Михаил Хрипин - Воина миров. Второе пришествие
«Интересно. Сколько раз уже замечаю, что она будто читает мои мысли. Неужели так бывает? Что это, совпадение мироощущений?»
— Не терпится в драку? — спросил он, сам того не зная, подражая Криспину.
— Неужели, я настолько кровожадна?
«В последнее время девчонка проявляет такую активность, что хватило бы на десять мужиков. Если бы все были такими! не так уж тут много женщин, но с остальными все ясно — приплыли с первой партией или попались нашим разведчикам. и те и другие не рвутся в бой. Они либо на кухне, либо в таком ужасе от происходящего наверху, что их туда пинками не выгонишь. а Аннет, насколько я понимаю, примчалась сюда по своей воле. Интересно, что ей движет? Совпадения мироощущений…»
— Надеюсь, не больше чем я, — Кларк нахмурился. Смутное ощущение замаячившей на горизонте угрозы повлияло на настроение, добавило мрачных красок, толкнуло течение мыслей в новое русло.
«Расслабляться не следует. Власть всегда притягивает. Ввязавшись в гонку, вынужден оглядываться назад. Хорошо догоняющему — преследуемые впереди, всех видно, можно планировать атаки. Лидер гонки должен работать на два фронта. Сзади опасность не меньшая, чем впереди. Как незаметно подкралась сейчас девчонка…»
Аннет заметила помрачневшее лицо командира, мгновенно сменила тон.
— Ну что ты, разве здесь кто-нибудь может быть больше тебя? — перевод разговора в шутливую форму был ее излюбленным приемом.
Чуть-чуть лести, прикрытой толстым слоем двусмысленных подначек. не придерешься — остроумная, неунывающая девушка, способная найти каплю веселья в любой тяжелой ситуации. с тех пор, как в отряде новый командир, Аннет получила заметно больше свободы по части влияния на принимаемые в отряде решения. Укрепление влияния на коллектив достигается не только через волевые решения и выполнение авантюрных планов. Если нельзя силой и внушительным внешним видом…
Глава 4
Все время, пока длился этот странный эксперимент, состоящий из сражения слившихся в напряженном клинче двух противодействующих вирусов, Джек беседовал с марсианином. Иррат оказался удивительным собеседником. За многие недели пребывания в обществе людей, он довел знание языка до совершенства. Свистящий акцент почти полностью исчез, только изредка прорывался в моменты особенного волнения. Запас слов загадочного гостя был неожиданно обширным. Он впитывал в себя новые знания, понятия, определения, напоминая земного ребенка, осваивающего родную речь.
Поначалу Джек относился скептически к распоряжению Уотсона. Заранее уверив себя в успехе задуманного доктором Лозье, Джек смирился с тем, что для виду придется изобразить активное участие в программе Уотсона. Она предписывала изучение всего, что может поведать гость. Все легенды, предания, рассказы о собственном опыте и описания бытовых сцен жизни на Марсе должны были снабдить Джека знаниями, которые могут пригодиться во время выполнения ответственной миссии. Вот только Джек-то знал уже, что никакой миссии не будет.
Тем не менее, он разговаривал с Ирратом, слушал, уточнял, задавал вопросы. Однажды марсианин замолчал, что-то вспоминая. Джек терпеливо ждал, поглядывая в окно, где все застилал молочно белый утренний туман. Первые ряды облетевших кленов еще можно было различить, черные силуэты на белом фоне. Более отдаленные деревья тянули из тумана костлявые изломанные руки, словно молили о помощи, утопая в мутном мареве.
«Какая жуткая влажность, — думал Джек. — Интересно, Иррат нормально переносит наши условия? Насколько я понял, с водой на Марсе большие проблемы. Нужно получше расспросить его о климате. Среда обитания оказывает сильное влияние на психику, чувства, восприятие окружающего мира. Я и сам был бы другим, родись я в сибирской тайге».
— Джек, что такое актер? — спросил Иррат.
От неожиданной смены темы Джек не нашелся сразу, что ответить. Удивленно моргнул, хмыкнул.
— А какое это имеет отношение…
— Доктор сказал, что вы актер, поэтому вам будет легче пытаться выучить мой язык.
— Выучить язык? — Джек опешил. «Уотсон не предупреждал об этом. Неужели забыл? Странно, это сильно подкрепило бы его аргументы, добавило бы правдоподобности обману».
— Доктор сказал, что вам это очень пригодится. Почему вы удивлены?
— Наверное, он забыл меня предупредить. Что ж, надо будет поговорить с ним. а вы можете меня научить?
— Мессия пыталась выучить язык, но это ей не удалось. Доктор сказал, что вы актер, и, значит, у вас получится.
— Ну, актер — это…
«А что это такое? — Джек замолчал. Оказалось, что за всю жизнь он не задавал себе таких вопросов. Это было что-то само собой разумеющееся, не требующее влезания в глубины смысла. — Я актер, но чем я занимался? Снимался во второсортных фильмах, в сотый раз обсасывающих бессмысленные подвиги доведенных до крайности ребят, едва не сошедших с ума при виде испепеляющих все треножников? Изображал героев войны, которые никак не влияли на ее исход? Спасая блондинок, брюнеток, шатенок — кого там еще? — из лап кровожадных чудовищ, напрягая последние силы так, что лопались жилы, уничтожал треножник, собирающийся случайно наступить на свою жертву. Что за бред! в конце концов, все эти фильмы — только лишнее доказательство того, как мы были слабы и беспомощны. Всех победил вирус, ура! Наши жертвы были напрасны! Мы могли бы зарыться в норы и подождать пару недель! Вот такой я актер».
Джек испугался, что длинная пауза выставит его в негативном свете, надо было что-то отвечать.
— Актер рассказывает людям сказку. Говорит, показывает что-то такое, что обычный человек никогда в жизни не совершит. Люди любят представлять себя на чужом месте, особенно, если это связано с приключениями, геройскими поступками, сильными переживаниями. Знаете, Иррат, жизнь на Земле очень скучна. Нам приходится развлекать себя такими вот выдуманными историями, чтобы представить себя внутри каких-то событий, которые не могут произойти в реальной жизни. Я, например, показывал людям, как вели себя отчаянные смельчаки, пытавшиеся бороться с чудовищами во время их первого появления. Это было популярно. Молодежь не видела войну, мирная жизнь не обещала никаких новых сражений. Они хотели увидеть, как все могло бы быть, окажись они в такой же ситуации. Хотя, конечно, если бы они оказались там, в прошлом, то вели бы себя совершенно иначе…
«Как я сам, — подумал Джек. — Я оказался не лучше своих зрителей, которых просмотр фильмов о героях ничему не научил. Ради чего я старался? Тот же Криспин не из-за просмотра фильмов оказался способным на свой поступок, вовсе нет. Просто это есть в душе. Или нет».