Ирина Крупеникова - Семь стихий мироздания

— Твердь! — в зов этот Бер-Росс вложил все оставшиеся силы.

Каменные плиты дрогнули и застыли в величественном покое — Смерть нехотя приняла форму старшей Стихии. Буйство ее угасло.

— Кончено, уходим, — проговорил Оливул. — Помоги мне…

Ви-Брук подхватил брата, едва державшегося на ногах, и вместе с ним ввалился в пятно черноты. Юлька захлопнула вход и, прильнув к Белому князю, крепко обняла его. Донай тихо чертыхнулся, ибо ему пришлось стать ведущим в компании, когда внемиренцев потянуло в пустоту Структурного пространства.

— Найди опору, — подсказал Бер-Росс. — Все в порядке, Юля, сейчас выберемся.

— Мне бы твою уверенность, — буркнул себе под нос Донай.

Меняя вектора и огибая куски каналов, он повел друзей к Миру, куда влекла его иссиня-черная нить.

— Донай, — заволновалась Юлька, — посмотри на свой меч! Он оставляет след на Пути.

— Этой тропинкой никто пользоваться не рискнет, сестричка, — пробормотал Синий князь. — Нас ведет Смерть.

Путь неожиданно оборвался фейерверком из разноцветных огней. Тревожная тьма Структуры отпустила внемиренцев и растаяла в своем измерении, а Донай, Юлька и Оливул остались одни на берегу глубокого ручья среди высоких растений с сочными мясистыми листьями.

— Вот это занесло! — Ви-Брук с досадой воткнул клинок во влажную землю. — Много я повидал, но в доисторических эпохах еще ни разу не был.

Оливул тем временем с помощью Юльки лег на траву.

— Дайте мне час, а потом мы найдем новый Путь, — произнес он.

— Мне очень не нравится твое состояние, — девушка покачала головой.

— Пустяки. Борьба с Экзистедером отняла много сил. Это поправимо.

— Ты еще вспомни, сколько суток не спал, — как-то виновато вставил Донай.

— Говорил же тебе — приостанови время!

— Потом, — механически отозвался Бер-Росс.

— Оливул? — Юлька наклонилась к другу.

— Отстать от него, пусть отдохнет.

Девушка колебалась.

— Он меня десять суток выхаживал, — тихо продолжал брат. — А я — дурак — только сейчас начал соображать, каково ему пришлось… Никогда мы не были врагами, это я всё придумал. Правда, Юлька?

— Не только придумал, но и разыграл, — сурово подтвердила та и смягчившись продолжала. — А ведь Оливул знал это давным-давно и никогда не злился на тебя. Не бойся помнить. Считай, что чувства-образы ушли, как болезнь, как дурной сон. И мне кажется, — она нежно взглянула на брата, — сегодня родилась самая большая и крепкая дружба на всем свете.

Ее слова каплей доброго янтарного вина согрели беспокойную, покрытую шрамами душу. Донай посмотрел в большие серые глаза сестры.

— Я и представить себе не мог, какая ты отличная девчонка, — тень улыбки скользнула по его лицу. — Жаль, что мы мало общались.

— Вот уж проблема! Будет время наверстать!

Солнце палило нещадно. Богатая крона гигантских кустарников спасала от зноя, но воздух, пропитанный влагой и жарой, безжалостно давил на уставших людей. Юлька не выдержала.

— Сидеть возле речки и не искупаться в такую погоду! Жди тут, я мигом. Потом можешь сам освежиться, если хочешь.

Донай покосился на заросший незнакомыми растениями ручей, и усмехнулся.

— Ну нет, спасибо!

— Твое дело, — Юлька направилась к воде.

— Передай привет динозаврам! — крикнул ей вслед брат.

Юлька не остановилась, как он ожидал.

— Непременно, — она скрылась за зарослями, но секунду спустя выглянула из-за широких листьев. — Не забудь привести себя в порядок!

— Зачем?

— Как зачем? Получив твой привет, динозавры наведаются к тебе с поклонами!

И пока Донай искал ответ, Юлька исчезла в камышах.

— Вот ненормальная! — он поднялся и не без опаски огляделся.

Ни шороха. Даже ветер потерялся где-то в папоротниках. Синий князь не мог объяснить, что его тревожит, но сестру он отпустил напрасно, это он уже понял. Плеск воды со стороны ручья и шелест травы с другой раздались почти одновременно. Донай почувствовал на себе взгляд живого существа. Прислушался. Из-за кустов, окаймляющих береговую полосу, донесся приглушенный рык. Стараясь не делать резких движений, Синий князь поднял меч и встал над спящим братом.

— Оливул, — позвал он одними губами. — Оливул!

Тот не проснулся. Донай тронул его концом клинка в надежде, что Бер-Росс среагирует хотя бы на это.

— Ты, негодяй! Брось оружие и отойди от него!

Ви-Брук вздрогнул и как на пружине повернулся на голос. Данила Гаюнар одной рукой сжимал пистолет, дуло которого смотрело в грудь врага, а другой держал за ошейники двух оскалившихся собак.

— Брось меч! — грозно повторил пилот.

— Эй, подожди минутку, я все объясню, — попытался вступить в переговоры Синий князь.

Но тут псы сорвались с ремня и бросились на незнакомца. Донай успел только отшвырнуть клинок, чтобы не поранить животных. Он был уверен, что справится с ними голыми руками, но и этого не потребовалось. От одного пса он увернулся, второй остановился сам и принялся обнюхивать человека. По мере того, как завилял саблевидный хвост собаки, стало ясно, что до зубоприкладства дело не дойдет. Данила в свою очередь решил, будто Ви-князь околдовал животных, чертыхнулся и, демонстративно бросив на землю пистолет, двинулся на противника, сжав кулаки.

— Угомонись, Гаюнар, послушай меня! — начал Донай.

— Зря стараешься, — оборвал его Данила. — Со мной колдовские штучки не пройдут. Ты мне сейчас за многое ответишь, — он быстро, не теряя из виду противника, глянул на Белого князя. — И за Оливула тоже.

Ви-Брук отскочил, и удар пилота пришелся по левой руке.

— Псих! Успокойся! — опять крикнул он и тут уже схлопотал в челюсть.

Вопрос о компромиссе был исчерпан.

— Ну, держись, коротышка!

Данила глазом моргнуть не успел, как получил здоровенным кулаком в ухо, однако в долгу не остался и что было сил саданул Доная в грудь. Тот отшатнулся, побелел, как мел, и согнувшись упал вперед на колени. Гаюнар намеревался закрепить успех, но в этот момент над ручьем прокатился пронзительный Юлькин крик:

— Эй! Прекратите немедленно!

Собаки, создававшие драке звуковое сопровождение, сменили лай на радостный визг и помчались к девушке. Приподнялся и, увидав «поле-боя», вскочил Оливул.

— Данила? — Белый князь изумленно смотрел на друга. — Как ты здесь оказался?.. Донай, что с тобой?

— Ничего, не смертельно, — прохрипел Ви-Брук.

— Опять ты затеял потасовку? — заранее возмутилась Юлька, подбегая к брату.