Александр Абердин - Во имя прогресса

— Если честно, то немного скучновато, но мне понравились те занятия, которые с нами проводят и я даже и не ожидала, что сумею оседлать молора. Знаете, граф, я без ума от скачки на молламах и мечтаю о том дне, когда у меня появится своя пара.

Иль сразу же понял намёк и спросил:

— Так может быть прокатимся верхом, Стазия, пока ещё не начало смеркаться. Моя пара стоит неподалёку осёдланной. Думаю, что Зеба не станет возражать, если вы отважитесь сесть на неё верхом. Правда, я предупреждаю, она очень крупная мивха.

Стазия выпила вино и ставя бокал на столик, ответила:

— Ну, я тоже не отношусь к числу малышек, граф, и к тому же меня трудно чем-либо испугать. Поедемте.

Иль допил своё вино, поставил бокал и воскликнул:

— Вот и отлично, Стазия! Только давайте сначала подойдём к макету города, а то я так его ещё и не видел.

Он галантно предложил девушке руку и подошел вместе с ней к большому круглому макету, стоявшему в центре шатра. На круглой зелёной лужайке стоял квадратный в плане город, окруженный садами. В самом центре города находился квадрат, который был полностью застроен крохотными трёх и четырёхэтажными домиками, в самом центре которого находился пятиэтажный Дворец Всадников с круглым куполом, поднятый на высокий постамент со ступеньками, спускающимися на все четыре стороны. Это был, как его называли Иль и его друзья, административный и деловой центр города, вокруг которого стояли квадратики усадьб городской знати. По размеру все усадьбы в городе Счастья были одинаковы, да, и дома тоже были примерно одинакового размера и лишь отличались друг от друга своей архитектурой. Стазия не без интереса осмотрела макет и спросила:

— Граф, у меня возникло такое ощущение, словно в этом городе не будет разделения на бедных и богатых? Это так?

Иль улыбнулся девушке и сказал:

— Да, Стазия, именно так всё и будет. В каждом таком поместье, а оно только выглядит маленьким, будет жить большая и дружная семья, у которой будут все возможности для процветания и даже поместье князя Рейна, вот оно, как ты видишь, мало чем отличается от всех остальных в городе счастья.

Девушка удивлённо заморгала и спросила:

— Как это? Разве у князя Рейна не будет своего замка, огороженного высокой крепостной стеной?

Приблизившийся к ним вместе с Велиной Рейн сказал:

— Хорошим же я буду князем Всадников, если стану отгораживаться от них высокой крепостной стеной. Нет, милая Стазия, этого никогда не будет и представьте себе, я тоже не стану чураться работы у себя в саду или в поле, а может быть, как и барон Жедон де-Фаргел, выучусь какому-нибудь полезному ремеслу.

Девушка не унималась:

— Князь, но что будут делать жители вашего города Счастья, если на него нападут какие-нибудь враги? Куда вы спрячете женщин, детей и стариков?

— Какие, Всадница Стазия? — Удивился Рейн — Откуда они возьмутся в Великом Княжестве Счастья? Придут из Авсарии? Так на перевале будут стоять крепость пограничного поста, которую мы построим на месте взорванной Страж-скалы и как только наши стражи границы заметят приближающийся вооруженный отряд, они немедленно перекроют дорогу. На остальных перевалах, хотя там нет ещё никаких дорог, мы тоже поставим крепости, так что прийти к нам можно будет только с добрыми намерениями. Ну, может быть кто-то отважится напасть на нас со стороны моря, только мы ведь все Всадники, Стазия, а потому в тридцать минут сможем выставить против любого врага такую армию, что ему точно не поздоровится. К тому же много ли войск можно будет перебросить морем? Девственные Земли потому так и зовутся, что они отрезаны от всего остального Ромварена громадиной Большого Серпа, так что там нам нечего и некого бояться, а если мы все будем жить одинаково богато, то и не будем завидовать друг другу, или я не прав?

Девушка вздохнула и кивая головой ответила:

— Наверное вы правы, ваше сиятельство.

Скорчив свирепую физиономию, Иль одарил князя неласковым взглядом и вежливо поинтересовался у девушки:

— Мы продолжим дискуссию или поедем на прогулку?

Стазия рассмеялась и высказалась за прогулку:

— Нет, я не сильна в спорах!

Двадцать минут спустя они уже скакали по степи среди невысоких даже не холмов, а холмиков и как только оказались достаточно далеко от лагеря, Иль резко снизил скорость. Зобар, как только он слегка сжал его горб коленями, послушно перешел с очень быстрой рыси на медленный, короткий шаг. То же самое сделала и Зеба, для которой бег её молора был куда важнее желаний Всаднице, случайно оказавшейся в седле. Девушка, поняв, что последует за переменой темпа, улыбнулась и сказала:

— Граф, если вы намерены приударить за мной и добиться от меня взаимности, то я предпочла бы вашу спальную этому зелёному шторму. — И тут же спросила — Я наверное буду плохой Всадницей, раз предпочитаю шелковые простыни траве?

Иль, который и не думал форсировать событий, а лишь хотел поговорить с девушкой о ведийских кораблях и океанах, пожал плечами и честно признался ей:

— Большая часть всех моих любовниц предпочитала как раз заниматься любовью на траве, а не на кровати, Стазия, но раз вы предлагаете сменить обстановку, то давайте не будем торопиться ехать в лагерь. — Улыбнувшись он добавил — Я попросил принести ужин в мой домик на колёсах. — Оглянувшись вокруг, Иль вдруг сказал — А ведь вы правы. Степь в этом месте действительно похожа на море во время шторма. Стазия, расскажите мне о корабле вашего отца. Что он из себя представляет?

В течение часа девушка так подробно рассказывала Илю о большом, трёхпалубном галеоне «Морской дракон» и капитане Вирте Дар-Бефоре, что ему даже пришлось несколько раз делать над собой усилие, чтобы не заулыбаться. Из рассказа Стазии Илю стало понятно, что эта молодая, высокая, сильная, смелая и без сомнения очень мужественная девушка, которая была к тому же ещё и красавицей, прекрасно подготовилась к подобному разговору и знала чуть ли не каждого и добрых пятисот матросов её отца, чем, в принципе, и выдала себя. Теперь у него уже не оставалось почти никаких сомнений в том, что она и есть Тёмный мастер, или убийца Тёмных мастеров, но он решил довести дело до трагического финала и его то и дело охватывала какая-то весёлая жуть. Правда, Иль не был до конца уверен в том, что ему удастся переспать с собственной убийцей, но вёл дело именно к этому и вскоре они медленной рысью поскакали в лагерь.

Неподалёку от его фургона находился загон с навесом для молламов и он сначала расседлал их, привёл шерсть Зобара и Зебы в порядок, а затем задал им их самого излюбленного корма, всё-таки расставался с этой дружной и любящей парой навсегда, и только после этого помыл руки и подошел к Стазии. Впрочем вряд ли это было настоящее её имя. Было уже половина одиннадцатого, когда они вошли в большой, уютный фургон, в котором имелась даже небольшая туалетная комната с душем и именно его Иль показал девушке в первую очередь. Стазия улыбнулась и вошла в неё первой, а Всадник, чтобы усложнить Тёмному мастеру задачу, вошел вслед за ней и принялся помогать раздеваться, не забывая снимать одежду и с себя. Вскоре они вместе принимали душ, а затем вышли из-под него и Иль помог Стазии одеться в белый махровый купальный халат. За стол они сели в купальных халатах и теперь он мог не бояться, что будет отравлен, а раз так, то дело у них точно дойдёт до постели. Так оно и случилось. Через час, когда они не спеша поужинали и выпили вина, Иль подхватил девушку на руки и она не возражала, чтобы он отнёс её в свою спальную. Правда, и не выразила по этому поводу никакого особого энтузиазма, так что ему пришлось довольно долго ласкать свою убийцу, прежде чем она откликнулась на его ласки.