Сергей Смирнов - Тот, кто сидит в пруду

— Там… кажется… никого нет.

Уже вся встревоженная группа людей высыпала на площадку перед церковью. В машине никого не было — ни в кузове, ни в кабине. Только валялся на пассажирском сиденье небрежно брошенный автомат да громоздились в кузове в полной неприкосновенности банки, ящики и коробки. На ограбление это никак не было похоже. А вот люди бесследно исчезли. Впрочем, не бесследно. Игорь разглядел на берегу каньона-пруда цепочку неясных, каких-то размытых фигур.

— Смотрите! Вот же они… Что они там делают? Стойте, куда же вы?! — Постепенно речь Метиса затихла и замедлилась, а зрачки расширились, заполнив собой чуть ли не всю радужную оболочку. Пришло ясное осознание, опустились руки, подкосились ноги, и Игорь медленно осел на землю рядом с колесом автомобиля.

Юрка с Андреем, отчаянно крича и размахивая руками, бросились на берег. Но уходящие с безвольной обреченностью один за другим приближались к краю и исчезали в бездне — без крика, без всплеска, без звука. Сначала ушел сержант Стеклов под руку с незнакомой девушкой, потом — Любимчик Пашка, сопровождаемый футболистом в красно-белой форме с десятым номером на спине, следом за ним — деревенский дурачок Колюшка с женщиной и двумя детьми. Последним уходил Витька. В одиночестве.

Андрей первым подбежал к обрыву, заглянул вниз, обхватил голову руками и сокрушённо опустился на колени.

— Витька! Дур-рак! Зачем ты это сделал?! Зачем ты это сделал?! — скрипя зубами, рычал он, всё сильнее стискивая ладонями пылающие виски. Подоспевший Юрка молча присел рядом и обнял друга за содрогающиеся плечи. Многое перенесли ребята внутри этой проклятущей Сферы, этого адского колпака, но вот впервые теряли близкого друга. Спустя минуту к ним присоединился Игорь, по смуглому лицу которого катились крупные слёзы.

Пока готовились к отъезду, загружая в кузов грузовика свой нехитрый скарб, Андрей на гладком боку гранитного валуна вывел найденной в колхозной мастерской белой краской: «В этом пруду покоятся трагически погибшие Виктор Рокотов, Павел Любимов, Борис Стеклов и Николай, житель села Рыжово». Он закончил свою работу, поднялся, отряхнул колени и, зашвырнув в пруд банку с краской и кисточку, опустил голову и на тяжёлых ногах отправился к верному ЗИЛу. Остальные пассажиры уже заняли свои места.

Ворота станции со скрежетом и завыванием, словно челюсти инфернального монстра, захлопнулись за вползшей внутрь машиной. И никого вокруг. Понятно, ворота приводились в движение с помощью электропривода, их можно было открыть и закрыть простым нажатием кнопки, не выходя из будки контрольно-пропускного пункта. И всё же как-то странно. Их пригласили, их ждали — и никто не вышел их встречать. Приехавшие — Андрей за рулем, баба Маша и Папа Карло в кабине, Юрка, Игорь и Ксюха в кузове — замерли в немом ожидании.

Молчание нарушил Метис, недовольно ворчащий по своему обыкновению:

— Эх, не нравится мне всё это! Чует мое сердце…

— Тихо ты, не каркай, — приструнил своего не в меру впечатлительного товарища Юрка, а сам поближе подтянул к себе автомат.

Андрей заглушил мотор и хотел было спрыгнуть на землю, но Папа Карло удержал его на месте. И тут из распахнувшейся двери КПП выбежала группа вооружённых людей и окружила машину. На гостей в упор уставились воронёные стволы автоматов, готовые в любой момент начать плеваться огнем и нести смерть. Андрей задёргался на сиденье, попытался вновь завести мотор, чтобы задним ходом протаранить ворота, но властная рука Папы Карло снова охладила его пыл.

— Бесполезно, Андрюша. Похоже, это западня. И на этот раз нам так просто не выпутаться. — Горелов покрепче перехватил посох и открыл дверцу со своей стороны. Юрка приподнялся над бортом — автомат на груди, рука на предохранителе. Рядом с ним плечом к плечу встала Ксюха, сжимая кулачки. Следом нерешительно поднялся Игорь.

А из двери контрольно-пропускного пункта вальяжно выплыл Дед в сопровождении свиты — Лейтенанта, Приходько и двух «квадратов». Дедову физиономию растянула жабья ухмылка от уха до уха, он суетливо потирал ручки, чуть ли не присвистывал, донельзя довольный богатым уловом.

— Ну что же, вот и встретились! — куражился Дед. — Весьма надеюсь, что наша новая встреча пройдет более плодотворно для обеих сторон, к общему, так сказать, удовлетворению. Надеюсь также, что мы сумеем разрешить некоторые досадные недоразумения возникшие ранее…

— Напрасно надеетесь! — отозвался Юрка из кузова. — Мы с палачами и провокаторами в переговоры не вступаем.

— Ай-яй-яй, нехорошо, молодой человек. Как некрасиво! Разве вы, Виктор Александрович, не учили своих подопечных правилам хорошего тона, уважительному отношению к старшим?

— Я учил их добру и справедливости! И всяческому неприятию подлости и предательства! Каковой пример вы здесь всем являете! И хватит паясничать. Я так понимаю, мы здесь находимся на положении пленных?

— Совершенно правильно понимаете. Вы также, надеюсь, понимаете, что сопротивление бесполезно, наши силы значительно превосходят ваши. Вы же не хотите, чтобы на вашей совести были жизни ваших молодых — и не очень, — добавил он, буравя взглядом бабу Машу, сжимающую в руках сверток, — друзей? Так что настоятельно советую сдать оружие и отбросить все мысли о сопротивлении. Попрошу всех спуститься на грешную, так сказать, землю, и следовать за мной.

— Что же, мы вынуждены подчиниться силе, — с трудом выдавил из себя Папа Карло, первым спускаясь на землю. — Юра, отдай им автомат! Ребята, вылезайте из машины!

Папа Карло стоял, опустив голову, тяжко опираясь на посох, и время от времени бросал презрительные взгляды исподлобья на своих пленителей. Юрка с явной неохотой отсоединил от автомата магазин и швырнул его на землю, передернул затвор и сделал контрольный спуск. Автомат последовал следом за магазином. Туда же последовал запасной магазин. Милиционер Приходько по знаку Деда суетливо подобрал трофеи. Ребята спустились на землю и понуро стояли возле машины.

— Вот и славно! — констатировал Дед. — Вы, я вижу, и украденный провиант нам подвезли. Что же, очень предусмотрительно! Думаю, мы сумеем договориться и обо всем остальном.

— Виктор Александрович, почему мы сдаёмся так, без борьбы?! — горячо прошептал Юрка на ухо Горелову. — Почему вы не хотите активизировать свой посох и расшвырять всех к чёртовой матери?!

— Я пытался, Юра. Ничего не выходит! Посох молчит, не отзывается. Подождём до лучших времён…

— Если, конечно, эти времена когда-нибудь наступят.

— Будем надеяться.

Странное дело, отобрать посох у Папы Карло никто не пытался. Дед опасливо косился на него, видимо, памятуя обескураживающий магический удар, но никаких попыток завладеть им не предпринимал. Пока, по крайней мере.