Тимоти Зан - Путь уцелевшего

– Мне очень жаль, – повторил Люк. – Хотите взять его себе?

Несколько мгновений Джинзлер смотрел на меч, и Люк чувствовал, что в нем происходит борьба. Вещь, принадлежавшая сестре; возможно, последняя связующая нить с тем периодом его собственной жизни...

Техник сделал глубокий вдох.

– Да, хочу, – сказал он, возвращая меч Люку. – Но не сейчас. Он может вам пригодиться; и мне, знаете, нравится думать, что меч Лораны будет использован против тех, кто приложил руку к ее смерти. Вы вернете его мне, когда все закончится.

– Верну, – пообещал Люк, трепетно принимая из его рук оружие.

– И лучше поторопитесь, – добавил Джинзлер. – Корабль все еще на "Д-3", так что вам придется добираться до него в скафандрах. Прессор уже заготовил пару костюмов – я вас отведу.

Люк ожидал перед дорогой увидеть большинство своих спутников, надеясь как попрощаться, так и оценить состояние каждого из них.

Но не сложилось. Фел и штурмовики переехали вместе с большей частью колонистов на "Д-6", где они могли оправляться от ран в более комфортных условиях. Драск и Формби вернулись на борт "Посланника Чафа" за специализированным лечением, которого не могли обеспечить медики "Сверхдальнего". Фиса, как обычно, сопровождала аристократа. Директор Улиар и остальные члены Совета демонстративно уехали на тот же "Д-6", тем самым дав понять, что не вернутся на "Д-5", пока тот не будет очищен от джедаев и их тлетворного влияния.

Кроме нескольких молчаливых техников и двух чисских воинов, охранявших турболифты, проводить Люка с Марой пришли только Джинзлер, Прессор, Розмари и Эвлин. Из них только Эвлин хотела что-то сказать, но то ли слишком переживала, то ли стеснялась, и потому молчала.

При других обстоятельствах Люк, наверное, выкроил бы время и постарался разговорить девочку. Он знал, что Мара обязательно сделала бы это. Но так как вагаари опережали их на несколько часов, личные вопросы пришлось отложить.

Через десять минут по прибытии в фойе турболифта они уже были в скафандрах и готовы к отлету. Один из чиссов провел их по шахте турболифта к изолирующему покрову и разборному шлюзу, установленному техниками "Посланника Чафа", а затем – по пересеченной поверхности планетоида – к ангару, где стояла наготове "дельта-12".

Еще через тридцать минут, после короткой проверки систем и предстартовой диагностики, Люк вывел "небесную фею" из ангара и направил вверх.

– Ты когда-нибудь летала на чем-то подобном? – спросил он, устремляя корабль в звездное небо.

– Нет, – ответила Мара, распечатывая один из саморазогревающихся пищевых пакетов, которыми их снабдили Джинзлер и техники "Сверхдальнего". – По словам Джинзлера, Куат еще лет сорок назад продал всю линейку "дельт" "Системам Синара". Те при Палпатине получили большую часть контрактов на закупку истребителей, но предпочитали либо встраивать гиперприводы в сами машины, либо вовсе от них отказывались.

– Как на старых СИД-истребителях, – сказал Люк. Его ноздри уловили поднимающийся из пакета пар, и в желудке заурчало. Ребрышки каркана под соусом томо; одно из его любимых блюд. Должно быть, Мара лично подбирала меню. – Никогда не видел особого смысла в конструкции СИДов.

Мара пожала плечами. Она вынула из пакета поднос с ребрышками, положила рядом золотистый хвостфрут и достала две бутылки ароматизированной воды.

– Они были дешевыми в производстве, а пилотов Палпатин считал расходным материалом. Кушать подано. Налетай.

Люк с энтузиазмом приступил к трапезе; отрывая ребрышки от каркаса, он обгрызал мясо до кости и заедал хвостфрутом. Он давно ничего не ел, а целительный транс всегда забирал много энергии. Мара взяла пару ребрышек поменьше и, судя по тому, как неторопливо она их вкушала, было видно, что жена успела поесть на "Сверхдальнем" и сейчас просто решила поддержать компанию.

В разгар трапезы контрольная панель издала гудок, сообщив, что "небесная фея" достигла края гравитационного поля планетоида. Мара включила гиперпривод, и звезды превратились в полосы.

За едой они болтали о всяких пустяках, в основном просто наслаждаясь возможностью побыть пару минут наедине, в тишине и покое. Люк расправился с ребрышками и хвостфрутом, и Мара достала десерт – две шоколаймовых косички.

– Итак, – сказала она, когда Люк взялся за десерт. – Когда ты мне расскажешь, что за великое озарение на тебя снизошло в операционной?

– Ничего великого или удивительного, – ответил он, наслаждаясь сладким резковатым привкусом. – Просто пришла в голову одна мысль.

– Например? – спросила Мара, тоже откусив от своей косички.

– Например, почему мы должны только предупредить станцию Браск Ото? – протянул Люк. – Может, дредноуты и не славились скоростью, но у них была репутация крепких орешков; к тому же я сомневаюсь, что Траун уничтожил все орудия. Даже если станцию предупредить, им будет непросто разобраться одновременно и с дредноутом, и с кораблем-маткой вагаари.

– Согласна, – сказала Мара. – И каков вариант номер два?

Люк улыбнулся:

– Мы перехватим дредноут, проникнем на борт и захватим корабль.

– Хо-хо, – засмеялась Мара. – Вдвоем, что ли?

Люк пожал плечами:

– Они нас не ждут, в этом можно не сомневаться.

– Нет, даже для нас это слишком безумная затея, – сухо сказала Мара. – Есть идеи, как проникнуть на борт незамеченными, избежав массированного обстрела?

– Все схвачено, – заверил ее Люк. – Когда мы с Эвлин спускались по пилону, я швырнул меч в одну из дверей "Д-4", так что вестибюль разгерметизирован. Если взрывозащитные двери работают, вестибюль турболифта сейчас изолирован от корабля. Мы заведем эту штуку в обрубок пилона, заклеим дыру, восстановим атмосферу – и все, мы внутри.

– Отлично, – сказала Мара. – То есть нам всего-то нужно прорубиться сквозь две сотни вагаари и захватить корабль.

– Что-то вроде этого, – согласился Люк. – Ну как, ты в игре?

Мара пожала плечами:

– Конечно, почему бы и нет? Все равно мне нечем заняться после обеда.

– Вот и славно, – произнес Люк. Вытерев пальцы и рот, он бросил салфетку в пустой контейнер. – Значит, остается рассчитать точку перехвата и, быть может, задействовать джедайскую навигационную технику, чтобы выиграть немного времени. И все, мы на месте.

– Точно, – сказала Мара, заворачивая остаток шоколаймовой косички в обертку. – Но все это сделаю я. Твоя задача сейчас – довести исцеление до конца.

Люк скривился; но Мара была права.

– Ну хорошо. – С театральным вздохом он привел кресло в горизонтальное положение. – Тебе всегда достается самая интересная часть.