах. Отозвать автомобили — еще куда ни шло, ладно, на такое они могут пойти. Но публично признать свою вину… на это они никогда не пойдут.

— Значит, будет война! — поднимает свой палец Юна. Поднимает, потом смотрит на него так, словно видит в первый раз. Сгибает, разгибает, удивленно моргает глазами.

— И эта вот с Ti-Xian воевать собралась? — вздыхает он: — Серьезно? Да по нам катком проедут и все.

— Смотри на ситуацию веселее! — хлопает его по плечу Чон Джа: — Если мы выиграем, то мы этим одним процессом сделаем себе имя! Станем богатыми! И потом — нас же мадам Вонг в бетон не закатала? Не закатала. Значит ты — фартовый! Нужно просто тебя держаться… вон и школьница понимает, что тебя держаться нужно. Вот прямо за рукоятку…

— Это с-совсем не так! — вспыхивает Су Хи. Чон Джа только рукой машет.

— Ты меня не проведешь. Чон Джа-онни развратом занималась, когда ты еще в пеленки гадила. Так что лучше приходи ко мне совета спрашивай, а то я ж вижу, что все неправильно делаете…

— Между прочим, этот мистер Волк живет вместе с этой Чон Джа. — добавляет госпожа Мэй с дивана: — Они спят в одной квартире… которая меньше, чем одна твоя комната.

— Слышу я осуждение в голосе младшей сей? — прищуривается Чон Джа: — И это после того, как мы застали этих двоих — вот так, а тебя — тяжело дышащей в подушку и с лицом цвета созревшего помидора? Ну уж нет, госпожа глава Студсовета, у тебя тут морального права ярлыки раздавать нету вовсе. Хотела бы — так давно ушла бы. Значит, нравится наблюдать? Не переживай, малышка, это нормально. Если нравится наблюдать — проследи за этим жеребцом в ночь с пятницы на субботу, он обычно ее в лав-отеле заканчивает. С менеджерами среднего звена, да.

— Чон Джа… — вздыхает он: — пожалуйста, ближе к делу.

— Да что тут говорить, мистер Хайд. Вляпались мы. Снова. — разводит она руками: — Единственный выход — завтра этому господину Ли документы вернуть и поклониться в пояс. Отказаться от дела. Нам с Ti-Xian конфликтовать… даже не смешно. Тут нас точно в бетон закатают, да еще сверху торговый центр построят. С автосалоном и казино.

— Ты чего такого говоришь⁈ — Юна резко встает с места, едва не опрокидывая стол. Чайная чашка жалобно дребезжит о блюдце.

— Я их победю! То есть побежду! Одержу победу! Ты что, тоже в меня не веришь⁈ Дядя Ин Сон в меня не верит! Кузен Хи Син в меня не верит, кузен Су Син в меня не верит, а у Джун Сина я даже не спрашивала! Только Ё Син говорит, что я умная, и тот говорит, что судебная практика не для меня, что я — слишком мягкая! А какая же я мягкая, когда я против Ti-Xian пошла? Когда их фирма отказалась с инженером Ли сотрудничать, а я — согласилась! Осталось только выиграть! И… вот! — она вытаскивает из кармана телефон и находит там какое-то фото, подает телефон ему: — Посмотри!

— Э… что это? — на экране фотография какого-то документа.

— Это аналитическая выкладка для руководства Ti-Xian! Видишь? Тут черным по белому написано, что выплата ущерба в случае аварий со смертельным исходом, выплачиваемая в результате судебных исков — обойдется им дешевле, чем внесение изменений в конструкцию. Понимаешь? Эти ублюдки из Ti-Xian решили, что им дешевле выплачивать компенсации родственникам погибших, чем сделать машину безопаснее! — Юна стучит кулаком по столу: — Эта девочка погибла из-за них! Циничные, богатые, старые ублюдки! Как так можно было⁈

— Юна, Юна-онни! Это же чеболи! Это же Ti-Xian! Скажи ей, мистер Хайд! Бороться против чеболей — все равно что бороться против ветра и солнца! Все равно, что пытаться вычерпать море чайной ложкой! Я только-только отвыкла от мысли что меня в бетон закатают, только-только перестала по ночам от кошмаров просыпаться, как тут — на тебе. Ты чего? У меня планы есть! Я не собираюсь остаток жизни у него дома жить и вздрагивать от каждой тени!

— У тебя очень странные знакомые, мистер Волк. — обвиняюще тычет в него пальцем госпожа Мэй. Бон Хва чувствует как у него начинает дергаться нижнее веко левого глаза. Видимо так и начинается взрослая жизнь, думает он, когда у тебя нервный тик от происходящего…

— Не спишь? — вышедшая на кухню Чон Джа вытирала голову полотенцем: — завтра в школу же тебе.

— Кое-какие документы смотрю. — говорит он, поднимая глаза от разложенных на столе листов бумаги. Папка инженера Ли оказалась действительно объемной, чтобы слегка перебравшая на фоне своего триумфа в суде Юна Юн не потеряла важные документы, было принято решение взять их на хранение до завтра. Отвезли Юну домой и баиньки уложили в кроватку… процесс, который оказался далеко не таким романтичным, как рассчитывал Бон Хва. Старший сказал, что пьяные женщины вообще бывают эротичными только в начальной стадии опьянения, а потом — туши свет, звони в полицию. Или сразу в скорую помощь за парамедиками.

Так что госпожа Юна Юн, лишенная своей юридической девственности, успешный адвокат, не проигравшая не единого процесса (поскольку и был всего один) сейчас спит у себя дома в своих белых хлопчатобумажных трусиках с рисунком маленького цветочка спереди. А Старший сказал, что ему нужно документы посмотреть,