Владимир Владко - Седой капитан
И он вышел, радостный от того, что может заняться наконец чем‑то полезным, более интересным, чем бессмысленное дежурство.
Новая смена, как мы уже сказали, заняла посты. Наблюдатели проверили состояние стереоскопических труб и других аппаратов. Все оставалось таким же, как и раньше, во время предыдущей смены. Безлюдная дорога извиваясь исчезала на севере за дальним пригорком, а на юге пряталась в большом лесу, едва заметно маячившем темно–синей полоской где‑то на горизонте. Пустая и безлюдная дорога, по которой после предупреждений полиции никто не ездил, казалась особенно скучной и мертвой.
Батарея, которая имела задачу расстрелять «Люцифер» при первой же его появлении, была хорошо замаскирована, так умело, что даже опытный командир дивизиона едва заметил ее, да и то уже совсем приблизившись к ней. Два старых, ободранных стога сена, неуклюже торчавших в стороне от дороги, вот и все, что видел в этом месте людской глаз.
Однако в этих стогах были спрятаны четыре скорострельные автоматические пушки. Две из них смотрели своими жерлами на север, две – на юг. Достаточно было нажать на сигнальную кнопку, чтобы пушки засыпали дорогу в обе стороны смертоносными снарядами. А сигнальная кнопка находилась тут же, рядом с телефонным аппаратом, который соединял эту батарею с соседними постами, рядом со стереоскопической трубой, рога которой непрерывно вращались с юга на север с севера на юг.
Точно такие же замаскированные артиллерийские заставы были размещены во многих пунктах. И все они имели одинаковое задание: немедленно открыть сокрушительное огонь по «Люциферу», где бы и когда бы он ни появился.
Прошло около часа. Дежурному офицеру, который тщательно осматривал оба направления, глядя в стереоскопическую трубу, показалось, что его прибор вращается не так легко, как прежде. Он уже собирался позвать техника и приказать ему проверить и, возможно, смазать шарниры, но тут в ящике телефонного аппарата будто что‑то зашуршало. Офицер удивленно посмотрел в его сторону. Если бы это был сигнал, то из ящика раздался бы пронзительный зуммер. А что это за шуршание невыразительное и сухое?.. Может, что‑то испортилось в телефоне?
Он взял трубку, поднес ее к уху. Да, странное шуршание доносилось из нее! Словно кто‑то шептал издали: был слышен чей‑то приглушенный голос, быстро–быстро что‑то говорящий, но все слова сливались в однообразное гудение, нельзя было ничего разобрать.
— Алло! – Крикнул офицер. – Алло! Что такое? Говорите яснее и медленнее. Не спешите, как на пожар! Алло! Слышите?
В ответ он услышал далекий голос, который старательно выговаривая слова по слогам, заикаясь, так и не сумевший ничего сказать толком. Офицер рассердился:
— Да что вы там, говорить разучились, что ли? Я не пойму ни слова! Медленнее, четче, говорю я вам! Это юг или север?
В трубке что‑то забулькало, затрещало. Но теперь офицеру повезло разобрать несколько отдельных слов:
— Повреждены… минут назад… север… остался один… все другие…
— Что за ерунда, черт возьми! – Выругался от досады офицер. Толи это говорит пост «Север», Толи что‑то о северном направлении хотят сказать? А если что‑то повреждено, то надо немедленно починить! Черт знает что! – Эй, вы там! – Закричал он снова в трубку. – Что случилось? Нельзя ничего…
Он вдруг замолчал, и трубка выпала из руки. Офицер услышал испуганный крик сержанта, который вместо него смотрел в окуляры стереоскопической трубы:
— «Люцифер»! «Люцифер»! Выезжает из леса, господин офицер!
Офицер прильнул к окулярам, оттолкнув сержанта. Да, даже в сумерках было видно, как со стороны леса Фонтиверос к заставе вдоль дороги движется каплевидный вытянутый корпус большого автомобиля. Сомнений не было: это «Люцифер»! Рука офицера нащупала кнопку и нажал ее. Сигнал подан! Но, словно, не доверяя этому, офицер закричал во весь голос:
— Огонь! Огонь! Немедленно!
Это было лишним. Еще до того, как к артиллеристам около пушек, направленных на юг, донесся голос офицера, они уже нажали на механизмы затворов. Щелкнула сталь. Но… но выстрела не произошло! В мертвой тишине звякнул второй затвор. И вторая пушка тоже не выстрелила! А огромный серо–зеленый автомобиль, страшный «Люцифер» приближался, казалось, с невероятной скоростью, его изображение в окулярах стереоскопической трубы очень быстро росло…
— Огонь! – Яростно закричал офицер. – Под суд! Расстреляю на месте! Огонь!
Артиллеристы засуетились возле затворов, чтобы заменить снаряды, которые, очевидно, дали осечки, – оба одновременно. Однако затворы не открывались! В сложном механизме скорострельных пушек что‑то заело, затворы словно приросла. И самым удивительным было то, что это случилось одновременно у обеих пушек.
Развернуть в нужном направлении две другие пушки, которые были нацелены на север?.. Но на это уже не хватало времени. Артиллеристы стояли как вкопанные. Они услышали властный громкий голос, гремевший в воздухе, видимо, усиленный громкоговорителями. Это был голос с «Люцифера», который приближался к батарее, спрятанной в стогах.
— Значит, вы готовились расстрелять мой «Люцифер»? Вы не обратили внимания на мои предупреждения и продолжаете помогать фалангистской полиции охотиться на меня? Ну что ж, вы сами приготовили себе смерть!
«Значит, он видит нас, несмотря на маскировку!» – Мелькнула у дежурного офицера молниеносная мысль. Отчаяние охватило его, потому что он, как и другие, слышал тревожные рассказы о судьбе уничтоженного Седым Капитаном миноносца «Сан–Себастьян». Неужели и с его батареей произойдет нечто подобное?..
Офицер увидел, как из короткой толстой трубы, торчащей над крышей ужасного автомобиля, появилось голубоватое пламя. Выстрел?.. Но вслед за пламенем не появился дым и не было слышно никакого звука.
На батарее все замерло. И офицер, и каждый из солдат, которые неотрывно смотрели в сторону «Люцифера», видели, как из загадочной трубы вылетело небольшое странное кольцо. Оно крутилось в воздухе, будто брошенное в направлении батареи. Оно чем‑то напоминало небольшую накачанную камеру автомобильного колеса и казалось вполне мирной вещью, такой неестественной в этих угрожающих обстоятельствах. Словно кто‑то, играя, бросил сюда эту камеру.
Через мгновение черное кольцо упало на ближайший стог сена и мгновенно рассыпалось на мелкие частицы, на почти невидимую пыль. Вместо него в вечернем небе вспыхнул сияющий голубой шар, словно сотканный из искристого пламени. Длинные ослепительные искры разлетались от него во все стороны.
Все, к чему прикасался сияющий шар, загоралось жарким пламенем. Но и это продолжалось лишь несколько секунд, потому что шар взорвался, заливая все вокруг невероятно жарким светом, который проникал сквозь глаза до самого мозга.