Роберт Силверберг - Далекие горизонты

Ответил Сайге:

— Девятидневный рейс — это если полностью исключить зоны безопасности и гнать двигатели на ста двенадцати процентах мощности. — Он грустно покачал лысой головой. — Быстрее никак.

— Но двигатель Хоукинга… — начала Дем Лиа, и все затаили дыхание, кроме Далекого Ездока, который в обычном смысле вообще не дышал. Временный командир «Спектральной Спирали» повернулась к ИскИнам:

— Какова вероятность катастрофы при такой попытке?

Вперед шагнула Мурасаки.

— Оба перехода — в пространство Хоукинга и обратно — слишком близко к лепестку Роша двойной звезды. Вероятность полного разрушения «Спирали» мы оцениваем в два процента, повреждения отдельных систем корабля — в восемь процентов и конкретно повреждения сети модулей жизнеобеспечения — в шесть процентов.

Дем Лиа поглядела на Бродяг и женщину-тамплиера.

— Шесть процентов вероятности гибели сотен — тысяч — наших спящих родственников и друзей. Тех, кого мы клялись защищать до прибытия на место назначения. Двухпроцентный шанс гибели всей нашей культуры.

Далекий Ездок грустно кивнул.

— Я не знаю, какие чудеса сотворили ваши энеанские друзья с вашей техникой, — передал он, — но я сказал бы, что цифры сильно преуменьшены. В системах двойных звезд прыжки Хоукинга невозможны.

Тишина длилась. Наконец заговорила Дем Лиа:

— У нас такие варианты: уничтожить ради вас эту жатвенную машину, не зная, существует ли зависящая от нее жизнь — быть может, целый вид, как бы это ни было невероятно, — в системе красного гиганта. И этого мы не можем сделать. Наш моральный кодекс запрещает.

Очень тихо прозвучал голос Риты Кастин:

— Мы понимаем.

— Мы могли бы полететь на обычных двигателях и исследовать систему. Это значит, что вам придется в последний раз пережить ярость Разрушителя, но, если возле красного гиганта жизни нет, мы уничтожим его, когда вернемся на плазменном двигателе.

— Слабое утешение для тысяч или миллионов, которые лишатся своего дома в этот последний приход Разрушителя, — заметил глава ветви Кил Редт.

— Совсем не утешение, — согласилась Дем Лиа. Далекий Ездок поднялся во весь свой четырехметровый рост, всплывая в десятикратно уменьшенной силе тяжести.

— Это не ваша проблема, — начал он. — Вы не должны рисковать всем своим народом. Мы благодарны вам… Дем Лиа подняла руку, прерывая его посреди фразы:

— Сейчас мы будем голосовать. Голосовать о том, прыгать ли к красному гиганту на двигателе Хоукинга и вернуться раньше, чем Разрушитель начнет разрушение. Если там есть чужая раса, мы, возможно, сможем установить с ней связь за эти два дня. Может быть, они перепрограммируют свою машину. Мы все согласились с тем, что вероятность того, что она «съела» ваши корабли-сеятели на первом проходе случайно, исчезающе мала. Тот факт, что она ведет жатву только колонизированных вами зон — на лесном кольце площадью в полмиллиона Гиперионов, — заставляет предполагать, что ее программа такова, будто она устраняет аномальные выросты или вредителей.

Три дипломата кивнули.

— Когда мы голосуем, — сказала Дем Лиа, — решение должно быть единогласным. Один голос против означает, что мы не полетим на двигателе Хоукинга.

Сайге, сидевший в позе лотоса на столе, встал и подошел к остальным ИскИнам.

— Для справки, — сказал он. — ИскИны проголосовали пять — ноль против попыток маневров на двигателе Хоукинга.

— Принято к сведению, — кивнула Дем Лиа. — Но для справки: в подобных решениях голоса ИскИнов не учитываются. Только люди Спектральной Спирали Амуа или их представители могут решать судьбу народа. — Она повернулась к людям. — Использовать двигатели Хоукинга? Да или нет? За последствия нашего решения нам отвечать перед тысячами других. Сес Амбре?

— Да.

Женщина в голубой одежде была так же ясна и спокойна, как ее глаза.

— Джон Микайл Дем Алем?

— Да, — ответил специалист по жизнеобеспечению с черной лентой. — Да.

— Оам Раи?

Женщина с желтой лентой колебалась. Никто лучше ее не мог понять, каков будет риск для систем корабля. Два процента вероятности уничтожения казались ей авантюрой. Она поднесла пальцы к губам.

— Мы решаем судьбу двух цивилизаций, — сказала она, явно обращаясь к себе самой. — Трех, быть может.

— Оам Раи? — повторила Дем Лиа.

— Да.

— Кем Лои? — обратилась Дем Лиа к астроному.

— Да, — ответила молодая женщина, и голос ее дрогнул, « — Патек Георг Дем Мио?

Специалист по безопасности, мужчина с красной лентой, усмехнулся:

— Да. Как говорит старая поговорка, кто не рискует, тот не побеждает.

— Ты говоришь от имени 684 288 спящих, которые не все могут быть так бесшабашны, — раздраженно осадила его Дем Лиа.

Усмешка Патека Георга не исчезла.

— Мой голос — да.

— Доктор Самел Риа Кем Али?

Врач был настолько же озабочен, насколько Патек весел.

— Я должен сказать…, здесь столько неизвестного… — Он нервно огляделся. — Да. Мы должны узнать наверняка.

— Петер Делен Дем Тае? — обратилась Дем Лиа к психологу с синей лентой.

Старик грыз карандаш. Он поглядел на него, улыбнулся! и положил карандаш на стол.

— Да.

— Рес Сандре?

Вторая женщина с зеленой лентой смотрела вызывающе, почти что зло. Дем Лиа приготовилась услышать ее вето и лекцию в его обоснование.

— Да, — сказала Рес Сандре. — Я считаю это моральным императивом.

Осталась самая младшая.

— Ден Соа?

Девушка прокашлялась.

— Да. Надо полететь и проверить. Все глаза повернулись к командиру.

— Мой голос — да, — сказала Дем Лиа. — Сайге, приготовься к максимальному ускорению в точку перехода в пространство Хоукинга. Кем Лои, ты, Рес Сандре и Оам Раи; рассчитаете оптимальную точку выхода для поисков жизни в системе красного гиганта. Глава ветви Кил Редт, Далекий Ездок, Истинный Глас Древа Рита Кастин! Если вы хотите остаться, мы сейчас откроем для вас шлюз. Если хотите лететь с нами, мы вылетаем немедленно.

Глава ветви ответил от имени всех:

— Мы летим с вами, гражданка Дем Лиа. Она кивнула:

— Далекий Ездок, вели своим людям освободить широкий проход. Мы взлетим над плоскостью эклиптики, но наш плазменный хвост будет хуже дыхания дракона.

Адаптированный к космосу Бродяга передал:

— Я уже это сделал. Многие ждут зрелища. Дем Лиа слегка хмыкнула:

— Будем надеяться, спектакль не окажется более зрелищным, чем нам хотелось бы.