Олег Серёгин - Начальник Дикого Порта
И охрану, как назло, местер Рихард завел несравненную.
Самые несогласные с новым порядком уже спали в ледяных глубинах космоса.
- Я еду домой, - сказал Рихард.
- Эскорт уже подготовлен.
Погано быть публичным человеком. Даже в одной машине ехать нельзя…
Люнеманн бросил так и не зажженную сигарету в пепельницу и встал.
***
Старейшина в молчании сидела над сундуком. Стороннему она показалась бы рачительной хозяйкой, но мысли ее занимали отнюдь не выгода и расчет. Цмайши перебирала мужские украшения пятидесятилетней давности и думала о войне – так, как думают об умершей дочери.
Мышцы ее ослабели, клыки затупились, сосцы ее иссохли, ей не вскормить новой войны; пусть это сделают другие. Она скоро умрет.
Цмайши думала о своей жизни. Она рождалась в блеске клинков, в отрочестве ей не было равных; и даже брат ее того же выводка, брат, осмелившийся выйти из чрева прежде нее и доказавший потом свое право отодвигать женщин в сторону, даже он остерегался ее. Что за скорбь выпала ему, изведавшему поражение… Цмайши был дорог именно этот брат, пусть и был он одним из многих. И мать его выводков, Суриши, она любила когда-то. И в отпрыске их видела отражение двух желанных сердцу.
Цмайши, великой старейшине, никогда и никого не было жаль. Ее только удручало, что тот, в ком она чаяла видеть священный клинок, стал всего лишь одним из углей в костре, где этот клинок предстояло выплавить. Пусть. Она и сама – один из таких углей, как все живущие ныне люди; разве только безымянным еще младенцам на склоне лет доведется познать войну.
Но, в последний раз закрывая глаза, Цмайши вспомнит, как видела на горизонте разгорающийся свет победы.
Aurenga
2005