Бертрам Чандлер - Коммандер Граймс (Сборник)

- Тридцать третий этаж, - сказал Бамбергер.

Легкий рывок продолжительностью в секунду - только это и указывало, что лифт начал подниматься.

- Как я понимаю, роботы запрограммированы на выполнение приказов, которые поступают непосредственно от сотрудников тюрьмы, - заметил Граймс.

- Не могу ответить на ваш вопрос, сэр.

- Гхм... А лифты, полагаю, двигаются так медленно, чтобы в случае побега, пока заключенный будет спускаться в лифте с верхнего этажа, охране на первом этаже хватило времени, чтобы подготовить ему встречу.

- Не могу ответить на ваш вопрос, сэр.

- Но если эти устройства подчиняются только служащим, как заключенный воспользуется лифтом? - спросил Данбар.

- В истории можно встретить немало случаев, когда охранники помогали заключенным бежать из тюрьмы, - ответил Граймс. - И далеко не всегда к их спинам были приставлены пистолеты или ножи.

- Боюсь, мне не доведется увидеть, как Плесхофф дает взятку, - сказал Данбар. - Взятка с жалованья третьего помощника флотилии Приграничья... Мне и моего-то не хватит.

- Гхм... - буркнул Граймс. Похоже, Бамбергер был бы рад переменить тему разговора. - А какую работу выполняют заключенные?

- Плесхофф работает в мастерской, где собирают детали для проигрывателей, сэр, - ответил констебль. - Осужденным полностью выплачивается жалованье за выполненные работы, каковы бы они ни были. Если же суд еще не состоялся - даже если вина заключенного бесспорна - заработок выплачивают с вычетом платы за содержание. А после вынесения приговора заработок, конечно же, начинают перечислять на счет, где он накапливается.

- Гхм... - Граймс повернулся к Данбару. - Я очень удивлен, что наш мистер Плесхофф до сих пор не предстал перед судом.

- Его очередь еще не подошла, коммодор.

- Вам скучать не приходится, - заметил Граймс, обращаясь к Бамбергеру.

На каменной физиономии констебля впервые появилось легкое подобие выражения.

- С этими "людьми-цветами" не соскучишься, сэр. Надышатся своей "травой мечтаний" так, что из ушей дым идет... а то, что творят после этого, и в страшном сне не приснится. С нормальными заключенными у нас никогда таких проблем не было.

- Подозреваю, что и быть не может. Нормальные заключенные для вас - как семья.

Бамбергер бросил на Граймса взгляд, полный ярости, и наступила гнетущая тишина.

- Они начинают представлять серьезную опасность, - проговорил Данбар. Я о "людях-цветах".

- Они были опасны изначально, - ответил Граймс. - Отработка фигур высшего пилотажа на космическом корабле весом в три тысячи тонн - не самое безобидное развлечение.

- Тридцать третий этаж, - объявил Бамбергер и указал на открывающуюся дверь.

Большинство помещений тридцать третьего этажа занимали мастерские. Сквозь все помещения неторопливо текли длинные ленты конвейеров. Здесь трудилось около ста человек, все как один в плотных серых комбинезонах, у каждого на спине и на груди номер. Вдоль конвейеров прохаживались бдительные охранники, одетые в синюю с серебром форму. Еще несколько охранников стояли у пулеметов на внутренних балконах.

"А эти отвертки - неплохое оружие, - подумал Граймс, терзаясь недобрым предчувствием - И паяльные лампы... Правда, долго ли продержится заключенный, который попытается напасть на охранника? Думаю, не долго".

Чтобы отвлечься, он посмотрел на изделие, которое проплывало мимо. Сборка была почти завершена. Да, похоже, у него дома найдется не один прибор с подобным происхождением.

Один из охранников, на рукаве которого было больше серебряных нашивок, чем у других, направился к посетителям.

- Коммодор Граймс, капитан Данбар? Как я понял, вы хотите увидеть Плесхоффа, номер 729. Можете воспользоваться комнатой отдыха. Она будет свободна до следующего перекура - минут сорок. Брамбергер, проводи туда джентльменов.

- Есть, сержант.

Комната отдыха оказалась мрачной, серой и унылой. Впрочем, кто-то догадался поставить в ней автомат с холодной водой, кофе и чаем. Бамбергер поинтересовался, не желают ли посетители чего-нибудь из перечисленных напитков. Данбар отказался, и констебль наполнил два бумажных стаканчика для себя и Граймса. Черная жидкость, которая оказалась там, была тепловатой и горькой и походила на все что угодно, кроме кофе.

Двое охранников ввели Плесхоффа. Граймс узнал этого молодого человека: когда-то тот проходил собеседование на соискание места во флотилии Приграничья. Собеседование прошло успешно, и юноша стал младшим офицером на трансгалактическом клипере.

Во время очередного круиза по мирам Приграничья он познакомился с девушкой из Дальнего космоса. Если коммодору не изменяла память, они даже поженились... точно, парнишка подавал рапорт, просил отпуск на время медового месяца. И вроде бы капитан корабля, на котором летал Плесхофф, мельком упомянул, что не так давно их брак распался.

Обычно офицера или астронавта можно узнать всегда, в любой одежде... и даже без оной. Плесхофф явно был исключением. Даже если сейчас нарядить его в форму, он все равно будет выглядеть самым обычным молодым человеком... точнее, сильно напуганным молодым человеком.

"Хоть на бандита не похож, и то хорошо", - подумал Граймс.

- Нельзя ли оставить нас наедине с... заключенным? - спросил он, обращаясь к охранникам.

- За этих джентльменов поручился полковник Варден, - вставил Бамбергер.

- Вы коммодор Граймс, сэр? - проговорил один из охранников. - Тот самый коммодор Граймс?

- Насколько мне известно, в данном пространственно-временном континууме таковой существует в единственном экземпляре, - отозвался вышеупомянутый коммодор.

Этот диалог явно озадачил Бамбергера.

- Мы должны спросить разрешения у сержанта, - с сомнением в голосе произнес он.

Но сержант не возражал, и спустя несколько минут Граймс, Данбар и Плесхофф остались в комнате отдыха, предоставленные сами себе. Начальники космических служб расположились на тяжелой деревянной скамье. Молодой офицер устроился напротив в кресле, которое выглядело куда более жестким.

5

- Ну, мистер Плесхофф, что вы скажете в свое оправдание? - строго спросил Граймс.

- Думаю, моих извинений будет явно недостаточно, сэр.

- Разумеется, недостаточно, - отозвался коммодор... и про себя подумал: "Знал бы ты, парень, до чего мне жаль видеть, как ты ломаешь себе карьеру".

- Могу предположить, сэр, что на моей работе во флотилии Приграничья можно поставить крест, - проговорил Плесхофф.

- Боюсь, мистер Плесхофф, вы можете вообще поставить крест на полетах в космос. После ваших выкрутасов квалификационному аттестату придется сказать "прощай". Тут уж ничего не поделаешь. Но думаю, что мы не будем настаивать на полном возмещении ущерба.