Олег Балабанов - Галактеры
На следующее утро вышли рано. Восемь человек. Трое раненых, двое помогающих идти двоим — Семен шел сам — и сама группа Горшениных.
— М-да, я так и предполагал, — произнес Сергей, опуская бинокль и поворачиваясь на бок, смотря на залегших сзади него, — Обь-то вскрылась по всему полукругу барьера-поля.
— И что? Значит, мы не сможем пройти за него? — спросил Семен, раненый в руку.
— Нет, здесь нет. Хотя пройдешь беспрепятственно, но, тут же, окунешься в воду. Она пока холодна, пляжный сезон еще не открыт! — усмехнулся Горшенин.
— О, черт, как-то не подумал! Извини.
— Не извиняйся. Пойдем в обход, — приказал Сергей, не обратив внимания на не существенное извинение. Во-обще за эти два дня за ним заметили эту особенность: не обращать внимания на подобные мелочи — мол, сам поймешь, что сказал или сделал не так. Но никому и в голову не приходило его поправлять или подтрунивать — он являлся тем, кто спас их и кажется, знает, что делать дальше, чтобы выжить, жить в этом изменившемся мире. Через несколько минут добавил: — По железнодорожному мосту пройдем на ту сторону. Я смотрел — граница барьера почти подходит к той его стороне насыпи. Быстро обернемся.
Им потребовалось полтора часа медленного продвижения. Соблюдая максимальную маскировку, стараясь полностью прикрываться массивными балками моста, они медленно приближались к противоположному берегу.
Под ними простиралась закованная во льды Обь. Взгляд блуждает по льду, схватывает картинку впереди, устремляется вправо и упирается в четко очерченный края открытой воды реки. В этом месте по всему периметру находится цель их пути: мимикрирующая мембрана. Впереди справа и слева возвышается все та же сине-зеленая световая субстанция, сквозь которую просматривалась черная, склизкая как после дождя земля, покрытая мусором и грязными следами потоков тающего снега асфальтированная дорога.
Еще несколько осторожных перебежек и они у сторожевого поста, охраняющего в былые времена вход по-сторонним лицам сюда. Отсюда уже видны детали сюрреалистично оттаивающего берега под воздействием не-обычных сил и всего, что находилось на нем. Кое-где проглядывались сперва непонятные, по мере осознания ужасные холмики — повсюду из-под снега выглядывали трупы замерших жителей.
На несколько секунд задержав взгляд на уже привычной картине, Сергей выхватил самое главное из общей обстановки, быстро сопоставил:
— В общем, так — идем вон туда, к трехэтажному дому — он кажется, напополам поделен барьером. Видимо, физико-молекулярная природа барьера не конфликтует с материальными предметами. Пробираемся внутрь дома, там посмотрим — если то, что я предугадал, совпадает, то мы достигли своей цели и нам не придется выходить на открытое пространство. Все, за мной по вон той канаве. Там грязь, постарайтесь не увязнуть — поддерживайте друг друга, но зато вообще скрываемся из виду любого корабля.
— Дисков-наблюдателей пока нигде не видно, — произнесла настороженная Вика.
— Вот и хорошо. Тогда вообще не будем гневить судьбу!
С этими словами нырнул вперед и вниз с насыпи в так удачно подвернувшуюся траншею.
…Каменный старый трехэтажный дом встретил их темной, веявшей сыростью и холодом тишиной. Непроиз-вольно поежившись, Сергей толкнул закрытую дверь подъезда. Она неожиданно заскрипела, открываясь и одно-временно падая на землю. Грохот от сорвавшейся с петель двери показался чудовищно громким.
— Все внутрь! Живо! — яростно прошептал он, проникая первым. Вторая дверь открылась нормально и падать не собиралась, но он уже забыл про нее — впереди, как и предполагал, являя своеобразную дверь в квартиру, сле-ва сияла мембрана барьера. — Вот и пришли.
— Как в сказке — впереди диковинные двери, за которыми исполнение самых затаенных желаний. Простите! — враз заткнулся говорливый Осин под красноречивым взглядом Сергея:
— В следующий раз башку откручу — без моего приказа никто не открывает рта! Если только не увидишь че-го-нибудь необычного, понял?
— Да, понял, так точно, извините… я…
— Все! — враз скомкал ответ Сергей — ему уже было не интересно объяснение-лепет. Задержавшись на миг, протянул вначале руку, которая просто, без каких-либо видимых преград пересекла границу, — видите, ничего страшного не произошло! — И нырнул туда.
Здесь было также тепло, как и в прошлый раз — одна и та же температура. Видимо у инопланетян была мощ-ная тепловая установка, посредством которой сразу установили нужной температурный режим, не добиваясь постепенного, как при нарастании летнего света Солнца повышения температуры. Сразу же подошел к окну. Встал боком к краю и осторожно выглянул наружу.
Природа, казалось, по эту сторону теплой зоны готовилась к радостному приходу весны, всеобщего тепла, которое ждет весь живой мир. Только здесь никто не встречал весну — ни весело щебечущих птиц, ни выгляды-вающих из-под ворот кошек в надежде поймать зазевавшуюся птицу не было видно и не слышно. Или гоняющих тех же кошек с радостным лаем собак. И самого главное — ни единого человека, не говоря уже о мчащихся по дорогам машин, водители которых не преминули бы окатить грязной водой зазевавшегося пешехода.
Никаких звуков жизни, сопутствующих деятельности людей — только тишина, могильная тишина… Ан нет, было еще некоторое движение ветра и звук, который он создавал, касаясь мертвых стен вымершего города, ти-хонько шурша в подворотнях, шелестя меж просыпающихся деревьев, единственного проявления жизни здесь. Своей осторожной поступью он только усиливал гнетущее чувство беды. Вокруг привычные глазу дома, улицы, хоть и в уже заметном запустении, хотя прошло чуть больше месяца. Замершие машины. Оборванные под тяже-стью снега провода и свисающие этакими ослабшими, потерявшими силу электричества, тонкими конечностями поверженных энергетических титанов-столбов, бессильно опустивших руки. Все обыденно, но причина, из-за которой произошло трагедия, сразу бросалась в глаза: впереди возвышалась из-за нескольких домов махина корабля, молчаливого и гордого в своем равнодушном превосходстве.
Стоп, оттуда тоже идет характерное гудение. Слабое. Сергей стал отслеживать все постороннего звуки, исхо-дившие от захватчиков. Вот вдали мелькнул в воздухе диск-разведчик, добавив некоторого свиста, и скрылся за постройкой. Что-то было еще. Что-то, чему он пока не мог дать объяснения, но оно одновременно заставляло насторожиться, интригуя одновременно. Наконец от созерцания жуткого ландшафта отвлек голос Вики:
— Сереж, что делаем дальше?