Ольга Чигиринская - Сердце меча
Дик так устал, что повалился на кровать не то, что зубов не почистив — а даже и не помолившись. Усталость после прыжка — это была совершенно особая усталость, не такая, как после тяжелой работы, когда купаешься в поту, а муторная, как после долгих суток бессонницы.
Он еще и не лег, а уже знал, что сон будет поганым, и заранее приготовился. Так оно и вышло, и все было как в прошлый раз — в темном кишечнике погибшего корабля он разгребал руками мертвецов, прокладывая себе дорогу вперед, а они вертелись, стукались друг о друга, и кружились… Он зачем-то шел к рубке — зачем, думал он, ведь экипаж смылся с корабля, оставив гемов на произвол судьбы? Но все-таки шел, и когда дверь рубки открылась, он увидел человека, сидящего в пилотском кресле. Голова его была запрокинута назад, и Дик с ноющим сердцем оттолкнулся от стены и поплыл к потолку, чтобы заглянуть в лицо мертвеца. Этим всегда заканчивалось — он не хотел, отчаянно не хотел смотреть в лицо этому последнему, но, будто против воли, его тело совершало роковое перемещение: поднимало голову или, как сейчас… Он был не властен над собой до того, что и глаза закрыть не мог.
В кресле лежал Майлз.
Дик увидел его лицо — и увидел, что его глаза живы. Это было невозможно. Он не мог выжить здесь. Он и не жил — жили только глаза.
«Тебе страшно, тиийю?»
«Да!»
«Мы все платим этим. Ты не можешь повелевать ветрами, можешь только ставить парус. Прими это. Это и есть смирение».
«Я боюсь. Я не знал, с чем связывался — в следующий раз я просто умру!»
«Нет, не умрешь. Наоборот, в следующий раз будет легче».
«Майлз… Диорран… Здесь не было такого… ветра»
«Ты правильно помнишь. Не было».
«Скажи, мы… правильно прилетели?»
Майлз высвободился из шлема. Над губой у него было что-то похожее на «усики» от молока — это выступил иней.
«Не доверяй снам, тиийю. Сны — твое собственное порождение. Доверяй себе, но не той своей части, в которой ты не властен. Ты выбрал путь, и единственный шанс спасти жизнь Джека — последовать ему до конца».
«А кроме Джека?»
Майлз покачал головой.
«Это ведь задача первоочередной важности, Дик. Он сидит у тебя под замком, но держит мальчика в заложниках. А ты знаешь, что, торгуясь о заложниках, нельзя отступать от условий, раз названных тобой».
«Рэй говорил…»
«Я знаю, что говорил Рэй. Но если ты последуешь его совету, ты не сделаешь положение лучше для Джека. А хуже для Рэя — сделаешь. Ты сделаешь из него то чудовище, каким хотели бы видеть его вчерашние хозяева. Это все равно как если бы ты лег с той девушкой, Веспер. Нет, если ты решишь пытать Мориту — делай это сам. А, ты дрогнул. Да, это мерзко. А еще это бесполезно».
«Если бы я мог быть уверен, что я спасу Джека, когда доберусь до Ао-По…»
«Ты не можешь быть уверен. У тебя просто нет другого выхода. Просыпайтесь, сэнтио-сама. Просыпайтесь, вас зовут!»
Дик не успел удивиться тому, что Майлз перешел с ним на «вы», как проснулся.
Актеон почтительно тормошил его за плечо. Дик сел на постели и не смог сдержать стона: голова разламывалась.
— Кто меня зовет? — спросил он, подавляя зевок.
— Лорд Августин нашел вашу звезду, — сказал гем.
Раз он был здесь, значит, его вахта уже прошла — то есть, Дик проспал не меньше двадцати часов.
— Идем в рубку, — сказал он, поднимаясь и влезая в тунику.
— Это еще не все, сэнтио-сама. Лорд Августин нашел вашу звезду уже довольно давно, но они с Рэем Порше решили, что нужно дать вам поспать. Но сейчас вас зовет мастер Морита. То есть, он зовет леди Констанс, но она сказала, что ни о чем с ним говорить без вас не будет.
— Хорошо… — они вошли в душевую. Дик посмотрел в зеркало и ужаснулся: с такой рожей предстать перед Леди Констанс, а еще хуже — Моритой??? Этот-то сразу поймет, что к чему.
Дик умылся ледяной водой, надеясь, что кровь хоть немного прильет к лицу. Легкий румянец вроде бы появился, но ликвидировать тени под глазами душ и растирание полотенцем не могли. Ладно.
Леди Констанс, одетая в глухо застегнутое темное платье, ждала его в каюте. Джек, сидя за откидным столом, что-то рисовал, при том помогая себе языком. Постельная ниша бет была задернута — видимо, девочка все еще спала.
— Она очень устала, — тихо сказала леди Констанс, посмотрев в ту сторону. — И очень испугалась. Мне пришлось напоить ее успокоительным.
— Она больше не пойдет со мной, — пообещал Дик. — Остался один прыжок. Дальше будет легче.
— Идем, — сказала леди Констанс.
Они спустились в каюту Моро; по дороге Дик кратко ознакомил миледи с навигационной ситуацией. Рэй, сидевший на страже в коридоре, поприветствовал госпожу поклоном и открыл дверь, свободной рукой придерживая Динго за ошейник.
— Вы хотели говорить со мной, господин Морита, — сказала леди Констанс. — Говорите.
— Я вижу, вы прихватили с собой юного капитана. Ладно, он нам не помешает. Как вы думаете, где мы находимся?
— В скоплении Парнелла, — спокойно ответила леди Констанс.
— Надо же… — апатично проговорил Морита, — вы сориентировались.
Он перевел взгляд на Дика.
— Неважно выглядите, капитан. А впрочем, до следующего прыжка у вас будет время прийти в себя. Ведь вы возьмете курс на Ао-По, а сектор, который выведет вас туда, находится в шестидесяти парсеках отсюда. Не меньше двух недель на полном ходу.
Примерно с полминуты его собеседники молчали, пытаясь переварить эту убийственную новость. Моро смотрел то на одного, то на другого.
— Вам нужно попробовать играть в покер, леди Констанс, — сказал он. — А вам, капитан, категорически не рекомендуется. Со скверным раскладом и скверным прикупом на руках вы начнете — вот как сейчас — кусать губы. Ведь Ао-По — это только граница Империи, маячный спутник… Оттуда — еще один прыжок. Как минимум. Неизвестно, переживет ли его Джек.
— Хватит, — оборвала его леди Констанс. — Чего вы хотите?
— Того же, чего хотят все люди: свободы и достатка. Сколько вы заплатите за спасение своего сына?
— Я говорил вам, мастер Морита: умрет Джек — умрете вы, — глухо сказал Дик.
— А я слышал. Но моя смерть не вернет матери ее единственного ребенка, который был зачат и рожден с таким трудом. Или все-таки она утешит вас… Железная Леди?
— Что вы можете предложить? — недрогнувшим голосом спросила лед Констанс. — Насколько я понимаю, у вас нет ни необходимых медикаментов, ни информации о том, как их изготовить.
— Нет. Но есть обитаемый мир, где они наверняка найдутся. И есть проход к этому обитаемому миру из сектора Ао-По. Проход, который знаю только я.
— Что ж, ваше предложение более чем ясно.
— Я еще не закончил. Итак, для начала — свобода. Вы дадите мне слово, что по достижении этого мира я беспрепятственно покину корабль. Честное слово Железной Леди. Затем — достаток. Вы выписываете мне чек на пятьсот тысяч имперских драхм. На предъявителя.