Джек Вэнс - Джек Вэнс. Повести и рассказы. - Джеффри Лорд. Бронзовый топор. (Сборник)
Дру опустился на колени, изумленно глядя на свои окровавленные ладони. Из рассеченного горла с клекотом вырывался воздух. Рубанув мечом под ухо, из опасения, что умирающий ухитрится крикнуть, Блэйд почти начисто снес ему голову.
Он опустился на корточки возле мертвеца и стянул капюшон. «Я зарубил старика, — подумал он, глядя на череп, покрытый короткой седой щетиной. — Жаль, но ведь он напал первым».
У ног сверкнул золотистый кинжал. Блэйд нагнулся, присматриваясь: только рукоять и упор кинжала были из золота, а острый как бритва клинок — из бронзы. Он перевел взгляд на дру.
Старик? Что-то в застывших чертах мертвеца заставило Блэйда усомниться в этом. Он схватил ворот белой сутаны — на ней, на сердце, был вышит золотой дуб в красном круге, — и рванул, обнажив сморщенные груди. Ткань выскользнула из пальцев. Старуха!
— Храни нас, Фригга! — пробормотала Талин. — Ты убил ее, Блэйд! Зарубил старую дру. Теперь нас проклянут... после того, как убьют и съедят.
Блэйд поморщился, досадуя на себя. Он не любил убивать женщин.
— Принцесса, перестань молоть чепуху, — сердито бросил он. Ничего нам не сделают. Я ведь не хотел ее убивать. Почему ты не сказала, что среди дру есть женщины? — он потер подбородок. — Дело сделано, ее уже не воскресишь. Что теперь, прикажешь справлять панихиду? — Он пнул лежащий в траве кинжал.
Талин не смотрела ни на Блэйда, ни на мертвую старуху. Подобрав кинжал, она засунула его за пояс и глухо произнесла:
— Теперь мне без оружия нельзя. Когда нас поймают, убью себя, чтобы не мучиться... Пошли, Блэйд! — Она схватила его за руку. — Может быть, мы еще успеем спастись... Бежим!
Блэйд вырвал руку и посмотрел в сторону костра, где звучал жуткий хор.
— Нет, принцесса, я слишком далеко зашел. Ты не ответила: много среди них женщин?
— Они все — женщины, — тихо ответила Талин. — Я не предупреждала тебя — не думала, что это так важно. Откуда мне было знать, что ты о них слыхом не слыхивал? Впрочем, я забыла — ты ведь чужеземец, тебе простительно невежество.
Блэйд пропустил последнюю фразу мимо ушей.
— Неужели среди них сосем нет мужчин? Выходит, дру — женская секта?
Он немного приободрился. Дела не так уж плохи — с бабами проще управиться, особенно со старухами. Но надо все-таки отдать должное лысой ведьме — с кинжалом против меча...
— Вижу, тебя заинтересовали дру, — насмешливо сказала Талин. — Ладно, я расскажу о них — если ты сейчас же пойдешь со мной. Пойми, отныне твоя жизнь не стоит ломаного гроша. Дру не простят старухиной смерти, они под землей тебя разыщут. Только я сумею тебя спасти — если будешь послушен. Помнишь, я сказала, что велю тебя высечь? Так вот, я не шутила. Ты теперь в моих руках, так и знай. Одно мое слово — и ты покойник.
Блэйд молча вонзил меч в землю, счищая кровь. Затем перевел с меча на принцессу недобрый взгляд. И снова опустил глаза.
— Нечего рожи строить, чужестранец! Ты меня не убьешь — рука не поднимется.
— Верно, принцесса, — улыбнулся Блэйд. — Ты во мне не ошиблась. Но скажи: кто поверит, что не ты подговорила меня зарубить старую жрицу? Учти: я совру — недорого возьму.
Талин опешила.
— Спаси меня, Фригга! — пробормотала она, проведя ладонью по груди. — От дру... и от Блэйда. Зря, я, пожалуй, тебя разбудила...
Блэйд и сам жалел, что судьба свела его с принцессой. Конечно, в чужой стране ему необходим на первое время проводник и наставник. Но Талин — капризное большое дитя, принцесса варваров, привыкшая повелевать. На нее нельзя положиться. Сама нуждается в няньке, — хмуро подумал о ней Блэйд.
— Я иду к костру, — решительно заявил он. — Хочешь, оставайся, хочешь, ступай за мной. Мне все равно.
Он бесшумно направился к мерцанию огня. Талин пошла следом. Вскоре Блэйд услышал, как она споткнулась и пробормотала что-то насчет Фригги, скорее напоминавшее ругательство, чем молитву. Когда он улегся на мягкую листву в стороне от костра и хоровода дру, Талин вытянулась рядом и, щекоча губами его ухо, прошептала:
— Видишь вон ту, с позолоченным мечом?
Блэйд кивнул. На поляне собралось с полсотни жриц в белых сутанах с поднятыми капюшонами. Хлопая в ладоши, они гнусаво пели и танцевали вокруг огромного костра. Видимо, танец передавался из поколения в поколение: движения жриц были отработаны до автоматизма. Зрелище подействовало на Блэйда угнетающе: казалось, готовится что-то страшное.
Дру, на которую показала Талин, стояла в стороне, опираясь на позолоченный меч, столь длинный, что рукоять касалась алого пояска под грудью.
— Это Нубис, верховная жрица, — прошептала принцесса. — Кузен ее очень боится, и я боюсь. И ты должен бояться. Погляди вон туда, и поймешь, почему.
Блэйд пригляделся, и то, что увидел, ему не понравилось. За кругом танцующих жриц, в грубой деревянной клетке, связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту, лежала обнаженная девушка. В полумраке мелькали белки ее глаз, которыми она в страхе вращала. Девушка была некрасивая — толстая, дряблая, с огромными вислыми грудями, по-крестьянски широкими запястьями и лодыжками, и все же Блэйду стало ее жаль. Но в чужой, дикой стране, в лесу, где разыгрываются страшные действа, это чувство, пожалуй, было лишним. Да и слова принцессы насчет кровожадности дру вызывали сомнения...
Внезапно пение прекратилось. Хоровод распался, жрицы засуетились. Глядя на них, Блэйд перестал мерзнуть — напротив, по лицу побежали ручейки пота.
Дру работали слаженно и быстро. По обе стороны костра они врыли в землю раздвоенные на конце жерди, на них, над пышущими жаром углями, положили бронзовый вертел. Одна дру подтащила несколько тяжелых мешков, развязала их и стала пригоршнями бросать в пламя древесный уголь.
— Смотри, — прошептала принцесса. — Видишь толстенный дубовый пень? О нем такое рассказывают... Дру называют его «Царь-дуб».
На срезе огромного, футов восьми в поперечнике, «Царь-дуба» лежал тонкий каменный жернов.
Ухватившись за кожаные ремни, четыре дру подтащили к пню клетку. Девушка пыталась кричать — Блэйд видел, как шевелятся распяленные кляпом губы. Его пальцы побелели на рукоятке меча, глаза заливало потом. Заметив это, принцесса вонзила в его руку длинные ногти.
— Нет, Блэйд! И думать не смей! Их не так просто одолеть, хоть они и женщины. Дру свирепы и дерутся, как воины. Даже если нам удастся отбить девушку, они придут к Ликанто и потребуют наши головы. И он выдаст нас, поверь. В лучшем случае нас выгонят из Сарум-Виля, и мы останемся без еды, крова и защиты.
Блэйд с трудом разжал пальцы. Талин была права: чтобы выжить в Альбе — а он твердо решил выжить, — надо сдерживать чувства. Едва он подумал об этом, накатила тошнота. Ричард Блэйд был тверд как камень, но, говорят, даже камни могут плакать.