Геннадий Иевлев - ПОТУХШИЕ ЗВЁЗДЫ
Дар Ов шагнул в открытую дверь и замер от яркого света, больно резанувшего по глазам. Он механически закрыл глаза рукой. Постояв так с минуту, Дар Ов опустил руку и сделал несколько шагов вглубь кабинета. Перед ним стоял стол с несколькими креслами вокруг него. Урбан подошел к столу и начал водить по нему рукой. Над столом вспыхнул голографический экран с мерцающим желтоватым свечением в нем. Дар Ов, не сводя глаз с экрана, подошел к одному из кресел и сев, откинулся в нем.
— Это сварочный модуль? — Он кивнул головой на голограмму.
— Да. — Урбан утвердительно кивнул головой, не сводя глаз с голограммы. — Странно. — Он достал сканер связи и нажал несколько клавиш, перед ним вспыхнула еще одна голограмма с едва различимым серым лицом. — Почему до сих пор не обесточили сварочный модуль? — Сдвинув брови, грозно произнес он.
— Как не обесточили? — Серое лицо на голограмме закрутилась в разные стороны. — Все сделали, как вы приказали.
— Странно. — Урбан прервал связь и пожал плечами.
— Какая-то проблема. — Дар Ов вопросительно кивнул ему головой.
— Плазменный генератор почему-то не отключился. — Урбан поднял плечи. — Черт! Ничего не понимаю. — Он покрутил головой.
— Может он имеет автономный источник питания? — Дар Ов еще раз вопросительно кивнул головой.
— Нет. — Урбан вновь покрутил головой. — Вообще-то такие у нас есть, но они находятся в спаэрах. Если какой-то на ремонте. Не помню. Да нет там ни одного. — Он еще раз покрутил головой. — Сколько же ему нужно энергии для восстановления?
— Я думаю много. — Дар Ов дернул плечами. А если это тот самый, то еще больше. Он видимо рану заживляет.
— Рану?
— Я думаю Бояр все же ранил его ножом.
— У него не было в руках ножа.
— Это был вестинианский дежж. Я предполагаю, что он метнул его в сторону инопланетянина.
— Я не особенно смотрел по сторонам. Расстегнул его курточку, увидел характерное белое пятно… — Урбан замолчал. — Хотя… — Продолжил он через несколько мгновений. — Одна из его рук была черной. Но я решил, что это одно из проявлений гранитовой болезни.
— Белое пятно? — Дар Ов прищурился. — О каком пятне ты говоришь?
— Основным проявлением гранитовой болезни является покрытие тела человека белыми пятнами, которые делаются такими твердыми и холодными, словно гранит. — С явным удивлением в голосе заговорил Урбан. — Я дотронулся до пятна и сразу понял, что…
— Стой! — Дар Ов выбросил руку в сторону Урбана. — Белые и холодные. Я кажется начинаю понимать. — Он шумно вздохнул. — Будь добр, принеси чего-либо напиться и если есть, плитку шоколада.
Дернув плечами, Урбан молча подошел к одному из шкафов и начал в нем шуршать. Вскоре он вернулся, неся в одной руке большую пластиковую бутылку и два куба, в другой — пакет. Высыпав содержимое пакета на стол — там оказались: шоколад, упакованные в пакетики фрукты, печенье и масса другой еды и поставив кубы на стол, он наполнил их напитком.
— Это ирис. — Произнес Урбан и взяв один из кубов, уткнулся взглядом в голограмму над столом.
Дар Ов взял второй куб, несколькими большими глотками выпил напиток, затем вновь наполнил его и взяв плитку шоколада, развернул ее и начал торопливо есть, запивая ирисом. Затем он съел сухой галту, несколько фруктов и запив все это ирисом, поднял голову на Урбана.
— Спасибо! Несколько суток почти ничего не ел. Извини.
— Вы совсем ничего не съели. — Не сводя глаз с голограммы, Урбан дернул плечами. — К сожалению, я сейчас больше ничего не могу вам предложить. — Мельком взглянув на Дар Ова, он развел руками. — Мы несколько дней ползали по космодрому и прикончили все свои запасы.
— Больше ничего и не надо. — Дар Ов покрутил головой. — Этого. — Он указал на пакетики с едой. — Более чем достаточно. Сейчас, я хотел бы чтобы ты вкратце рассказал, что произошло с момента посадки звездолета и до то тех пор, когда мы встретились?
— Что я могу сказать. — Урбан пожал плечами. — Я практически ничего не видел. — Когда вы ушли из захоронения, мы еще некоторое время занимались Линой и ее щенком.
— Линой? — Дар Ов приподнял руку, останавливая Урбана. — А где она сейчас?
— Мы доставили ее в госпиталь космодрома. — Урбан отставил левую руку в сторону. — А щенок у нас. Приспособили для него какую-то клетку. Ну и стервец, надо сказать. Пока его поймали, почти всех изодрал своими когтями. Вы были правы, предупреждая нас, они у него действительно, как бритвы.
— Вы его хотя бы кормите? — Дар Ов вскинул брови.
— Дают ему ребята что-то. Забавный звереныш, играется, как ребенок. — Урбан улыбнулся. — И не подумаешь, глядя на него, что они такие жестокие. Как он к вам попал?
— Я не знаю. — Дар Ов покрутил головой. — Когда я провалился туда, щенок и девушка уже были там. Этот изверг изодрал всю ее одежду и исцарапал ее всю саму. Я был шокирован, когда увидел состояние девушки. А она в самом деле не разговаривает?
— Да нет. — Урбан пожал плечами. — До своего исчезновения она была нормальным человеком. По словам профессора, осмотревшего ее в госпитале: потеря речи у нее, возможно, произошла от сильного удара головой. У нее сильно поврежден череп. Он даже удивился, что она вообще осталась жива.
— А он не говорил: к ней вернется речь?
— Я, честно говоря, очень торопился и даже не поинтересовался этим. — Урбан мотнул головой. — На космодроме хозяйничал Магне со своими пришибленными. Он приказал мне срочно свернуться и уйти на базу. Мы едва успели. Так что я и не видел, как пришел звездолет, что там произошло. Отсюда это достаточно далеко. Правда мы пытались что-либо рассмотреть, поднявшись на эстакады, но из-за барханов, практически, ничего не было видно. Вначале увидели какое-то зарево, а затем катера Магне начали носится над космодромом, словно бешеные и куда-то палить во все стороны. Потом вверх ударили красные лучи: катера посыпались, как горох, появились десантники, которые пятились, куда-то стреляя. Я связался с Лазаревым, пытаясь узнать у него, что там творится, но он посоветовал нам не высовываться, если жизнь дорога. Мы и не высовывались. Но все же Красные лучи не достигали базы, но все же один из нихкрасный луч заскочил к нам внутрь и испарил один из кронштейнов, поддерживающих эстакаду. Я приказал всем спуститься вниз, а наверху организовал дежурство. Затем стрельба сместилась в сторону космопорта и постепенно или затихла, или перестала быть нам видна. Не знаю. — Урбан дернул плечами. — Так что, гросс адмирал… — Он вновь бросил быстрый взгляд на Дар Ова и развел руками. — Я, практически, ничего не и знаю.