Клан Волка - Анна Кондакова

— Эй! — Тот подхватил брата подмышки и толкнул вперёд. — Это же наш Оками! Иди, поздоровайся. Он вообще-то живой, просто слишком бледный, выглядит хреново и, возможно, воняет, как труп.

Насчет «воняет» я бы поспорил.

После Котлованов я еще полдня в ванной отмокал.

Шутейку Мичи мальчишка не оценил. Его бубен упал на пол, глухо загремев колокольчиками, но Шаман Ю этого не заметил. Он со слезами бросился ко мне.

Я крепко обнял его, приподняв над полом.

— Привет, Шаман. Ты уж прости, что так получилось.

Он замотал головой, а когда я опустил его на пол, то ударил кулаком мне в живот, не сильно, зато с таким выражением лица, будто я виновен во всех грехах.

Когда мальчик наконец успокоился, я попросил его научить меня чувствовать связь с тёмными духами. Он удивился моей просьбе, но был явно горд.

— Все Шаманы умеют петь, это их основной навык, но ты немой, и при этом сильный Жрец, — сказал я ему прямо и честно. — Ты ведь всё делаешь через связь с духами и звуки бубна, верно?

Шаман кивнул, снова приняв не по-детски серьёзный вид.

— Ну вот. Научи меня.

Не знаю, как я вообще до такого додумался: тренировать навык Оракула с десятилетним пацаном, но я всегда считал Шамана Ю талантливым и сильным магом.

Чутьё не подвело.

Мы тренировались с мальчишкой ежедневно по три часа и уже на четвёртую тренировку у меня кое-что начало получаться. Шаман учил меня плавным жестам рук, частенько тряс бубном, сопровождая мои жесты музыкой, а порой и топал ногой в такт.

Ему нравилось мне помогать — каждый вечер он нёсся в мой кабинет со всех ног, счастливый, как никогда (я видел это из окна), но когда заходил в кабинет, то становился серьёзным и деловитым.

Никому из своей семьи Шаман не сообщил, что я жив, но однажды вместе с ним явился кое-кто ещё.

Сначала в кабинет вошёл Шаман, всё, как обычно, но потом влетела Юмико, а за ней — Мичи.

— Стой, негодяйка! — орал он на бегу. — Сто-о-о-ой! Туда нельзя!

Но девчонка уже стояла, тяжело дыша, и во все глаза смотрела на меня.

— Я так и знала! У Шамана такая физиономия счастливая, что трудно не заметить!

— Прости, Кирилл... — замялся Мичи позади неё. — Это пигалица меня перехитрила.

Я улыбнулся.

— Привет, Боевая Бабочка с Лазурными Крыльями, Затаившаяся на Трепещущем Цветке Сакуры.

Юмико вскрикнула, задыхаясь от восторга, и кинулась мне на шею.

— Оками! Ты живой! Живо-о-ой!..

Она разревелась в голос и повисла на мне, а потом ещё пару минут никак не хотела отцепляться, пока Мичи сам её с меня не снял. Он сто раз извинился, что не углядел за сестрой.

Сама же Юмико сразу разглядела мои красные зрачки.

— Ты что, теперь чароит?.. — Сначала она с ужасом замерла, но потом сощурилась и заявила: — Я Божественный Врач и найду способ, как тебе вылечиться. Вот увидишь. Все книги по Целительству перерою.

Я, конечно, поблагодарил её за рвение, хотя и сомневался, что Юмико мне поможет. Пока даже Джанко не решалась выводить из меня фагнум.

Мичи еле увёл свою шуструю сестру, но перед этим Юмико поцеловала меня в щёку и загадочно произнесла:

— А помнишь, как в Янамаре я давала прозвища твоим ребятам из команды? Помнишь?

— Ну конечно. Каменная Гора, Держащая Небо на Макушке — это Егор. А Исидора — Стальной Мотылёк, Порхающий у Древа Истины. Был там и какой-то Козёл. Возможно, даже не я.

— Резвый Горный Козёл, Бесстрашно Карабкающийся по Отвесному Склону! — быстро напомнила Юмико, а потом сделала вескую паузу и добавила: — Но ведь я тогда не сказала, какое прозвище у тебя. А, между прочим, оно есть. Правда, я долго думала какое выбрать.

— И какое? — Я не сдержал усмешки. — Раз Козёл уже занят, то должно быть что-то, связанное с Бараном, да?

— Бери выше! — Юмико вскинула руки и на одном дыхании выпалила: — Ты Могучий Волк, Не Знающий Страха и Ведущий Свою Стаю за Добычей.

Я вскинул брови.

— Не слишком длинно?

— В самый раз. Живи теперь с этим.

Улыбаясь во все зубы, Юмико наконец позволила старшему брату вывести её из кабинета.

Я и Шаман переглянулись. Мальчишка пожал плечом и со знающим видом оценил моё прозвище, многозначительно кивнув.

Кроме занятий с ним, у меня была ещё куча дел.

Я управлял Кланом из своего рабочего кабинета и лишь поздними вечерами выбирался на полигон для тренировок или чтобы навестить Демона. В такие моменты волк уже не смущался, что виляет хвостом.

Раз в два дня основные члены Клана собирались в зале для совещаний и докладывали о том, что сделано, какие поручения выполнены, где возникли проблемы, и какие есть ещё идеи по усилению наших позиций.

Каждый раз это были уже не просто разговоры, а бурное обсуждение. Мне не перечили, но порой возражали, и каждый вопрос проходил обкатку мнением сразу у всех. И в который раз я поражался, как же изменились вчерашние первокурсники.

Теперь никто бы и не вспомнил, что когда-то все они считались слабаками.

Платон Саблин предложил наладить связи с Военным Домом своего отца из Таванского княжества, которое находилось на границе с Валафемом. Военный Дом Саблиных потерял статус Почтенного Дома, но всё равно оставался сильным и одним из самых крупных на востоке империи.

Я отлично помнил о проблемах Платона с отцом, но ради усиления нашего Клана Саблин был готов отодвинуть свою гордость. К тому же, сейчас там служил его младший брат Тарас вместе со своим другом Яковом Вьюгиным, и они могли поспособствовать переговорам отца и сына Саблиных.

Глядя на Саблина, Исидора тоже предложила:

— Я могу привлечь своего отца, Илью Гран. Он хороший Витязь и раньше работал на Военный Дом Орловых. У него есть свои проверенные бойцы.

Я смотрел на Исидору, а в голове тем временем вспоминались слова Галея:

«Эта девочка — внебрачная дочь Бажена Орлова... Она считает, что её кровный отец — Витязь Илья Гран, когда-то служивший на Военный Дом Орловых, а сейчас прозябающий где-то на окраине восточного княжества Бригантия. Но позже ты расскажешь подруге правду. Сам поймёшь, когда наступит момент».

Неужели этот самый момент приближался?

Исидора говорила об отце, а я всё время представлял на его месте ненавистного Бажена Григорьевича. Не мешало бы