Дэвид Вебер - Дело чести
Чёрт побери, держись вне зоны действия энергетики — крутилась навязчивая мысль в голове у Мишель. Я буду держаться вне зоны достижимости её ракет!
"Интересно, суеверна ли Кренделл?" поинтересовалась она. Аденауэр оторвалась от плоттера и подняла одну бровь, и Мишель холодно усмехнулась.
"Вы не узнали название её флагмана, Доминика?"
Тактический офицер покачала головой, и Лектер засмеялась.
"Это шестой "Джозеф Бакли", который они построили", сказала она, "и я удивлена, почему даже солли ничему не научились. Это точно не самое удачливое название в истории ФСЛ. "
"Ну, это честно и справедливо, Синди,"отметила Мишель. "К тому же, в прошлом они не назвали ни одного из них удачливым ученым".
"Вы могли высказаться и сильнее на сегодня, мэм?" спросила Лектер, и на этот раз Аденауэра тоже усмехнулась, это имя, в конечном итоге подходит для него, очень хорошо.
Д-р Джозеф Бакли был главной фигурой при разработке первого импеллерного двигателя на Беовульфе в тринадцатом веке. К несчастью, он не относился к удачливым деятелем. Он был важной частью проекта в 1246 году, но среди коллег он имел репутацию хоть и блестящего, но безалаберного ученого. Хотя Эдриен Варшавски разработал парус Варшавски всего двадцать семь лет спустя, Бакли был слишком нетерпелив, чтобы ждать. Он настаивал, что при правильной настройке, импеллерный клин сам по себе может безопасно входить в гравитационную волну гиперпространства.
Хотя некоторые из его современников признавали теоретический блеск его работы, ни один из них не готов был одобрить его выводы. Равнодушный к отсутствию доверия со стороны коллег, Бакли, — а патенты сделали его богатым человеком — спроектировал и построил собственное исследовательское судно Dahak, названное по имени фигуры из вавилонской мифологии. С экипажем из добровольцев он попытался продемонстрировать истинность своей работы.
Попытка была захватывающей, но не успешной. Откровенно говоря записи сделанные кораблями сопровождения Dahak, в замедленном варианте вошли во все HD сборники самых впечатляющих катастроф в галактической истории.
Хотя Бакли бесспорно заслуживал того, чтобы стоять в одном ряду с великими Варшавски и Радхакришнан, и, несмотря на огромный объем других научных работ в его наследии, в основном его помнили за драматический сюжет его смерти. У его различных "однофамильцев" на службе ФСЛ дела обстояли не намного лучше. Из предшественников нынешнего корабля, до вывода из эксплуатации и списания дожил только один.
"На самом деле, только три из них были потеряны на действительной военной службе, Синди," уточнила Мишель.
"Четыре, если считать крейсер, сударыня," возразила Лектер почтительно.
"Ну, хорошо. Я и забыла о нем." Мишель пожал плечами. "Хотя я не думаю, что справедливо обвинять "проклятие Бакли" в гибели корабля потерянного "по неизвестной причине".
"Почему? Разве отсутствие свидетелей может изменить его финал? Или потому, что столкновение клина с гравитационной волной выглядит более захватывающим?"
"Его конец, безусловно, более соответствовал последнему полету оригинала", отметила Мишель.
"Ладно, допустим, что много", согласилась Лектер. "И, собственно говоря, я полагаю, что это не важно — четыре или три. Если мы пройдемся по списку погибших кораблей за семь сотен стандартных лет, вероятно, на самом деле это не будет доказательством существования Проклятия. Я не являюсь… особенно суеверной, но откровенно говоря я не хотела бы служить на борту одного из них. И особенно" — ее улыбка исчезла с лица, а глаза потемнели — "если бы я направлялась в то, что обещает стать самой уродливой войной, в которой мой флот когда-либо воевал. "
" Я тоже", — призналась Мишель. "С другой стороны, она не задумается, что именно это она сделала, теперь она сделала?"
* * *Сэр Айварс Терехов сидел в своем командирском кресле на флагманском мостике КЕВ "Квентин Сен-Джеймс" и размышлял о том как последний раз вёл тяжелый крейсер класса Саганами-С в бой. По мнению большинства флотских уставов, шансы на этот раз были еще хуже, но его не интересовали уставы большинства флотов. В отличие от Оу-янг Зин-вей и Хаго Шаварсяна, он точно знал, чем были на самом деле десять "сенсорных призраков".
Четыре из них были носителями ЛАКов Пегас, Гиппогриф, Тролль и Гоблин с четырьмя сотнями лучших ЛАКов на борту. Такие же скрытные как легкий атакующий корабль мантикорского альянса, четыре носителя ЛАКов были много меньшей целью для датчиков, чем все эти ЛАКи, если бы они были развернуты, что означало, что они могут быть более легко скрыты или, по крайней мере, что их суть может быть более просто замаскированна, а ЛАКи остались в своих ангарах на борту кораблей-носителей.
Еще два "призрака" были снабженцами, их трюмы по самый потолок были набиты подвесками Аполлон, снаряженными ракетами Марк 23 и Марк 23-Е MDMs. Оставшиеся четыре были крейсерами Скотти Тремейна: "Алистер МакКеон", "Мадлен Хоффман", "Канопус", и "Требушет".
Вы просто двигайтесь прямо адмирал Крандалл, думал Терехов холодно. Вы даже близко не понимаете, что вас ждет… но похоже скоро узнаете.
"Сэр, адмирал Хумало хотел бы поговорить с Вами", тихо сказал лейтенант Аталанте Монтелла, его офицер связи.
"Подключите его к моему дисплею, Аталанте"
"Да, сэр"
Через мгновение, лицо Августа Хумало появилось на крошечном экране комма, установленного у командирского кресла Терехова.
"Добрый день, сэр", сказал он.
"Добрый день, Айварс," согласился Хумало. Адмирал выглядел спокойным, что, по мнению Терехова, не соответствовало действительности, и не было никаких признаков напряженности в его глубоком голосе.
"Как вы можете видеть," продолжил Хумало, "наша подруга Кренделл, по крайней мере, пунктуальна".
"Я полагаю, у каждого есть, по крайней мере, некоторые положительные качества, сэр."
"Вы, возможно, разуверитесь в этом предположении к тому времени когда доживете до моего возраста", с тонкой улыбкой ответил Хумало. "В любом случае, предполагая, что она сохранит, текущее ускорение и направляется к планете, она, вероятно, рассчитывает присоединиться к нам здесь в течение примерно четырех часов. Конечно, она не ожидает, что кто-нибудь из нас, все еще будет жив, когда она прибудет."
"Жизнь полна разочарований, сэр."
"Я думаю также." Хумало на мгновенье улыбнулся. Затем он передернул плечами в каком-то сокращенное плечами. "Адмирал Эндерби сейчас запускает своих пташек. Как только все они покинут гнездышко, он отгонит носителей дальше в систему, чтобы убрать их из-под ног, а коммандер Бадмачин начнет сброс подвесок. Если адмирал Золотого Пика не решит иначе, похоже, что мы реализуем Азенкур".