Андрэ Нортон - Янус: Суд на Янусе. Победа на Янусе. Тайна затерянной расы

— Иллиль! — Нейл шагнул к ней.

— Ты не Трубин! — резко бросила она и исчезла между деревьями.

Колодец калкрока, слабость, падение — она могла встретиться с кучей опасностей. Нейл захромал следом. Может, та память, что привела его в Ифткан, ведет теперь и ее? Но неужели Эшла рискнет перебраться через реку одна?

— Хурурр! — позвал он кваррина и увидел только отблеск крыльев, парящих вслед за исчезнувшей девушкой.

— Здесь, — пришел с запада ответ Хурурра.

Продолжая тревожиться, Нейл кое-как перепрыгнул через упавшее дерево и бросился налево. Где-то здесь была ловушка калкрока. Даже если ее ужасного хозяина нет в живых, сам колодец угрожает неосторожному путнику.

Нейл нашел Эшлу в лесистой ложбинке у ручья. Все ее тело тряслось.

— Иллиль! — тихо окликнул ее Нейл, боясь подойти ближе, чтобы опять не спугнуть.

При звуке его голоса тело Эшлы застыло, но она не подняла головы.

— Иллиль! — он сделал шаг, второй. Она медленно подняла голову с плотно зажмуренными глазами.

Теперь Нейл понял, что повергло ее в состояние дикого страха. Как он сам увидел в озерце Айяра, так и она увидела Иллиль вместо собственного отражения.

Опустившись на колени, Нейл плеснул воды на свое разгоряченное тело, а затем в искаженное ужасом лицо Иллиль.

Она открыла глаза. Невозможно было смотреть, как растет ее страх. Она откатилась от Нейла, скорчившись в беззвучном крике. В этот момент она находилась за стеной, воздвигнутой потрясением, и здравый смысл не мог туда проникнуть.

Нейл подался вперед и схватил девушку за руки. Она судорожно вырывалась. Самым лучшим и быстрейшим способом излечения было бы оглушить ее, но Нейл сомневался, сможет ли потом донести ее до реки. Он попытался сориентироваться и снова уловил собачий лай, слабый, но с заметной ликующей ноткой. Собаки обнаружили след беглецов и бежали по свежему запаху. Оставалось связать ей руки и вести за собой силой.

Нейл сомневался, сумеют ли они перебраться через реку, даже если Эшла очнется от шока и пойдет с ним, но отдать ее в руки людей с участка было бы еще хуже.

Эшла сжалась в комок и дикими глазами следила за каждым движением Нейла. Если бы ему удалось вызвать память Иллиль на поверхность ее разума…

— Ты Иллиль из Ифткана, — медленно проговорил он. — Ты Иллиль, а я — Айяр. За нами охотятся, мы должны бежать в Ифткан.

Она издала слабый, приглушенный стон и наклонилась над водой, притянув и Нейла. Как видно, сходство Нейла с его отражением удовлетворило ее.

— Я… не… — она снова задохнулась.

— Ты Иллиль, — ответил он. — Ты была больна, у тебя был дурной сон.

— Значит, это сон? — она коснулась его руки.

Нейл покачал головой.

— Это реальность. Там, — он указал на юг, — сон. А теперь — слушай! — До их ушей донесся лай.

— Собаки! — она узнала их, непроизвольно оглянувшись через плечо. — Но почему?

— Потому что мы принадлежим Лесу! Бежим!

Нейл повесил мешок на плечо и взял конец лианы, стянувшей руки Эшлы. Он не слишком хорошо понимал, почему так важно взять девушку с собой, увести ее от родных. Но ведь они больше не были ей родными, теперь это был отряд охотников, преследующих с собаками «чудовищ». Он и она, переродившись, стали одиноки. Он знал одиночество и в Диппле, когда Мелани заболела и часто блуждала в грезах, убегая от действительности. Но то одиночество, которое он испытал, став Айяром, было куда хуже.

— Пошли! — приказал он и помог ей встать. Она завертелась в его руках, отворачивая лицо, будто боялась взглянуть на него. Неужели она так и не смирится с перерождением? Нейл дернул за лиану и пошел. Эшла последовала за ним, полузакрыв глаза, сжав губы. Она шла твердо, не отставая.

— Ты ранен… кровь…

Нейла изумили ее первые слова. На его поврежденной ноге оставались еще пятна крови — правда, уже высохшие.

— Я попал в колодец калкрока, — ответил он и подумал, не дополнят ли его слова память Иллиль. — Это злое создание, живущее наполовину под землей, — добавил он. — Рана зажила, но я упал и снова повредил ее.

— Ты убил этого калкрока? — как-то по-детски спросила она. — Большим ножом? — она указала связанными руками на меч в ножнах, висевших на его поясе.

— Мечом, — рассеянно поправил Нейл. — Да, я убил его, потому что мне повезло.

— Ты всегда жил здесь, в Лесу?

— Нет, — Нейл ухватился за шанс направить ее мысли на их общую судьбу. — Я был рабочим на участке и нашел клад.

— Ах да, клад, — подхватила она тем же детским тоном. — Зеленый и такой красивый! Я тоже нашла… зеленое, как листья.

— Да, — согласился он, — ты нашла такой же клад. Потом я заболел Зеленой Болезнью и стал Айяром, хотя раньше был Нейлом Ренфо.

— А я Эшла Хаммер. Но ты называл меня по-другому.

— Ты — Иллиль, или какая-то часть тебя стала Иллиль.

— Иллиль, — тихо повторила она. — Красивое имя. Но я согрешила! Я грешница, иначе я не стала бы чудовищем.

Нейл остановился и повернулся к ней.

— Посмотри на меня, Иллиль, хорошенько посмотри на меня и подумай. Разве ты видишь чудовище? Ты вправду видишь чудовище?

Сначала она, казалось, готова была ответить утвердительно. Но его пристальный взгляд остановил ее, в этом взгляде была мольба, и девушка заколебалась. Она внимательно оглядела его с ног до головы.

— Нет, — медленно сказала она, — ты другой. Ты не чудовище, ты просто другой.

— И ты другая, Иллиль, и ты не чудовище. Ты не урод, ты просто другая, и как ифтианка ты очень красивая.

— Не чудовище… не урод… красивая ифтианка… — задумчиво повторила она. — Развяжи меня, — она протянула к нему связанные руки, — пожалуйста. Я не убегу. Ты Айяр, а еще ты грешник Нейл Ренфо.

Он снял лиану. Она приняла перерождение быстрее и полнее, чем он мог надеяться.

— Скажи мне, мы идем в город, в город деревьев? Мне кажется, что я помню деревья-Башни. Но как я могу помнить? — рассеянно спросила она.

— Да, есть такой город, Ифткан, но большая часть его умерла. Ты помнишь его с давних времен.

— Но как? И почему? — она задавала те же вопросы, что он задавал себе сам.

— Как — я частично догадываюсь. Почему — не знаю. Но вот что я успел узнать.

Они шли, и Нейл рассказывал о том, что нашел в Ифтсайге, о зарытом на участке Эшлы сокровище, обо всем, в чем убедился и о чем догадывался.

— Значит те, кто совершил грех, взяв запретные вещи, — подытожила Эшла, — были наказаны и стали такими, как мы. И, значит, нас искушал Лесной Дьявол, как всегда говорил Настоятель.

— Но разве это так? — возразил Нейл. — Разве это и в самом деле наказание, Иллиль? Разве ты ненавидишь лес? Неужели ты несчастлива здесь, как это должно быть при наказании?