Константин Хвостополосатов - Засланец

Луара просматривала список требующегося снабжения.

– Да тут одна химия, – удивилась она, – я думала, будут какие-то узлы или заменяемые блоки, что придется запрашивать союзников на счет снабжения. Так… С этим проблем не будет, а вот это я не найду просто так.

– Может, где-то в бытовухе используются такие соединения? – поинтересовался я. – Можно просто их откуда-то выдрать.

– В принципе, это должно присутствовать в блоке защиты конвертора, может, еще в стабилизаторе луча гравитационного концентратора, – задумчиво сказала Луара. – Но разобрать эти железки не значит получить желаемое.

– Ерунда, давай пару таких блоков для страховки, – отмахнулся я, – симбиоты сами справятся, все остальное тоже пристроят к делу. Проблем-то не будет со списанием?

– С чем? – спросила Луара, и облегченно дернула хвостом после моего пояснения, – а, с этим… Нет. Кому они тут нужны-то, раз взяли со склада, значит, куда-то поставили, не в постель же мне их тащить.

Блоки защиты оказались довольно тяжелыми пластинками толщиной несколько сантиметров и длиной приблизительно с метр. Луаре пришлось катить их на замурыженной долгой трудовой жизнью колесной тележке. Потом я с помощью тела моей прелестной хозяйки открыл фонарь истребителя и с немалым трудом запихал туда нашу добычу.

– И все? – удивилась Луара, получив обратно тело.

– И все, – подтвердил я со «скамейки запасных», – теперь нужно подождать, думаю, пару – тройку твоих полных вахт хватит, чтобы он все, что можно, привел в порядок. Так что запасайся терпением. Кстати, надо бы еще придумать повод, чтобы соскочить в пробный полет.

– Да, – подумала Луара немного растерянно, – ближе к этому полету я стала, пожалуй, только теоретически. Но тут уже дело больше логическое, чем случайное. Пролезем. А все же хорошие у Содружества корабли, сами себя чинят, никаких техников не нужно.

– Тут ты не совсем права, – не согласился я. – Техника, конечно, может самостоятельно приводить себя в порядок, если не случилось фатальных повреждений, нашлись бы ресурсы и время. Но сама подумай, этот вот штурмовик будет самостоятельно приходить в себя далеко не день и не два, хорошо, если справится за пару твоих рабочих вахт. Неужели противник будет ждать, пока это произойдет? Зато с помошью вот такого, как ты, техника этого бойца можно было бы привести в порядок за сутки. Сменили бы все поврежденные модули, и не нужно ждать их восстановления.

После «дела» я настоял на том, чтобы Лу хорошенько выспалась, пообещав, что беспокоить тело не буду. Обещание я сдержал. После отхода хозяйки ко сну я, совсем немного позанимавшись своими гравитационными фокусами, тоже решил вздремнуть.

Я вообще стал себя ловить на том, что мне все чаще хотелось спать, когда я мысленно расслаблялся. Возможно тело, в котором находилось мое сознание, делало свое дело, обрекая меня на привычку долго спать, как и положено настоящему владельцу. Чуть позднее я разработал для себя методику, которая уберегала меня от такого воздействия, но до этого я чуть не превратился в настоящего ленивца.

Следующий день Луары прошел в хорошем настроении. Может, дело стало за тем, что она выспалась, а может, в том, что она питала надежду все же побыть в ипостаси пилота, судить было трудно. Лу научилась отлично экранировать свои мысли, оставляя на поверхности только эмоции. Так что первая смена пролетела вообще незаметно. Разум хозяйки тела оставался спокоен и даже местами умиротворен, мне со стороны казалось, что работу делает ее подсознание или на крайний случай руки.

– Кстати, откуда тут взялся десант КСС? – задал я терзавший меня вопрос. – Насколько я успел узнать, ваша ремонтная база охраняется исключительно собственными силами.

– Пришел корабль с грузом кое-каких блоков и партией ИИ для сборки, – ответила Луара. – Такие транспорты всегда приходят в сопровождении боевого судна. На этот раз партия, наверное, оказалась маленькой, груз привез эсминец Содружества. У них на борту есть штатная единица десанта. Бойцов у них, правда, немного. Но, спасибо, что помогли. Наше командование вообще сказало, что без их вмешательства мы потеряли бы как минимум треть инфраструктуры базы. Ребята нанесли удар в тыл нападавших сил, пожертвовав почти половиной личного состава десантного отряда, чем смяли весь план атаки. Потом прибыл крейсер Содружества, и атака была окончательно подавлена. Жалко ребят.

– Может, целью нападения были доставленные ИИ? – спросил я. – Все же куда труднее взять эсминец в космосе. Корабль хоть и не сильно мощный, но верткости ему не занимать. А на базе ничего ловить не нужно, просто отбить и забрать.

– Может и так, – согласилась Луара. – Тогда они остались с пустыми лапами.

На следующее утро Луару вызвали к военному командующему базой.

Вообще руководство базы являлось, так сказать, двухполярным. База могла находиться в нескольких режимах боевой готовности. Ноль и единица являлись состояниями «на взводе». Чем дальше – тем расслабленнее. Самая крайняя готовность – шесть, это когда на базе присутствует военный контингент, но это скорее «охрана от хулиганов». В первые три состояния готовности полная власть оставалась под эгидой военного командующего, с четвертого по шестое состояние – гражданского начальника. База «Албар», на которой работала Луара, находилась в тылах и готовность на ней всегда держалась на уровне пятерки. Наверное, это и стало причиной столь успешного нападения диверсантов на базу с гарнизоном, превосходящим нападающих минимум в три раза.

Вызов этот Луаре показался сильно странным. Руководство базой на данный момент осуществлялось гражданским начальством, да и в любом случае Луара не являлась приписанным к военным специалистом. В случае активных военных действий она должна была вести себя по правилам гражданского населения, то есть добраться до укрытия и не мельтешить под ногами. Ясное дело, что игнорировать такое «приглашение» было бы глупо, тем более, что пришло распоряжение от инженера ее блока об освобождении от работ на половину смены.

– Чего ты напрягаешься? – спросил я. – Ты же не вояка, в крайнем случае, просто поругают, да и отпустят со слезами на глазах. Ты, кстати, умеешь плакать?

– Не знаю, – ответила Луара, – а что это такое?

Пришлось малость отвлечь девушку, объясняя что, зачем и почему. В конце дебатов Луара совсем позабыла о своей тревоге. Кстати, выяснилось, что плакать по-людски сородичи Луары не могут – у них имелся другой механизм гашения эмоций – хоть слезы и входили в комплект заботы о глазах.

– Ладно, видишь, все пучком, – подвел я итог успокоительных процедур, – надевай парадные кружевные труселя с шелковыми подтяжками и айда поглядим, чего хотят вояки от гражданского специалиста.