Александр Алфимов - Китайские палочки времени
Довольно быстро я разобрался, что особых тонкостей в местном танце нет. Стандартных элементов немного, зато большое внимание уделяется импровизации. Главное, проникнуться духом местной культуры и почувствовать музыку. Судя по реакции окружающих, это получилось у меня превосходно. Вокруг меня тут же образовался круг, танцующие начали в такт музыке хлопать в ладоши, время от времени подбадривали выкриками. Время от времени в круг вбегали девушки и начинали кружиться в танце вокруг меня. Но откровенных приставаний не было. Это меня немало порадовало: терпеть не могу, когда девушки вешаются на шею.
Вообще, как я заметил, нравы здесь свободные, но одновременно целомудренные. Вероятно, причиной такого, казалось бы, противоречивого сочетания является то, что люди опираются не на мнение окружающих, а на внутреннюю мораль.
Через некоторое время я заметил, что танцующие перенимают у меня движения и общий стиль танца. Хотя я и старался не выделяться, но все же абсолютно соответствовать местным танцевальным традициям не получалось. Я посмотрел на стариков — они не выказывали заметного возмущения тем, что их молодежь берет пример с меня. Многие и сами заметно заинтересовались. Видимо, здесь не считается пороком заимствование элементов чужой культуры. Дед Иван, который отплясывал рядом, и сам пытался повторить некоторые мои движения. Должно быть, злом он считает только проникновение в деревню городских моральных ценностей, а обмен навыками и умениями активно приветствует.
Осознав это, я начал танцевать свободнее, вплетая в танец движения из тех боевых искусств, с которыми я знаком,— так танец выглядит эффектнее. Сначала осторожно, гак. чтобы не было заметным боевое происхождение движения.
И лишь через некоторое время я понял, что местный танец сам по себе основан на какой-то неизвестной мне боевой системе. А вскоре заметил, как несколько парней и девушек разбились на пары и принялись отрабатывать приемы и уклонение от ударов. Все это сопровождалось веселыми восклицаниями и громким смехом.
Некоторые пары от отработки перешли к тренировочным боям. Тут же на исход боев стали заключаться пари. Правда, как я выяснил позже, на кон ничего не ставилось, спор шел на интерес.
После всего этого было уже глупо скрывать свои боевые навыки. Я позволил своему телу двигаться так, как ему угодно. Сейчас музыка играет уже более энергичная, чем раньше. Пришлось напрягаться, чтобы поспеть за ней. Но зато и смотрелось это, наверное, эффектно.
Заметив по танцу, что и мне не чуждо искусство рукопашного боя, местные сразу же стали приглашать меня в спарринги. Я отбрыкивался, как мог.
— Да я и не знаю вашей боевой системы! — привел я последний довод, когда остальные были исчерпаны.
— Так это даже лучше! Бейся как умеешь. В реальном-то бою ты же не можешь быть уверен, что противник использует знакомый тебе стиль. Вот и будем тренировать к бою против незнакомой боевой системы.
Больше мне возразить было нечего. Против меня вышел широкоплечий парень. Первые несколько ударов я благополучно отвел. А потом он просто опрокинул меня на траву — без всяких приемов, за счет одной грубой силы, просто схватил и бросил.
Местные засмеялись. Засмеялись не обидно, просто это действительно было смешно. Но я все равно разозлился на самого себя, ведь я представляю здесь целую эпоху и просто не могу опозорить ее.
Я сосредоточился. Подмывало задействовать чип, но это показалось мне нечестным. Ладно, обойдусь своими силами.
Я представил поток времени. Это не я двигаюсь сквозь время, а оно движется сквозь меня. Я не иду из прошлого в будущее. Все наоборот, я стою на месте, а будущее проходит сквозь меня и становится прошлым.
Все вокруг меня замедлилось, стало более четким. Вот теперь попробуем, кто кого. Я пошел вперед. Все происходящее представилось мне как бы со стороны. Тело двигалось само по себе, и в то же время я контролировал движение каждой мышцы.
В моем изменившемся восприятии мне казалось, что я двигаюсь очень медленно и плавно. Однако, когда парень оказался на траве, со стороны донеслось: — Ого! Как молния!
Начало этого возгласа я воспринимал еще в боевом состоянии, а последнее слово слышал уже в обычном.
Все как раньше. Я снова двигаюсь сквозь время, а не оно через меня. Все вокруг движется в своем естественном ритме. Вот только голова гудит. Неудивительно — в течение нескольких секунд моему мозгу пришлось работать с огромной производительностью. Теперь через голову прокачивается огромное количество крови, чтобы восстановить потенциал нейронов.
Конечно, глупо это было — использовать против парня такое мощное средство. Вполне хватило бы просто как следует сосредоточиться и использовать несколько хитрых приемов.
Я подал поверженному противнику руку и спросил:
— Не расшибся?
— Нет! — помотал головой парнишка.— А как это вы так?
Вот и последствия моего глупого позерства — паренек обратился ко мне на «вы». А ведь я всего на несколько лет старше его. И до этого он, ничуть не смущаясь, «тыкал».
— Во-первых, давай как раньше — на «ты». Парнишка кивнул.
— А сделал я это очень просто. Вот только научиться было трудно. Но учение и труд все перетрут. Запомнил?
Паренек снова кивнул. А я решил, что мне следует откорректировать водно-солевой баланс в организме. Для этого я направился к своему месту за столом.
Ковшик кваса удовлетворил мои потребности. Однако я не спешил возвращаться на танцплощадку, совмещенную с бойцовским рингом. Несколько минут я просто отдыхал. Потом мое внимание привлекли миграции местных жителей.
Я принялся наблюдать за ними. Выяснилось, что кажущаяся суматоха праздника на самом деле имеет строгую систему. Женщины, подававшие еду и уносившие пустую посуду, время от времени сами садились за стол. Тут же вскакивали другие и брали на себя эти функции.
То же самое и с музыкантами — они то и дело менялись с танцующими. Время от времени приходили мужчины с бластерами, отдавали оружие другим. Сами садились за стол, а их сменщики уходили. Видимо, в караул.
И все это без суеты или накладок, каждый знает, когда следует веселиться самому, а когда надо уступить другим. Я так и не смог понять — существует ли какое-то расписание или порядок смен определяется спонтанно. Возможно, будь у меня больше времени, я бы нашел на это ответ. Однако местные заметили, что я отлыниваю от заслуженного отдыха.
Меня вытащили на середину «танцплощадки». Сражающихся оставалось немного, бойцовский азарт явно иссяк. Да и танцы стали более медленными, сказывалась усталость. Правда, изможденных лиц не встречалось. Но вот зевал уже каждый второй. Видимо, ложиться спать здесь приникли рано.