Андрей Колганов - Повесть о потерпевшем кораблекрушение
Во-первых, это не должен быть легкий танк. Легкие танки, имеющиеся сейчас на вооружении как в Левире, так и в Деремской коалиции, слишком уязвимы от огня артиллерии и сами не имеют достаточно сильного вооружения. Во-вторых, это не должен быть и тяжелый танк. Экспериментальные образцы тяжелых танков показали их недостаточную подвижность. Речь, следовательно, должна идти о среднем танке — то есть танке, сочетающем довольно высокую скорость и маневренность с прочной противоснарядной броневой защитой и мощным артиллерийским вооружением. Да, и на каждом танке надо установить радиостанцию, хотя бы небольшого радиуса действия. В крайнем случае — приемник.
Что требуется для того, чтобы этот средний танк не оказался средоточием недостатков легкого и тяжелого танка — то есть не был бы тяжел и малоподвижен при недостаточно прочной броне и слабой пушке?», — Обер оглядел присутствующих, давая понять, что его вопрос обращен ко всем.
«Бригадир-инженер Осиу Працци», — с места поднялся молодой подтянутый офицер. — «Разрешите?»
«Да, пожалуйста».
«Для того, чтобы сделать такой танк, нужны следующие компоненты. Во-первых, нужен новый, более мощный двигатель, но не за счет значительного увеличения веса. Во-вторых, нужна новая, более прочная броня. В третьих, нужно поставить в него пушку более крупного калибра специальной разработки с уменьшенной отдачей и длиной отката ствола. Разумеется, некоторого увеличения веса и габаритов при этом не избежать. Поэтому придется разработать новую башню, а также и новые ходовую часть и трансмиссию, приспособленные к увеличенной нагрузке, и поставить на танк широкопрофильные гусеницы, что приведет к определенному снижению скорости». — Офицер говорил четко, быстро, было видно, что сказанное им уже давно продумано. — «Однако я сомневаюсь в разрешимости такого комплекса задач, во всяком случае, в сжатые сроки. У нас нет нового двигателя. У нас нет новой брони. Имеющиеся пушки крупного калибра чересчур тяжелы и громоздки для установки в танковой башне, а перспективы разработки новых образцов неясны».
«Разрешите?» — с места тянул руку человек в штатском, в очках, с совсем еще юным, пухловатым и розоватым лицом. — «Инженер завода N24 Шаку Каввала. Двигатель есть! Мы делали двигатель к гусеничному тягачу для артиллерии большой мощности. Заказ был снят, но образец двигателя мы разработали и испытали. Он вдвое мощнее двигателя легкого танка…»
«Мы знаем про ваш двигатель. Но это же дизель!» — выкрикнул кто-то с места. — «Он менее приемистый, из-за чего удлиняется время разгона и вообще ухудшается маневренность. И, кроме того, на испытаниях вашего дизеля он показал реальный моторесурс едва больше 50 часов! А его непомерная цена — это вообще что-то из ряда вон выходящее».
Обер вмешался в спор:
«Могу по секрету сказать, что наши специалисты остановились именно на дизеле. Он действительно проигрывает бензиновому двигателю, обеспечивая танку несколько меньшую подвижность. Но у него есть существенное достоинство — он гораздо устойчивее к воспламенению. Кроме того, соляр производить проще и дешевле, чем бензин. Однако без повышения моторесурса и снижения стоимости изготовления, разумеется, не обойтись. Нужно дать соответствующее поручение конструкторскому бюро и техотделу завода, где он будет производиться».
Затем Обер снова повернулся к Осиу Працци — «А какую пушку вы имели в виду?»
«Что-нибудь типа 83-миллиметровки, которую поставили на своем тяжелом танке деремцы. Они значительно укоротили ей ствол, но все равно пушка слишком массивна и танк вышел чрезвычайно тяжелым, а башня — громоздкой. Так что нам, наверное, придется взять за основу что-нибудь полегче, — например, хорошо отработанную в производстве 50-миллиметровую полевую пушку», — уверенно ответил тот.
«А что, если взять за основу новую длинноствольную полевую пушку калибра 7,5 сантиметра, производимую по нашей лицензии?» — ответил Обер вопросом. — «Она получилась довольно-таки облегченной по сравнению с прежними образцами, а длина ствола обеспечивает неплохую начальную скорость. И в любом случае это лучше, чем 38-миллиметровка легкого танка. Придется, конечно, сконструировать для нее новое противооткатное устройство для установки в танковой башне».
«Длинноствольную пушку на танк? Да она же будет торчать и за все цепляться!.. Слишком большая отдача, громоздкие амортизаторы, утяжеление конструкции и увеличение габаритов башни…» — раздалось сразу несколько голосов.
«Не думаю», — возразил бригадир-инженер Працци. — «Танк же не в лесу будет воевать. А что до веса и габаритов башни, то их действительно придется увеличить. Зато мы получим приличную начальную скорость и увеличенную дальность прямого выстрела».
«Теперь о броне», — снова вмешался в разговор Обер, подойдя к черной доске на стене и взяв в руки мел. — «Вот броневой лист 30-мм толщины. Как раз такой лобовой броней оснащена новейшая модель деремского среднего танка», — пояснял Обер, чертя мелом на доске. — «А теперь наклоним лист на 45 градусов. Какой путь надо будет пройти снаряду, чтобы пробить его?»
Почти сразу кто-то из инженеров выкрикнул:
«Примерно 42 с половиной миллиметра!»
«Ну вот», повернулся к присутствующим Обер, — «безо всякого увеличения веса получаем из брони толщиной 30 мм броню толщиной 42,5 мм!»
«Преимущества наклонной брони нам известны» — зашумели сразу несколько голосов. — «Но наклонное расположение листов брони ухудшает возможности использования заброневого пространства!».
«Усиление противоснарядной устойчивости стоит того, чтобы немного увеличить габариты танка!» — возражали им другие.
Обер Грайс вклинился в этот спор, слегка подлив масла в огонь:
«Кое-что может дать и известная вам новая технология поверхностного упрочнения брони», — бросил он.
«У нас нет для этого нужного оборудования!» — тут уж зашумели все хором. — «Мы пока можем обеспечить поверхностную закалку броневых листов лишь толщиной 10–12 мм!».
«Оборудование — это не вопрос» — парировал Обер. «Соглашение о поставке необходимого оборудования с Тайрасана уже готовится. Кроме того, как паллиатив можно разработать схемы дополнительного экранирования имеющихся моделей танков тонкими листами с поверхностной закалкой».
Он немного помедлил, ожидая, пока утихнет шум, и спросил:
«Ну что, возьметесь сделать такой танк?»
Несколько проще оказалось решать проблемы с авиаторами. У них уже были новые экспериментальные образцы самолетов, новые двигатели (производимые по тайрасанской лицензии), новые авиационные пушки. Обер побывал на испытаниях, пощупал самолеты своими руками.