Морис Лима - Метро в неизвестность
Конечно, он ещё не обладал стопроцентным зрением, и цветы, должно быть, казались ему смутными яркими пятнами, дававшими не испытанные до сего времени и странные ощущения.
Взволнованный Ригель, приблизившись, закричал:
- Тки... что ты делаешь... что ты...
Он не решался произнести слово и сделал над собой усилие, чтобы закончить:
- ...что ты видишь?.. Скажи мне...
Ребенок повернулся к нему, лицо, уже нисколько не напоминающее застывшую скульптурную маску, и, протянув цветок с лепестками, окрашенными багрянцем, отобранным у Маркаб-солнца, ответил:
- Я вижу... Я вижу огонь...
Ригель и земляне молчали. Они поняли, что опыт окончательно удался. Инстинктивно и наивно Тки нашел слово, чтобы описать то, что он только что открыл для себя.
Кроваво-красный цвет растения волновал и привлекал его... Ригель испустил глубокий вздох, который, казалось, исходил из самых глубин его души. Вздох облегчения и невообразимого счастья.
Теперь он твердо верил, что Ксюл возродится, а ксюлиане поднимутся на поверхность, чтобы там трудиться и чувствовать любовь к жизни. Ссылке теневиков в недра планеты приходил конец.
И все потому, что ребенок согласился выйти к свету!
КОНЕЦ