Стивен Дональдсон - Прыжок в катастрофу. Тот день, когда умерли все боги. Том 2
– Амнионы этого не простят, - продолжил Вестабул.
Энгус пропустил его слова мимо ушей. Он снял шлем с разбитой лицевой пластиной и посмотрел на Диоса. Едкий воздух «Затишья» обжег его легкие. Грудь напряглась от отвращения, но зонные импланты ослабили позывы к рвоте. Уорден назвал его адской машиной. Однажды он сказал: «Мы совершили преступление против вашей души». И затем добавил: «Это нужно остановить». Теперь он зависел от милости Энгуса. Диос снял ограничения, которые могли превратить Термопайла в послушного слугу. Он сам пожелал вести игру на равных условиях.
Уорден спокойно выжидал, понимая, что его оценивают. Он не юлил под пристальным взглядом Термопайла. Энгус молча выругался. Проклятье! Этот коп сдержал свое слово.
– Амнионы будут разыскивать вас, пока не убьют, - нараспев произнес Вестабул. - Отныне нигде и никогда вы не найдете покоя и безопасности. Мы не позволим уцелеть ни одной частице вашего ДНК.
Ваш отпрыск, которого вы называете сыном, тоже не останется в забвении. Любой потомок, порожденный от вас, будет пойман и предан мучительной смерти.
Энгус даже не посмотрел на Вестабула. Такие угрозы для него ничего не значили.
– Вы выполнили одно из своих обещаний, - сказал он Диосу.- Давайте, посмотрим, как вы справитесь с остальными.
Он отдал ему лазерный резак - ему, человеку, по приказу которого Энгуса подставили и превратили в киборга. Уорден взял лазер и, взглянув на рукоятку, проверил уровень заряда. Затем он снова посмотрел на Термопайла. Диос понял смысл его фразы, но вместо благодарности спросил:
– Вы думаете, что я избавил вас от приоритетных кодов для того, чтобы вы меня спасли?
– Надеюсь, что нет, - ответил Энгус.
Диос печально вздохнул. Дыхательная маска приглушала его голос.
– Я уже предупредил доктора Шейхида и Дэйвиса, - сказал он Термопайлу. - Ваша догадка оказалась верной. Наш бывший сородич ввел мне мутаген.
Он кивнул в сторону Вестабула.
– Как только замедлитель перестанет действовать, я превращусь в амниона.
Человеческий глаз Вестабула искрился надеждой. Амнионская половина его лица бесстрастно ожидала своей участи. Энгус прошептал проклятие. Дэйвис и Вектор молчали. Они не знали, чем помочь Уордену. У них больше не было вакцины. Две последние капсулы они проглотили перед тем, как перешли на борт «Затишья». Диос часто заморгал. Его тон ожесточился. На лице появились властные морщины.
– Я думаю, во время вашего набега амнионы не сидели сложа руки. Что случилось с Сака-Батором?
Уорден мог бы добавить: «Сколько людей погибло, пока вы спасали мою жизнь?» Энгус сердито фыркнул. Он был слишком напуган, чтобы смеяться.
– Вы же слышали сильный грохот - прямо перед тем, как я влетел сюда. Это взорвался протонный излучатель. Я закачал в его ствол целую канистру наполнителя. Теперь у амнионов остались только плазменные пушки. Мы являемся их единственными заложниками.
«Принимай решение, - молча потребовал он. - Убей меня или мутанта. Покажи, на чьей ты стороне». Маска Диоса дрогнула. Похоже, он усмехнулся.
– Клянусь Богом, Энгус,- произнес Уорден,- иногда я так горжусь вами и Морн, что забываю стыдиться за свои поступки.
Он приподнял резак и выстрелил в Вестабула. Красный луч попал амниону в лоб. Человеческий глаз мутанта расширился от удивления. Безжизненное тело упало на палубу. Марк так и не вспомнил все тонкости человеческой лжи и обмана.
– Слава Богу, - тихо прошептал юный Хайленд.
Никто не видел, как по его щеке покатилась слеза. Сердце Энгуса сжалось от незнакомой боли, в которой облегчение смешалось с сожалением. Диос показал себя. Он решил остаться человеком и сделал правильный выбор. Уорден знал, что он обречен на гибель или мутацию. Вестабул отрезал ему все пути к спасению. Наверное, поэтому Диос и пристрелил его. Вполне логичная кандидатура.
Энгус мог бы радоваться - действительно мог бы. Ему требовался шлем, и он его, похоже, получал. Тем не менее при мысли о Диосе он чувствовал потерю, по сравнению с которой его разбитая лицевая пластина казалась ерундой. Такое же чувство утраты он пережил после того, как избил Морн Хайленд. Тогда ему хотелось напугать ее, а вышло все наоборот - он ощутил себя ничтожным трусом.
– Энгус, мы теряем время! - крикнул Вектор. - Модуль не рассчитан на подобные маневры. Даже если капитан Юбикве сможет удержать свою позицию, наши корабли сметут его огнем. Мы зашли слишком далеко. Нам пора завершать операцию.
– Нет, - возразил ему Дэйвис. - Модулю ничто не угрожает. Директор Доннер обещала сдержать ответный огонь до тех пор, пока мы не отдалимся от «Затишья».
Наверное, он еще надеялся спасти Уордена.
– Ты слишком много хочешь от нее, - проворчал Шейхид. - Не забывай, она из подразделения спецназа.
– Если Мин Доннер дала вам слово, она его выполнит, - без колебаний заявил глава полиции. - Этим она мне и нравится.
Его веселый и почти счастливый голос говорил о том, что Диос уже простил себе свои ошибки. Он расплатился за совершенные им преступления. Бросив лазерный резак обратно Энгусу, Уорден склонился над трупом Вестабула, ощупал его карманы и вытащил из одного из них какой-то небольшой предмет. Он повернулся к спутникам и показал им пузырек. Там было шесть маленьких капсул.
– Все не так плохо, как кажется. Каждая из этих пилюль рассчитана на час. У меня в запасе четверть суток.
За это время он мог добраться до станции полиции, где имелась вакцина, которую Лебуол дал Нику Саккорсо. «О, черт, - подумал Энгус. - Какая невезуха!» Внезапно его эйфория перевернулась вверх ногами и превратилась в панику. Диос собирался лететь вместе с ними. И, значит, кто-то был вынужден остаться здесь. В принципе, Энгус мог пойти на отчаянный поступок, но одна идея о нем выворачивала его кишки наизнанку. Однако «новый» Термопайл не имел другого выбора. Он быстро снял со спины запасной скафандр и швырнул его Уордену.
– Надевайте, - сквозь зубы велел Энгус. - Быстрее! Вектор прав. Толстяк не продержится долго.
Где-то рядом были амнионы, которых вызвал Вестабул.
– Подождите, - возразил Уорден. - Вы что, хотите оставить Вектора на «Затишье»?
Его напряженный голос свидетельствовал о том, что он решил пожертвовать собой.
– Нет, - зло ответил Энгус. - Я хочу, чтобы вы заткнулись и дали мне минуту на размышление.
Он знал все о технологии скафандров: каждый допуск на каждую деталь. Базы данных утверждали, что он мог…
Его электромагнитные протезы были бесполезны. Термопайлу приходилось доверять своей интуиции и машинной точности компьютера. Ошибка на миллиметр могла привести к окончательному разрушению лицевой пластины или к еще большему расширению трещины. Кроме того, существовала возможность, что наплавленную плексюлозу могло сорвать при контакте с вакуумом. В этом случае он бы погиб, как слепой котенок. Дурацкая и страшная смерть!