Андрей Бондаренко - Кошачий Мир

Завершив любовный ритуал приветствия, графиня Каспер поинтересовалась:

– А откуда, милый, здесь взялась зажжённая свечка?

– Я, конечно, зажёг, – с гордостью расплавляя лапой юношеские усы, усмехнулся Томас. – Кто же ещё?

– Молодец ты у меня. Очень заботливый и предусмотрительный.

– Стараюсь, прекрасная Королева ночных пустошей.

– Значит, свечу принёс в зубах? – насмешливо прищурилась Аша. – Я вижу на восковом боку их чёткие отпечатки. А как же ты, галантный кавалер, запалил фитилёк? Неожиданно прорезались архмагические способности?

– Увы, не прорезались, – засмущался бродяга. – Куда мне, безродному? Архмагика – это монопольный удел аристократов, в чьих жилах течёт благородная голубая кровь. Пришлось, естественно, совершить два рейса. Первым делом, принёс в зубах – из поместья Радо – старинное кресало и положил его на пенёк. Потом притащил свечу и пристроил рядом, сориентировав её нужным образом – фитильком к потенциальным жарким искрам. После этого наступил левой передней лапой на кресало, а правой – что было силы – крутанул кремниевое колёсико. От снопа ярких искр фитиль загорелся. Но это было только полдела, так как свечку ещё предстояло установить вертикально. Установить и надёжно закрепить. Пришлось, ей-ей, помучиться. Даже усы слегка подпалил.

– Бедненький ты мой. Иди сюда, поцелую…

Тихая безветренная ночь. Таинственно мерцающие звёзды. Уютное потрескивание свечи. Милое воркованье влюблённой (преступно-влюблённой, заметьте!), парочки.

– Сплошная романтика, – через некоторое время, томно вздохнув, призналась Аша. – Даже ощущение-предчувствие близкой опасности больше не беспокоит. Только чего-то, всё же, не хватает.

– Чего – не хватает? – всерьёз забеспокоился Томас. – Ты только скажи, моя архмагическая принцесса. Всё выполню. Что ты хочешь?

– Ну, не знаю…. Какой-нибудь лирический стишок – в создавшейся романтической ситуации – был бы нелишним. И, непременно, чтобы в нём упоминалась мечтательная свечка, плачущая воском…. Сможешь, бродяга симпатичный?

– Смогу, сиятельная графиня. Не сомневайся. Почему бы, собственно, и нет? Это очень древнее стихотворенье, дошедшее до нас из глубины седых веков. Написанное, понятное дело, каким-то неизвестным гумми. Все красивые и необычные стихи в нашем Мире выходят из-под перьев подлых, но гениальных гуманоидов. А у нас, местных «Властителей природы», ничего путного не получается. Так, только ерунда бледная, блёклая и бестолковая. Почему? Неизвестно. Даже немного обидно…. Впрочем, не буду отвлекаться. Слушай…

Стихотворение отзвучало. Все звуки смолкли. Вокруг поляны установилась чуткая тишина, чуть-чуть разбавленная мирным и слегка мечтательным потрескиваньем свечи.

– Почему ты молчишь, красавица? – неуверенно икнув, поинтересовался влюблённый бродяга. – И мордочка лица…м-м-м, какая-то насторожённая и обеспокоенная…. Стишок не понравился?

– Очень понравился, – заверила Аша. – Очень-очень-очень. Но…. Да, любимый, ты прав. Я беспокоюсь. Очень-очень-очень. Почему сегодня все вокруг твердят мне о метели? Все-все-все? Сперва старая Наоби, потом магистр Карго, теперь, вот, ты? Не нравятся мне такие частые и навязчивые совпаденья. О чём они говорят? О чём хотят предупредить? О том, что в наш Кошачий Мир возвращается зима? Почему она возвращается? Из-за чего? Ничего не понимаю…. Ой, смотри! Что это такое?

Вдалеке, там, где теоретически располагался центр болотистой пустоши, наблюдалось странное ультрамариновое свечение. Вернее, призрачный столб достаточно большого диаметра, нестерпимо отливавший-сверкавший ультрамарином. Казалось, что столб поднимается прямо из болотистой земли и теряется где-то в бездонном небе. Или же, наоборот, опускается из высокого неба и исчезает где-то в бездонных недрах планеты.

– Очень красиво, – зачарованно протянул Томас. – И крайне зловеще…. Так, к нам, кажется, кто-то бежит.

Из ультрамаринового столба неожиданно выпрыгнула-появилась приземистая светло-зелёная фигурка, окружённая ярко-синим контуром, и бодро припустила вперёд, ориентируясь – скорее всего – на одинокий огонёк свечи.

– Это же…собака! – ужаснулась Аша. – Я видела их изображения в старинных книгах…

Светло-зелёный силуэт – в тонком ярко-синем контуре – неуклонно приближался. Неуклонно и неотвратимо. Как мрачная осень на смену ласковому лету…

– Исчезни, пропади, сгинь, растворись, – потерянно бормотала юная графиня. – Ничего не выходит. Архмагика, действительно, не действует на пришельцев из Теневой Системы…. Надо бежать. Надо. Только ничего не получается. Лапы не слушаются – словно приросли к земле. А из клыкастой собачьей пасти капает вязкая слюна…. Неужели, это смерть?

– Не торопись, любимая, прощаться с жизнью, – посоветовал Томас. – Мы ещё побарахтаемся.

Посоветовал и ловко – быстро-быстро – пополз навстречу зловещему силуэту. Потом затаился за высокой кочкой, а когда до странного цветного пса оставалось совсем чуть-чуть, отважно прыгнул на потенциального врага, издав в полёте отчаянный вопль…

Неожиданно – тоненько и мерзко – завыла сирена.

– Объявили тревогу? – предположил Пашка.

– Вряд ли, – не согласился Подопригора. – Скорее всего, сирена просто сигнализирует-извещает о прибытии Капсулы. Мол: – «Бросайте все дела и встречайте дорогих путешественников…». Говорите, что за тёмно-серой бархатной шторой, состоящей из двух половинок, располагается гардеробная?

– Помещение для полноценного отдыха, – уточнила Валентина. – И гардеробная, наверное, в том числе…. А что?

– Ничего. То бишь, очень кстати. За шторой и спрячемся. По крайней мере, попытаемся. На всякий пожарный случай. Следуем, прихватив походные шмотки, за мной…