Боб Шоу - Корабль странников (сборник)

Не дожидаясь ответа, капитан удалился.

— Так точно, сэр! — упавшим голосом сообщил Мирр капитанской спине.

— Не повезло, — сказал Бенджер, на четвереньках подползая к Мирру, однако выражение сочувствия на его физиономии быстро сменилось удивлением.

— Слышь, Войнан, где эта Терра, про которую они все время долдонят?

— Откуда мне знать? — Мирр был слишком встревожен развитием событий, мелочи его не интересовали.

— Терра — это Земля, — сообщил им ветеран, покрытый самым толстым слоем грязи. — Все офицеры называют ее Террой. Никто не знает почему, но советую привыкнуть к этому быстрее. Те, кто называет ее «гордой Террой», — хуже всех.

При этих словах ветеран подмигнул Мирру, которого уже начала бить легкая дрожь.

— Ты и вправду думаешь, что капитан сдержит слово? Он уже записал меня.

— Вряд ли, кэп Трепловер ничего не имеет против тебя лично.

— Слава богу, а то мне показалось…

— Ему нет нужды куда-то тебя записывать, — продолжал легионер. — Капитан собирается прикончить всю нашу компанию, так что ему совсем не обязательно обращать на кого-то особое внимание.

Мирр изо всех сил сжал приклад лучевой винтовки, словно надеясь набраться от него храбрости.

— Кое-кто так легко не умрет!

— Когда тебе прикажут бежать на пулеметную точку, ты вскочишь и побежишь как все. Умрешь ты легко.

— Я больше не могу все это слушать, — пробормотал Бенджер. — Меня сейчас стошнит.

Он уполз в кусты, откуда вскоре раздались подтверждающие предчувствие Бенджера звуки.

— Но не могут же офицеры хотеть, чтобы всех солдат поубивало… — желая составить для себя целостную картину окружающего, Мирр приблизился к собеседнику. — Где твой значок с именем?

— Зовут меня Малыш Динкль, а значок оторвался лет сто назад. Барахло!

Мирр посмотрел на свой значок и впервые заметил, что он прикреплен только крохотной булавкой и кусочком пластыря телесного цвета. Пластырь начал уже отклеиваться, и пластиковый прямоугольничек перекосился. Мирр поправил его и прижал пластырь, надеясь таким образом прикрепить его навечно.

— Не поможет, — сказал Динкль. — Приказывают носить его, а сами…

Он замолчал и уставился на свои грязные ногти, пережидая серию оглушительных взрывов. Мирр, уверенный, что среди всего этого грохота он расслышал чей-то предсмертный вопль, нервно огляделся, но дым стал плотнее, видно было лишь шагов на двадцать-тридцать.

Он потянул Динкля за рукав.

— Сколько еще продлится эта газовая атака?

— Газовая? — Динкль поспешно ощупал маску. — Никто вроде не заикался про газ… Что хоть за газ?

— Да вот все это вокруг… — Динкль оставил маску в покое и сурово посмотрел на Мирра.

— Издеваешься?

— Да нет же! Лейтенант Хихикинс сказал…

— Этот недоносок! Разве он не говорил, что вся планета такая?

— Вся планета?

— Обычная ульфанская атмосфера. — Динкль оторвал лист одного из вездесущих желтых растений и сунул под нос Мирру. — Нюхай!

Мирр сделал, как ему было велено.

— Табак?

— Верно, сынок. Табаком покрыта вся поверхность Ульфы, а когда вулканы начинают брызгать лавой и швыряться горячими головенками… Что с тобой?

— Ничего, — ответил Мирр, уткнувшись в ладони. — Я представлял себе все это по-другому… Где слава? Где величие?

— Отстань от меня! — сказал бесчувственный Динкль. — Я здесь для того, чтобы воевать.

— Но зачем?

— Я знаю только, что ульфанцы первые начали. Единственное, что Земля требует от планет Федерации, это чтобы они признавали Хартию Равноправия и уважали Договор о Свободной Торговле. Справедливо, не так ли?

— Конечно, — ответил Мирр, стараясь придать голосу спокойствие. — А чем же занимались ульфанцы, работорговлей? Или пытали политзаключенных?

— Хуже, Войнан! Они отказались выполнять Договор о Свободной Торговле! Не желают импортировать свою квоту земных продуктов!

Странные интонации в голосе Динкля заставили Мирра насторожиться.

— Каких продуктов?

— Сигарет и сигар!

— Сигарет? Сигар?

Динкль серьезно кивнул.

— И не только это! Им захотелось наводнить Федерацию табаком за бесценок! — Грозное лицо Динкля выглядело чрезвычайно патриотично. — Негодяи заслуживают наказания!

— Но ведь их точка зрения совершенно ясна, — сказал Мирр. — Я имею в виду…

— Кому ясна их точка зрения? — прищурился Динкль. — Ты кто, Войнан? Релятивист? Зеленый?

— Нет! Вернее, я не знаю. А кто такие зеленые?

— Понятно, проверка… — сказал Динкль. — Я сразу подумал, что ты, Войнан, не похож на легионера, а то, что я назвал лейтенанта Хихикинса недоноском, так это выражение дружеских чувств. Я называю так только своих лучших друзей. — Он похлопал по плечу сидевшего рядом легионера. — Верно, недоносок?

Легионер тут же схватил Динкля за горло.

— Кого это ты называешь недоноском, падаль?

Динкль начал отпихивать противника, но их схватку прервал голос лейтенанта Хихикинса, приказывавший взводу собраться поближе к капитану Трепловеру. Все — и закаленные в боях ветераны, и зеленые новобранцы — тут же образовали полукруг у точки, в которой, привалившись спинами к низкому брустверу, сидели капитан Трепловер и лейтенант Хихикинс. Табачный дым все так же окутывал окрестности и из него доносились все те же сердитые пулеметные очереди Мирру не верилось, что всего несколько часов назад он был еще на Земле. В безопасности. Не имея ни малейшего понятия что стряслось с ним перед вступлением в Легион, он полагал, что тогда ему было все же куда лучше, чем сейчас.

— Капитан Трепловер желает обратиться к вам с приветствием, — пискнул Хихикинс, осторожно приподняв маску, и улыбнулся. Эллипс его губ при этом чуть-чуть вытянулся, обнажив еще по одному зубу с каждой стороны. — Я уверен, что вы, как и я, впрочем, глубоко уважаете капитана Трепловера, одного из блестящих офицеров Легиона, и поэтому сочтете за честь, как и я, впрочем, что офицер, о котором ходит столько легенд, нашел время, чтобы лично руководить решающей фазой наступления.

В знак одобрения всему сказанному капитан кивнул и дотронулся пальцем до опухоли, под которой скрывался усилитель команд.

— Хотите верьте, ребята, хотите — нет, но мне эта штука совсем не нравится. Она не только слишком дорога, но и, я уверен в этом, совершенно бесполезна. Я и так знаю, что каждый из вас при первой же возможности отдаст жизнь за гордую Терру безо всякого электронного понукания.

— Дождались! — угрюмо прошептал Динкль окружающим. — Сейчас он начнет распространяться насчет устрашающего психологического эффекта, который произведет на противника вид солдат гордой Терры, бесстрашно марширующих прямо на жерла пушек!