Первый новой ветви - Юджин Никитин

шепот, обсуждения за спиной не просто преследовали его, они превратились в сплошную стену, непрерывно окружающую его, где бы он не появлялся. Так-то ему конечно было плевать на мнение других, не детей же с ними ему крестить. Но всё равно обстановка была достаточно напряженной и самое неприятное, что чувствовалось назревание очередного конфликта. Угроза почти физически ощущалась в воздухе. Метафорически он себя ощущал осажденной крепостью, вокруг которой собрались толпы кочевников. Ещё не до конца решившиеся идти на штурм этой маленькой, но злой крепости.

Пользуясь предоставленным директором выходным днём ему наконец-то удалось посвятить достаточное время для тренировок с магией. Решения, принятые ещё в самом начале обретения сил, так и остались рабочими. Только теперь достаточно поднаторев в применении целительской магии и уже уверенно используя её не только для повышения жизненного тонуса, но и для исцеления даже существенных порезов и разрывов мышц он смог отдать все силы другому направлению. Как и прежде даже не пытаясь тренировать водную стихию, Алексей сосредоточился на защитных плетениях из общей магии. Ярко светящийся золотом щит был уже достаточно плотным и хорошо структурированным, давая уверенность в своих защитных качествах. А это значило что можно сделать следующий шаг, и начать пробовать сплести следующее по уровню защитное плетение — «кольчугу».

Из «Введения в магию», что сейчас была его единственным приличным источником знаний, гласило, что это плетение при должном навыке работы с ним, создаёт защиту почти для всего тела. В магическом плане повторяя реальную кольчугу– рубашку из соединённых между собой металлических колец и превращенных тем самым в прочное металлическое полотно. Целительский амулет когда-то отданный Белых в качестве виры за дурость их Лидии, давал немалое подспорье во время его занятия, поддерживая силы организма, нещадно устававшего при интенсивных тренировках с магией. Удобно сев на кровати по-турецки Алексей закрыл глаза и отрешившись от окружающей обстановки начал свои первые попытки по овладению этим плетением.

Вытягивая из источника небольшие и тонкие линии, он пытался скрутить их в колечки и соединить между собой. Замысел был достаточно прост и незатейлив, начать плести от самого источника, постепенно расширяя поле соединённых между собой колец из магических нитей. Но первая же попытка провалилась самым банальным образом. Создав колечко диаметром два сантиметра, он потянулся за следующим — медленно вытягивая и закручивая нить, продевая её через первое кольцо. Но как только он сосредоточился на втором кольце, связь с первым пропала, и нить из которого он сплёл первое колечко, очень живо вернулась в источник, оставив его как ту старуху, сидящую в итоге у разбитого корыта.

Вторая, пятая, десятая и даже пятидесятая попытка обуздать это плетение, результатов не дали. Вернее, не дали эти попытки положительных результатов, второе колечко всегда заставляло его терять связь с первым и результат стал закономерным при всех его усилиях. А вот отрицательные результаты дали о себе знать сразу же как только он после пятьдесят третьей безуспешной попытки решил дать себе немного передохнуть. Стоило только выйти из состояния тренировки и открыть глаза как его повело от сумасшедшей усталости. В глазах потемнело, желудок скрутил жуткий спазм и только принятое перед началом этого занятия решение заниматься сидя на кровати, уберегло его от банального падения без сил на пол. Сейчас лёжа на кровати, он был больше всего похож на личинку. Свернувшийся клубком, с воспаленными глазами, жуткой болью в желудке, тяжелой отдышкой и слабостью во всём теле. Ну и как вишенка на праздничном торте — это жуткая головная боль, не дающая даже одной секунды, на то чтобы прийти в себя или просто трезво мыслить.

Страдания, терзавшие его разум и тело, и самое главное длившиеся как минимум несколько часов, вбили в голову Алексея чёткое и ясное осознание что путь выбранный им для освоения этого плетения совершенно утопичен. Такими темпами он просто себя погубит, не добившись при этом никакого полезного и разумного результата. Ему были необходимы простые знания о том, как правильно делать то что он задумал. Банально выяснить хотя бы то, что и как надо поступательно делать, при работе с этим плетением. Методом тыка, у него в этот раз не получается выработать что-то путёвое. Да и приходиться признать самому себе, что времени на собственные эксперименты над своим физическим и ментальным здоровьем у него просто нет. А это значит, что без учителя, наставника или просто того, кто объяснит ему простейшие азы, дело дальше не продвинется ни на дюйм, как бы он не страдал от этого.

Пропущенный из-за этого приступа слабости и боли обед, лишь усилил его сожаления по поводу своей неграмотности, и невозможности обратиться к кому-нибудь более опытному за разъяснениями. День стремительными темпами прекращал быть томным, навевая мрачные мысли и опасения в своём безрадостном и беззащитном будущем. Именно в таком подавленном состоянии после столь сокрушительной неудачи Алексей дотянул до времени начала ужина и двинулся в сторону столовой, стараясь не обращать внимания на расступающихся перед ним школьников. Радости от встречи с ними всё равно не прибавлялось, так что он просто старался их игнорировать.

А когда кто-то слишком пристально смотрел на него, то тут же в ответ Алексей старался смотреть в ответ взглядом, устремленным в переносицу такого любопытного. Вообще, когда смотришь оппоненту в переносицу это действительно мощный прием невербального общения, часто используемый для создания мощного психологического эффекта, этот приём создаёт ощущение тяжелого взгляда и транслирует антипатию и превосходство. Не каждый взрослый выдерживает такое воздействие, а тут так вообще школьники. Хотя дворянские дети и получают достаточно хорошее образование по определению, в том числе и в психологическом плане, но одно дело учиться дома, и совершенно другое дело — это встретиться с таким взглядом от признанного всей школой бешенным отморозком парня. Так что после начала такого воздействия на любопытных, они быстро сдувались и отводили свои глаза в сторону, резко заинтересовавшись чем угодно, но не Алексеем. И это как ни странно, немного изменило градус его настроения, приподняв его из переполнявшего сегодня душу отчаяния в относительно нормальную среду.

Вот только это всё мгновенно улетучилось в один момент, когда на аллее между общежитием и школой он встретил человека, которого как оказалось спокойно видеть он не смог. О чём-то глубоко задумавшаяся Вероника чуть не налетела на идущего на ужин, в столовую Алексея, и лишь в последний момент подняв глаза увидела кто именно ей попался на пути. Она одним прыжком отпрыгнула назад, пискнув от неожиданности и страха. И теперь стояла, казалось забыв, как дышать, с широко распахнутыми от нескрываемого