Э.Э. "Док" Смит - ПЕРВЫЙ ЛИНЗМЕН

"Против розыска я не возражаю, Вирджил, - никто из Киннисонов никогда не сдавался без боя. - Олмстед - чрезвычайно способный работник, а вы - наш главный координатор. Почему бы не позволить ему заняться контршпионажем - то есть выполнить работу, которую вы намерены делать сами?"

"Если вы считаете, что я не рассматривал подобный вариант, то глубоко ошибаетесь…"

"Неужели вы не понимаете, адмирал, что Олмстед не может этого сделать? - энергично вмешался один из ленсменов. - Я, Руларион из Полярной области Юпитера, могу утверждать это с полной уверенностью. Существенную роль здесь играют психологические факторы: способность выделять и оценивать детали, принимать без колебаний единственно верное решение; исполнитель должен быть достаточно восприимчив, чтобы проанализировать ситуацию. Что скажет на это Бергенхольм с Земли?

Я уже определил, что ваш разум приближается к моему по уровню постижения философии и психологии." - Подобное заявление было, по юпитерианским меркам, большим комплиментом, но Бергенхольм воспринял его как должное.

"Согласен с вами. Олмстеду будет сложно добиться успеха."

"А как насчет Сэммза?"

"Кто знает?" - прозвучал мысленный ответ Бергенхольма, и одновременно с ним заговорил сам Сэммз:

"Сейчас никто не сможет сказать, будет ли удача сопутствовать мне; но я все-таки собираюсь попробовать," и он завершил дискуссию, попросив Бергенхольма и нескольких других ленсменов зайти к нему в кабинет и принять на хранение его Линзу.

"Вот еще одна вещь, которая мне совершенно не нравится, - выдвинул очередное возражение Киннисон. - Без Линзы с вами может случиться все, что угодно!"

"О, не думаю, что я останусь без нее надолго. К тому же, в семействе Сэммзов не одна лишь Вирджилия проявляет способности к телепатии."

Ленсмены покинули кабинет Сэммза, не задержавшись в нем надолго. Через несколько минут двое высоких мужчин поднялись из-за стола и вышли в приемную.

– До свидания, Вирджил, - проговорил вслух человек с каштановыми волосами, - и удачи тебе!

– И тебе того же, Джордж, - сказал, прощаясь, светловолосый.

Норма, секретарша Сэммза, была сообразительной и весьма наблюдательной девушкой - другая бы просто не удержалась на подобном месте.

Она проводила взглядом ушедшего ленсмена, затем с головы до ног осмотрела своего шефа.

– Никогда не видела ничего подобного, мистер Сэммз, - заявила она. - Если не принимать во внимание разницу в цвете волос и некоторое отличие…, хммм…, в осанке, он легко бы сошел за вашего близнеца. Мне кажется, дело не обошлось без общих предков?

– Ну, конечно. Мы кузены - точнее, четвероюродные братья…, пожалуй, степень нашего родства можно назвать именно так. Мы знали о существовании друг друга многие годы, но встретились только сейчас.

– Четвероюродные братья? Что это означает?

– Ну, скажем, так - жили-были два человека, которых звали Альберт и Честер…

– Вы уверены в этом, шеф? Может быть, два ирландца Пат и Майк? - поддразнивающе улыбнулась девушка. В рабочее время Норма была ловким, невозмутимым и умелым секретарем, но в короткие минуты передышки позволяла себе немного расслабиться. - Вы говорите как-то необычно.

– Наверное, потому, что сейчас я пытаюсь выступить в непривычном качестве исследователя собственной генеалогии. Однако, если мы продолжим это занятие, то увидим, что Честер и Альберт имели четверых детей каждый - двух мальчиков и двух девочек, по паре однояйцевых близнецов. И когда они выросли…

– Вы хотите попытаться уверить меня в том, что все эти близнецы переженились друг с другом?

– Именно так. А почему бы и нет?

– Потому что это было бы нарушением законов вероятности. Но продолжайте. Кажется, я начинаю понимать, к чему вы клоните.

– Так вот, каждая из этих пар имела одного, и только одного ребенка. Назовем этих детей Джим Сэммз и Салли Олмстед, Джон Олмстед и Айрин Сэммз.

Легкомысленный настрой Нормы мгновенно исчез.

– Джеймс Александр Сэммз и Сара Олмстед Сэммз - это же ваши родители! Теперь я понимаю… Значит, этот Джордж Олмстед - ваш…

– Совершенно верно. Я не могу подобрать этому родству точного названия - может, когда-нибудь вы серьезно займетесь генеалогией и разъясните этот вопрос. Так что не удивительно, что мы так похожи. Только нас не двое, а трое - у Джорджа есть еще и брат-близнец.

Светловолосый человек вошел в кабинет, закрыл за собой дверь и с помощью Линзы послал мысль Вирджилу Сэммзу.

"Сработало, Вирджил! Я говорил с ней добрых десять минут, и она ничего не заметила! И если уж мой парик провел вашу глазастую секретаршу, тот, что на вас, одурачит любого!"

"Отлично! Я тоже произвел проверку - на нескольких людях, известных своей наблюдательностью. Подозрений не возникло ни у кого."

Отбросив последние сомнения, Сэммз вошел в массивный, защищенный от радиации и нейтронного излучения подъемник единственный транспорт, которым можно было попасть в подземелья Холма и выбраться из них. Вертолет доставил его в нью-йоркский астропорт, где стоял на ремонте "случайно" поврежденный лайнер, которым следовал Олмстед. Аннулировав билет Олмстеда до Лондона, Сэммз отправился в Нью-Йорк, прямо в офис сенатора Моргана. Его проводили в кабинет Геркаймера.

– Джордж Олмстед. Мне назначено.

– Да? - вежливо приподнял брови секретарь.

– Вот, пожалуйста, - ленсмен бросил на стол конверт - так, что тот оказался в дюйме от руки Геркаймера.

– Прошу вас, отпечатки пальцев…, здесь и здесь… - Сэммз прикоснулся к стеклянной пластине. Секретарь нажал кнопку и произнес в микрофон:

– Сверьте эти отпечатки с картотекой. Сравните перфокарту из конверта с контрольной - с микронной точностью. - Он повернулся к ленсмену, который спокойно стоял перед его столом. - Вы понимаете - формальности, но они совершенно необходимы.

– Разумеется.

Несколько долгих секунд оба этих проницательных и сильных человека мерили друг друга взглядом, пытаясь проникнуть в мысли собеседника. Затем из микрофона донеслось неразборчивое бормотание, и Геркаймер, выслушав рапорт, сказал:

– Все в порядке, Олмстед. Перейдем к делу. Мы имеем весьма положительные отзывы о вашей работе, но вы, кажется, никогда не были связаны с тионитом?

– Нет. Я даже никогда не видел его.

– И что вы хотите от этого иметь?

– Ничего особенного…, все, как обычно - содействие в повышении по службе…, деньги, которые помогут мне и моей организации.

– Лично вам, а потом уже организации? Их глаза встретились: одни - горящие скрытой ненавистью, другие - бесстрастные, с холодными золотыми искорками.