Кольцо - Стивен Бакстер

Она знала об экспериментах Уварова по евгенике на лесной палубе, вдохновленных стремлением непосредственно улучшить вид. Возможно, это собрание, с его молчаливым свидетельством ограничений технологии АВТ, было частичным оправданием проекта Уварова, подумала она.

Луиза Йе Армонк легонько постучала ложечкой по своему пустому бокалу из-под бренди; он тихо звякнул. - Ладно, народ, - сказала она. - Думаю, нам пора перейти к делу.

Уваров ухмыльнулся Лизерль, показав рот, лишенный зубов. - Добро пожаловать на военный совет, - прошипел он.

- Что ж, возможно, это война, - серьезно сказала Луиза. - Но в данный момент мы просто свидетели, попавшие под перекрестный огонь. Мы должны рассмотреть наши варианты и решить, куда мы пойдем дальше.

- Мы в сложной ситуации. - Луиза Армонк выглядела чрезвычайно уставшей, измотанной ответственностью, которую она взяла на себя, и Лизерль почувствовала, что немного потеплела к этой довольно пугающей женщине-инженеру. - Наша работа заключалась в том, чтобы доставить интерфейс червоточины в эту эпоху, в конец времен, а затем вернуться через интерфейс в нашу собственную эпоху. Что ж, мы знаем, что из этого ничего не вышло. Интерфейс разрушен, червоточина схлопнулась - и мы застряли здесь, в этой эпохе.

- Что я хочу решить здесь, так это то, как мы собираемся сохранить будущее нашего народа. Все остальное - абсолютно все - подчинено этому. Согласны?

На мгновение за столом воцарилась тишина; Лизерль заметила, как мало кто из них был готов встретиться с холодным взглядом Луизы.

Морроу наклонился вперед, к свету. Лизерль с легким удивлением увидела, как его костлявые запястья торчат из рукавов. - Я согласен с Луизой. У нас есть один приоритет, и только один. И это защита людей на этом корабле: их две тысячи, на палубах и в лесу. Вот что реально.

Луиза улыбнулась. - Морроу, тебе предоставляется слово. Как именно?

- Это очевидно, - сказал Морроу. - Хорошо это или плохо, но теперь мы являемся хранителями тысячелетней культуры - культуры, которая развивалась в условиях, навязанных ей во время полета. Замкнутое пространство, ограниченные ресурсы... и постоянная сила тяжести в одно g.

- Но теперь полет окончен. И мы убрали гравитацию, практически без предупреждения. Вы знаете, что нам удалось прорвать осаду храма без особых травм или человеческих жертв. Но, Луиза, я не могу сказать вам, что жизнь на палубах вернулась в нормальное русло. Как такое могло случиться? Большинство людей едва сохраняют рассудок, не говоря уже о том, чтобы вернуться на работу. Никто не производит никаких продуктов питания. В данный момент мы пробавляемся благодаря складам, но это ненадолго.

Охотница подалась вперед. - И в лесу тоже биота - это...

Луиза подняла руки. - Достаточно. Морроу высказал свою точку зрения. Дайте мне совет, пожалуйста.

Морроу и Охотница обменялись взглядами. - Если бы существовала Земля, на которую можно вернуться, - медленно произнес Морроу, - я бы посоветовал вернуться туда.

- Но ее нет, - едко сказал Уваров. Его голос был хриплым, синтезированным каким-то устройством в горле. - Или вы не уловили суть?

Морроу был явно раздражен, но полон решимости отстаивать свою точку зрения. - Я знаю, что Земли нет.

- И что? - спросила Луиза.

- Итак, - медленно произнес Морроу, - я предлагаю нам остаться на корабле. Мы быстро отремонтируем его и получим больше реактивной массы. Затем отправим его в полет с ускорением в одно g.

- Куда? - спросил Марк.

- Куда угодно. На самом деле это не имеет значения. Мы могли бы облететь вокруг Солнца по какой-нибудь управляемой орбите, мне все равно. Смысл в том, чтобы перезапустить двигатель: восстановить вызванную ускорением гравитацию внутри корабля. Позвольте нам... позвольте людям там снова вернуться к нормальной жизни и начать жить.

На мгновение воцарилась тишина. Затем Прядильщица веревок сказала: - На самом деле, в этом сценарии, безусловно, было бы лучше остаться в Солнечной системе, на управляемой орбите. Новый запас реакционной массы со временем будет израсходован; не лучше ли оставаться достаточно близко к Солнцу, чтобы быть уверенным в возможности последующей дозаправки?.. Даже если это произойдет не раньше, чем через тысячу лет.

- Возможно. - Луиза задумчиво потерла переносицу. - Но я не уверена, что корабль будет пригоден для пребывания на нем. Не в долгосрочной перспективе. - Она вздохнула. - Старый добрый "Северянин" великолепно справился со своей работой - он превзошел все ожидания конструкторов. И, может быть, он смог бы продержаться еще тысячу лет.

- Но, в конце концов, он выйдет из строя. Возможно, это произойдет не через десять тысяч лет, но неудача наступит. И что тогда? - Она нахмурилась. - Тогда нас, возможно, не будет рядом, чтобы наблюдать за любым переходом в другую среду.

- Есть более фундаментальный момент, - серьезно сказал Марк. - Инженерия - гайки и болты - возможно, и пережила поездку, но социальная структура "Северянина" не так хорошо выдержала напряжение. Рассмотрим поведение планировщиков ближе к концу; их мессианские видения, которые вынашивались тысячу долгих лет, фактически превратились в психотический бред. - Он многозначительно посмотрел на Уварова. - И на этом пути у нас возникли еще одна или две небольшие местные трудности.

- Да. - Усталость Луизы была написана на ее лице. - Я думаю, в конце концов, мы не очень хорошо справились с сохранением нашей рациональности, несмотря на пустыню времени, которую мы преодолели...

Марк оглядел сидящих за столом. - Люди, мы не ксили. Мы не созданы для того, чтобы жить друг с другом веками или тысячелетиями. Мы просто не знаем, как построить общество, которое могло бы существовать бесконечно долго в тесной, закрытой коробке, подобной кораблю. Нам уже не удалось это сделать.

- У тебя есть альтернатива? - спросила Луиза.

- Конечно. Мы остаемся в системе. Но мы выберемся с этого чертова корабля. Мы могли бы попытаться колонизировать некоторые из уцелевших лун. Они могут дать нам