Выбор - Сергей Баранников

— Если понадобится помощь, обращайтесь, — предложил мужчина. — Я командир спасательного звена, мы с ребятами всегда придём на помощь.

— Разумеется, обратимся! У нас и номер имеется! — пошутил я, вызвав улыбки у окружающих.

— Нет, я серьёзно. Если кто есть знакомый, зовите, а то многие боятся идти, а людей катастрофически не хватает. Из двенадцати расчётов, которые должны постоянно быть на дежурстве, едва ли наберётся полных девять.

Мы поблагодарили спасателя и собирались выходить из палаты, как меня осенила мысль.

— А для тех, у кого с подвижностью проблемы, работа найдётся? — спросил я. — Человек толковый, опытный, жизнь повидал, и в критических ситуациях не теряется. Но у него бионическая нога и возраст такой, что спасательную экипировку не потаскаешь.

— И для таких работа найдётся. Артефактор — в механики пойдёт, а если нет — диспетчером на базу. Координация тоже очень важна, а её частенько не хватает.

Домой я летел со скоростью выпущенной пули. По крайней мере, мне так казалось. Лера едва успевала за мной и запыхалась, когда мы вбежали по ступенькам. Отец с матерью гостили у нас. Мать как раз готовила ужин к нашему с Лерой возвращению.

— За вами что, пациенты гнались, или с работы не отпускали? — рассмеялся отец, заметив наше состояние.

— Нашёл! — закричал я с порога.

— Что нашёл? — удивился он.

— Работу тебе нашёл. На станцию спасателей требуется диспетчер. Конечно, они в первую очередь искали среди своих, но никого не нашлось.

— Выходит, такая работа паршивая, что никто не хочет браться.

— Ничего паршивого не вижу, — стоял я на своём. Отец иногда бывал невероятно упёртым, и переспорить его было практически невозможно. — В общем, я уже обо всём договорился. Тебя ждут завтра на базе спасателей. А насчёт того, что ты не знаешь тонкостей работы — не волнуйся, всему научат.

— Староват я уже для того, чтобы учиться, — проворчал отец.

— Мы всю жизнь учимся чему-то новому, — выдал я свой последний довод. — И как только перестаём учиться, сразу застываем на месте. А стагнация — это смерть, потому никогда не стоит отказываться от того, чтобы научиться чему-то новому.

— Юра, сын для тебя старается, а ты даже не попробуешь? — вмешалась мать.

— Ладно, одолели вы меня! — отмахнулся отец. — Завтра схожу на собеседование и посмотрю как там у этих спасателей всё устроено.

Отца приняли с распростёртыми объятиями, и он даже позабыл на время о том, чтобы продать квартиру в Привольске. Но родной город всё не отпускал. А точнее, держали живущие там люди, не устающие напоминать о себе. В один из вечеров, когда мы с Лерой поехали в гости к моим родителям, матери позвонили, и она умчалась в другую комнату.

— Кто звонил? — поинтересовался отец, когда мать вернулась в комнату. Была у неё привычка на время серьёзных разговоров всегда уходить в другую комнату, чтобы лучше слышать собеседников и не нагружать своими эмоциями членов семьи. Отец давно её раскусил, поэтому уже знал, что мать узнала о чём-то неприятном.

— Подруга звонила, спрашивала как дела у нас, — отмахнулась мать. — За тебя переживает.

— Это что ещё за подруга?

— Катя Антонова, моя соседка по парте в гимназии.

— А-а-а! Мишкина жена, — припомнил отец. — И что она тебе такого наговорила?

— Да ничего особенного…

— Света! — завёлся отец. Мать прекрасно знала что бывает, когда он начинает так себя вести. Может днями дуться и не разговаривать, поэтому быстро сдалась.

— За тебя спрашивала, привет передавала. Смотрела за квартирой — это я её просила.

— И всё? — бровь отца поползла вверх.

— Августина сплетни распускает о том, что мы заняли большие деньги для решения Костиных проблем в Градовце, а отдавать нечем, вот к нам и наведались коллекторы, — сообщила мать. Из всей семьи лишь она называлась тётку полным именем. — А ещё болтает, что мы уехали сюда, потому как Костик совсем сорвался с катушек, и нужно за ним присматривать, чтобы не натворил ещё большей беды.

Да, с такими родственниками и врагов не нужно.

— Пусть болтает, — на удивление спокойно воспринял эту новость отец. — Всем вокруг ты всё равно ничего не докажешь, да и никто не поверит. Живи спокойно и делай своё дело. Кто в своём уме, не поверят, а дураков всё равно не переспоришь. Но сестрица твоя когда-нибудь досплетничается, что язык ей выдерут.

— Лерочка, как твои дела? — поинтересовалась мать, желая сменить тему на более спокойную. — А то Костя постоянно рассказывает о работе, а ты молчишь.

— Ничего особенного, — пожала плечами девушка. — Всё как обычно. Правда, сегодня была операция у мальчика, который съел кусок пластилина, перепутав его с шоколадом. В итоге непроходимость кишечника и необходимость срочной операции.

— Как же он мог перепутать? — удивился отец. — и где были его родители? Куда смотрели?

— Никто не ожидал, что мальчишка в семь лет выкинет такой фокус. А когда бросились, было уже поздно. Хорошо, хоть в дыхательных путях не застрял, было бы куда опаснее.

— А свои дети когда будут? — поинтересовался отец. — Вон, сами уже четверть века прожили, а детей ещё нет.

— Сначала нужно разобраться с обязательной отработкой, — спокойно возразила Лера, нисколько не смутившись вопроса, который обычно ставит многих в тупик. — Когда будет проще с финансами и жильём, тогда можно и о детях думать.

— Вы не переживайте, если что, мы с отцом поможем, — заметушилась мать. — Я помню как мне было тяжело с Костиком, когда Юра на задании на другом конце мира, а мне нужно отойти. Приходилось таскать его с собой или просить соседку посидеть. Подруги ведь тоже все были на работах, а родители в другой стране.

— Кстати, есть ещё одно событие… — по реакции Леры я понял, что случилось нечто неприятное. — Ирина Николаевна перевелась в другую бригаду, и теперь я буду работать под руководством другого старшего целителя.

— А в чём причина? — удивился я.

— Не знаю, — покачала головой девушка. — Она ничего не объяснила, просто поблагодарила за годы совместной работы и пожелала удачи.

— А новая старшая адекватная? — поинтересовался я.

— Да, вполне. Женщина в возрасте, но очень бойкая. Можно сказать, вторая мама. Просто мы к Ирине Николаевне уже привыкли и понимали друг друга с полуслова.

Я понимал, что в больнице происходят какие-то странные изменения, но Радимов не спешил делиться происходящим. А если Егор Алексеевич уйдёт с поста заведующего, или вообще покинет больницу? Останутся