Мира - Тина Солнечная
Глаза Перстана отразили странную гамму эмоций, но среди них я узнала боль и грусть. Неужели моя догадка правильная? Но он быстро взял свои чувства под контроль и протянул мне руку ладонью вверх. На запястье я увидела сломанную яблоню. Так и думала. Ещё один отверженный. Но этому удалось стать во главе патруля. А учитывая местное отношение к таким, как он и Марон, это большое достижение.
— Сколько вам лет, нер? — продолжила я задавать бестактные вопросы. Удивляюсь, зачем я это спросила, ведь возраст Марона я не знаю. Поэтому даже не сравнить.
— Мне сто пятьдесят три года, Нея, — с грустной улыбкой ответил он. Наверное догадался, что вопрос связан с его волосами. Я повернулась к Марону и повторила вопрос.
— Мне двести пятнадцать лет, Мира, — произнес он, а потом осёкся. Видимо, не хотел демонстрировать насколько близкие у нас отношения, но сделал это по привычке. Успокаивающе погладила его по руке. Я уж точно не буду скрывать свое отношение к мужьям.
— Ты называешь нею по имени? — поразился кто-то из "зрительного зала".
— Да.
— Нер Перстан, я в вашем мире всего несколько дней. Объясните мне, чем вызвана такая разница между Вами и моим супругом? — заглянула я в глаза мужчине.
— Это связано с энергообменом. Чем больше женщина забирает, не давая ничего взамен, тем быстрее стареют её мужья, — удовлетворили моё любопытство.
— Могу я задать Вам последний личный вопрос? — Мужчина слегка удивился. И это не странно. По их законам я могу делать, что хочу, и никого не спрашивать.
— Конечно, Нея, — отозвался он.
— Почему вы стали отверженным? — поинтересовалась я.
Мужчина смотрел на меня оценивающе и молчал. Потом перевел взгляд на Марона и ответил.
— Это связано с вашим предыдущим вопросом, Нея. Моя внешность более не соответствовала запросам жены. Хотя я ей благодарен за такое решение. Вряд ли я бы прожил долго, останься я мужем, — с какой-то давней злостью проговорил мужчина.
"Ри, если ты меня слышишь, я этого тоже хочу. Могу я как-то сама убирать метку отверженных? Судя по всему, они мне больше всех нравятся." — мысленно обратилась я к богине.
"Интересная ты, дочь моя. Я согласна. Прикоснись к руке и пожелай."
Я подумала, нельзя ставить ему свою метку. Надо дать ему шанс выбрать меня самому. Тогда все будет правильно. Иначе это рабство. Я не хочу быть как эти женщины. Я другая.
— Могу я прикоснуться к вам, нер? — осторожно попросила я, а Перстан недоумённо посмотрел на меня. “Зрительный зал” замер.
— Как пожелает Нея, — ответил он, но уверенности в голосе не было.
Я встала и обошла стол. Взяла одной рукой его руку, а второй накрыла запястье с символом. Захотела, чтобы яблоня исчезла, чтобы он смог стать свободным и участвовать в отборе. Почувствовала тепло под ладонью. А когда убрала её, метки уже не было.
— Вы больше не отверженный, нер Перстан. И я буду рада видеть вас на своём отборе, — сказала и отпустила его руку.
Он поднёс её к лицу. Все присутствующие повскакивали со своих мест и также рассматривали его руку, а я тихонечко вернулась к мужу.
— Он понравился тебе, Мира? — спросил Мар.
— Он сильный, не сломался. Это привлекает.
— Тогда почему ты не сделала его мужем, как и меня? — заинтересовался он.
— Ты хотел быть моим, он тоже должен сделать этот выбор добровольно, — объяснила свою позицию, а муж притянул меня к себе на руки и поцеловал. Я с удовольствием ответила. Когда мы оторвались друг от друга, вокруг стояла гробовая тишина.
— Вы очень необычная Нея, — отмер первым Перстан. — Если вы не против, можете привести себя в порядок в гостевых покоях, и отправляться в столицу. О вашем прибытии там уже знают и вас будут ждать, — и, задержав свой взгляд на мне на несколько секунд, развернулся и вышел.
Мы с Маром пошли в предназначенные для нас покои. Это была небольшая комната с одноместной кроватью. Что не удивительно, ведь женщины сюда не наведываются. А если и бывают, в чём лично я очень сильно сомневаюсь, то отдыхают они одни. Но мне спать не хотелось, поэтому я потащила мужа в душ.
Он не сразу сообразил, почему я проигнорировала кровать, но когда я скинула надоевшую одежду и поманила его за собой пальчиком, он хищно улыбнулся и стал быстро скидывать и свою.
В душ мы ворвались жарко целуясь. Марон подхватил меня под бедра и упёр спиной в стенку. Я локтем задела какую-то кнопку и на нас обрушился ледяной душ. Под мой смех и ругательства супруга, проблемы мы устранили, и теперь на нас текла приятная, тёплая вода, а меня снова прижали к стенке и жадно целовали.
Мои пальцы путались в его волосах, одна его рука ласкала и пощипывала мою грудь, вторая нежно сжимала мою попу. Я ощущала, как его твёрдый член трётся об мою влажную “киску”. Закинула на него одну ногу, и он с удовольствием её подхватил, его член легко проскользнул между складочек и я застонала от ощущения наполненности. Мар сначала не спеша наполнял меня толчок за толчком, продолжая целовать, а потом начал набирать темп, теряя терпение, желая вонзится глубже. Потом он резко вышел и развернул меня, прижав лицом к стенке, хлопнул по попе и раздвинул ноги. Это было непривычно и дико возбуждающе. Ещё ни разу Мар не предлагал новых поз и не вёл себя как самец. Я слегка прогнула спину и он резко вошёл в меня на всю длину. Схватил меня за бедра и начал ритмично вколачивать свое каменное достоинство, порыкивая и хрипло постанывая. В ванной раздавались такие характерные шлепки, от чего я заводилась ещё больше. Я почувствовала, что улетаю, и простонала его имя. От сокращений моего влагалища мужчина последовал за мной, вжимая свой член в моё лоно, а меня в стену ванной. Его семя разлилось во мне, а тело отозвалось приятной истомой.
— Я не причинил тебе боль? — с тревогой в голосе спросил Марон.
— Нет, это было великолепно. Ты бесподобен, — сказала я и, развернувшись к нему лицом, поцеловала в губы.
Потом мы таки помылись и в комнате обнаружилась новая одежда для меня. Это было приятно. Конечно, это была форма патруля, просто моего размера. Но зато чистая и удобная.
— Представляю, какие глаза были у того, кто эту одежду принес, — хихикнула я, понимая, что это произошло, когда мы веселились в ванной.
— Такие же глаза сейчас у всего патруля, не сомневаюсь. Возможности