Алан Фостер - Проводники всемирного потопа

Ученые посмотрели друг на друга и перебрали инвентарь для регулировки приборов, который им было разрешено взять в экспедицию.

Ничего ободряющего. Датчики для определения повышения ледового уровня или для взятия проб влажности, похоже, не были необходимы в борьбе с плотоядным существом размером с «Сландескри». Команда исследователей имела приборы для измерения интенсивности магнитных полей Тран-ки-ки, для записи сотрясений, для анализа их интенсивности, для мгновенного химического анализа, для сбора и каталогизирования образцов, органических и неорганических.

Все было бесполезно.

Он посмотрел на Миликена Вильямса, но это был как раз тот случай, когда основательные учительские знания не могли им помочь.

— Я дважды изготавливал черный порох, но здесь ничего нужного для работы: ни нитратов, ни серы — ничего. Только лед.

— Может быть, есть какой-нибудь способ использовать лед против него?

— Конечно, есть, — кисло усмехнулся Септембер. — Мы можем смешать гигантский коктейль, который сделает его мертвецки пьяным.

— Эй, а это мысль.

Глаза гиганта расширились.

— Для идиота — возможно. Нам бы потребовался целый корабль алкоголя, чтобы хоть слегка удивить существо подобных размеров.

— Я не это имел ввиду, — сказал Этан, напряженно думая. — Я подумал, что мы могли бы накормить его чем-нибудь таким, чтобы нарушило его обмен веществ. Корабль до отказа заполнен продовольствием. Может быть, в наших запасах есть что-нибудь, способное отравить его?

Тут же был произведен спешный осмотр, но его результаты оказались неутешительными. Большую часть провизии шан-коссиф проглотил бы с превеликим удовольствием, надеясь получить еще чего-нибудь. Некоторые сильные специи могли бы что-нибудь сделать, но они имелись в очень малых количествах. Им нужна была пара баррелей перца или какого-нибудь местного эквивалента.

— Но мы привезли с собой не только инструменты, — напомнила своим товарищам Чила Хванг, когда идея с кормлением была отвергнута.

— Кроме наших защитных костюмов у нас есть ножи и всякая другая экипировка.

— А как насчет печи? — Джалакан выглядел взволнованным. — Как мы можем ее использовать?

Септембер насмешливо фыркнул:

— Мы бултыхнем нашего старого приятеля в котел и доведем до кипения.

— Нет, у Альмеры есть идея, — вмешалась Хванг со всем энтузиазмом, на который была способна. — Печь работает на термопаровом топливе, которое выделяет массу электроэнергии. Она задумана так, чтобы готовить на ней для дюжины людей одновременно. Что, если мы включим ее на максимальную мощность и кто-нибудь заставит эту тварь проглотить ее?

Этан постарался ухватить ее мысль.

— Но может ли она выделить достаточно тепла, чтобы нанести вред или, что еще менее вероятно, убить его?

— Но нам не нужно ни то, ни другое, — возразила она. — Все, чет мы хотим, это чтобы он оставил нас в покое. Чтобы у него пропала вся охота добираться до нас, как вы говорили ранее.

Ледоход накренился влево, и людям с трудом удалось сохранить равновесие.

Этан посмотрел на Гуннара:

— Что вы об этом думаете?

— Все зависит от того, сколько тепла сможет излучать эта машина. Помните, что шан-коссиф сам выделяет много тепла. Он может просто не почувствовать разницу.

— Не беспокойтесь, почувствует, — Хванг была непреклонна. — Эта крепкая и выносливая штука спроектирована для работы в трудных условиях. Она должна функционировать достаточно долго и привлечь к себе внимание, даже находясь в чьем-то животе.

— Я не могу предложить ничего лучшего. Мы должны попробовать идею, дружище Хванг. — Рыцарь заглянул на сходни. — Принесите-ка ее сюда, и мы посмотрим, что она может сделать.

Мовар и Джалакан поспешили вниз. Тем временем Та-ходинг дал распоряжение корабельному коку принести самый большой каркас, имевшийся в наличии на ледоколе.

Печь была размером не больше системного блока компьютера с прямоугольной конфоркой, укрепленной на верхней поверхности. После некоторой дискуссии Джалакан повернул выключатель, и сомнения трана были рассеяны интенсивностью тепла, производимого прибором. Когда печь разогрелась до максимума, нельзя было поднести руку ближе чем на шесть сантиметров к рабочей поверхности и не получить ожога.

Печь была помещена в каркас, и крышка плотно закрыта. Этан, Септембер и Гуннар подтащили ее к бортику.

— Осторожно здесь, друзья мои, — прошептал Септембер в то время, как что-то шевельнулось внизу, залитое лунным светом.

— Давай!

Они швырнули ее за борт. Ударив маячившие внизу щупальца, она отскочила в сторону. На мгновение они испугались, что каркас, прокатившись по льду, останется без внимания.

Но шан-коссиф оказался более чувствительным. Заметив присутствие чего-то съедобного, он начал растапливать лед под каркасом, быстро исчезнувшим в луже. Заметив это, Этан и его товарищи поспешили отойти от края.

Никто не проронил ни слова. Выражение разочарования пробежало по лицам, когда по прошествии некоторого времени корабль содрогнулся снова.

— Не сработало, — пробормотал Этан. — Надо бы нам придумать что-нибудь еще.

— Я не понимаю, — Бланчард озадаченно покачал головой. — В подобном мире несколько сот градусов должны казаться тысячей.

— Не спешите, — Та-ходинг не смотрел на них. Он слушал, слушал и, возможно, различал то, что мог различить только тот, кто всю свою жизнь провел, скользя по ледяной поверхности. «Сландескри» колыхнулся опять.

— Этан прав, — сказал Гуннар. — Это не сработало.

— Нет, что-то получилось. Успокойтесь, возьмите себя в руки и почувствуйте корабль.

Гуннар нахмурился, затем слегка присел. Еще раз ледоход поколебался. Этан посмотрел на одного, потом на другого, в конце концов не выдержал и нарушил молчание:

— Не мог бы кто-нибудь из вас объяснить мне все-таки, что происходит.

— Последние несколько раз, когда корабль содрогался, это происходило не от погружения. — Та-ходинг говорил, не отрывая взгляда ото льда внизу. — Я в этом уверен. Я знаю этот корабль так же, как самого себя, даже лучше.

Когда он закончил, «Сландескри» неистово дернулся, но не вниз.

Этан и другие сделали осторожный и согласованный бросок к бортику. Ни одного щупальца не поднялось, чтобы напасть. С первого взгляда стало ясно, что в субарктическом ночном воздухе вода под левым носовым лезвием уже успела замерзнуть, а поверхность снова приняла свою прежнюю форму. Хал Земкин, ассистент Хванг, достал фонарик и поиграл его сильным лучом по поверхности льда. Было похоже на то, что вода действительно замерзла. Не было никаких различимых тонких мест, откуда могли бы вырваться щупальца.