Максим Дегтярев - Моролинги

Виттенгер сидел один, если не считать охранника у дверей.

– Вот, - сказал он, протягивая мне пакет с помятой и довольно грязной банкой, точной копией той, что была найдена в номере Бенедикта.

Я приоткрыл пакет и понюхал отверстие в банке. Сквозь обычный помоичный запах ясно различался запах горького миндаля.

– Где нашли?

– В мусоросборнике. Я запретил вывозить мусор. Убийца на это явно не рассчитывал.

– Следы?

– Частично совпали со следами, найденными на банке из номера. Методом исключения, отпечатки принадлежат охраннику, сторожившему Бенедикта. Его зовут Нильс, и он работает на Рунда.

– Прекрасная работа, инспектор!

– Это моя обычная работа, - скромно возразил инспектор и с горечью добавил: - Лазить по помойкам.

– В следующий раз возьмите меня с собой. Шишка не отзывалась?

– Отзывалась. Цитирую по памяти: "одну чб не разо ка". Конец цитаты.

– Она заказала одну банку, чтобы не разорить Катю, - перевел я сам для себя. - Следовательно, как только Нильс вошел в номер, он сразу подменил банку.

– Следовательно так, - кивнул Виттенгер.

– Где сейчас Рунд?

– В своем Центре Наблюдений.

– Вызовите его под каким-нибудь предлогом.

Рунд отозвался сразу. Виттенгер намекнул ему, что есть кое-какие подвижки и что мы его ждем вместе с охранником Нильсом. Рунд ответил, что будет через час.

– Что ж, подождем… - сказал инспектор, убирая комлог в карман куртки.

Я воспользовался этим часом для того, чтобы поговорить с Брубером всерьез.

На столе, рядом с зеркальными часами, стояла полупустая бутылка виски, ведерко растаявшего льда и стакан.

– Выпьете со мной? - спросил он.

– Не сейчас. Пейте сами.

– А я что делаю!

Нервно постукивая черпаком по стенкам ведерка, он выскребал остатка льда.

– Растаял… - пробормотал он, найдя единственный кусочек, который таял на глазах. - Ну и черт с ним… Как вы думаете, там, в Городе, мы свалились случайно?

– Нет. Приборы были выведены из строя направленным импульсом.

– А кто его направил?

– Я хотел спросить об этом у вас.

– Рунд, если вам это до сих пор неизвестно.

– Предположим. Кому он хотел помешать? Вам?

– Да, но это теперь не важно… - отмахнулся он с плохо сыгранным бесстрашием. - К моролингам я собирался лететь не с вами и Цансом. Я собирался лететь с Бенедиктом!

– Вот это уже интересно! Продолжайте.

– Мы познакомились накануне семинара по моролингам. Он понимал: не смотря на то, что в романе я выставил моролингов, мягко говоря, в невыгодном свете, я искренне борюсь за их самоопределение. Мой авторитет среди моролингов необходим был ему для одного очень важного дела. Говорить о нем вам я не имел права, ибо это не только моя тайна. Теперь все так или иначе всплывет… Хорошо, что профессор Цанс полетел вместе с нами. Он был вместо Бенедикта… то есть я хочу сказать, что без него я бы не понял, о чем рассказывали моролинги…

Он снова взялся за черпак.

– Переходите на чистую воду, - посоветовал я.

– Извините, - хрипло пробормотал он. - Но мне кажется, Аура нас так просто не отпустит. Мы посмели проникнуть в ее тайны - таких, как мы, не отпускают.

– Это мы еще посмотрим, - я попытался вселить в него уверенность. - Так в каком важном деле Бенедикту нужна была ваша помощь?

– Встреча с вождями моролингов.

– О чем он хотел с ними потолковать?

– Бенедикт рассказал мне о неком приборе чудовищной силы. Что этот прибор, якобы, способен предсказывать будущее. Прибор находится на Ауре, и моролинги имеют какое-то не вполне понятное отношение к созданию этого прибора. По правде сказать, поначалу я не принял его всерьез. Мне не хотелось связываться со студентом, у которого, вдобавок, не слишком хорошая репутация. Твердо я ему ничего не обещал, но профессор Цанс убедил меня в том, что Бенедикт - серьезный молодой ученый. Бенедикт хорошо изучил моролингов, включая из язык, и мог стать полезен, например, в качестве переводчика, которого мне бы пришлось пригласить в любом случае. Так или иначе, но я принял его предложение.

– Это было до ареста?

– Да, буквально перед арестом. Точнее, сразу после семинара. Когда ему удалось убежать с Фаона, он прислал мне сообщение. Там было сказано, что он будет ждать меня в Ламонтанье. Больше сообщений не поступало. После того, как его схватил Рунд, я понял, что Бенедикт не хочет, чтобы тому стало известно о нашем знакомстве.

– Где вы планировали взять флаер?

– Предполагалось, что мы решим это на месте.

– Ваши теперешние планы?

– У меня дела в гуманитарной миссии ООН в Амазонии. Утихнут ураганы, сразу же полечу туда.

– Не улетайте не попрощавшись.

Брубер мрачно отшутился:

– Предлагаю прощаться при каждом расставании.

Тем не менее, прощаться мы не стали.

Итак, Бенедикт планировал через Брубера выйти на моролингов. Видимо, Корно не познакомил его с Рундом. С моей точки зрения, затея Бенедикта самостоятельно добраться до Темпоронного Мозга очень смахивала на авантюру. В то же время, о существовании Т-Мозга Корно знал более полугода. Знал, но Бенедикта не информировал. А, собственно, с какой стати он должен был это делать? Амирес рассказывал, что Бенедикт что-то требовал от Корно… Теперь это "что-то" начинало смахивать на информацию о Темпоронном Мозге.

По пути от Брубера в нижнюю гостиную я зашел к Цансу. Я спросил его, какие слова я должен произнести некому человеку, чтобы тот поверил, что мне известен принцип работы Т-Мозга. Выполняя просьбу, профессор попытался заставить меня выучить предложение из двадцати пяти слов. Повоевав с моим произношением, он согласился урезать предложение до пятнадцати слов. Из них я понимал "моролингов" и "как всем известно".

– Вы отвлекли меня от важного дела. - Рунд вбежал запыхавшись. - Надеюсь, что не зря.

– Не зря, господин Рунд, не зря, - уверенно проговорил Виттенгер. - Эй, ты пока свободен, - сказал он нашему охраннику. Инспектор все время забывал, как того зовут. - Господин Рунд, попросите вашего телохранителя, господина Нильса присесть рядом с нами.

Рунд недоуменно оглянулся на Нильса.

– Это так необходимо? - спросил он у Виттенгера.

– Чертовски!

Директор, пожав плечами, дал отмашку. Охранник подбежал к нам, как голодная собака к миске с "Педигри".

– С тобой хотят поговорить, - сказал ему Рунд.

– Нильс, тебе знаком этот предмет? - спросил Виттенгер, издалека показывая пакет с помятой банкой.

– Стоп! - Рунд поднял руку. - Так не пойдет. Больше никаких вопросов. Сначала вы все расскажете мне, иначе мы уходим.

Виттенгер принял это заявление, как признание вины.