Майкл Гир - Ответный удар

— Думаю, да. — Браен кивнул. — У Машины есть свой особый, я должен сказать, несколько неуклюжий что ли, почерк.

Вспоминая Мэг Комма, Никлос какое-то время колебался, прежде чем задать следующий вопрос.

— Может быть… может быть, вы думаете, что он умеет мыслить? Чувствовать?

Браен долго блуждал рассеянным взглядом по серым пятнам на потолке.

— Я не знаю, Никлос. Но здесь одно из двух: либо Машина сама может мыслить, либо кто-то мыслящий постоянно перепрограммирует ее.

— И кто же это? Сассанцы?

— Не будь глупцом. Кто-то, что-то… только это не житель Свободного пространства.

Никлос скептически постукивал носком ботинка о пол.

— Поганые Боги?

— Не надо строить из себя дурака. Ты же видел Мэг Комма. Он — не живой. И не люди создали его. Его творец — это нечто другое.

— Но каковы доказательства? Археологи прочесали все Свободное пространство в поисках ответа на вопрос о происхождении человека. Если Мэг Комм был сделан руками каких-то таинственных существ, то куда же подевались остальные их машины? Где следы их цивилизации?

— Я не знаю.

Никлос вскинул голову.

— Я не верю в теорию о нечеловеческом разуме. Если на то пошло, я склоняюсь к версии, что мы одни во Вселенной. И только благодаря Запретным границам человечество имеет возможность развиваться. Можно считать их счастливым творением природы, которое защищает нас от воздействия космической радиации. Только люди являются разумными существами на этом маленьком островке жизни.

— Я считал тебя умнее, Никлос.

— Нечеловеческий разум, Браен? Неужели мы будем говорить о том, кто кого умнее? — Никлос покачал головой. — Простите, Магистр. Я совсем не хотел вас обидеть.

Браен насмешливо фыркнул.

— Надеюсь на это.

— Я прошу у вас прощения.

— А я попрошу тебя уйти. На сегодня с меня достаточно. Я хочу отдохнуть, Никлос.

Колючее чувство вины проникло в безмятежное спокойствие души Никлоса. Он не отрывал от старика пристального взгляда, внимательно исследуя каждую морщинку на лице Браена. Иной разум? Неужели это не вымысел?

— Спите спокойно. Магистр, — прошептал Никлос. — Если вам что-нибудь понадобится, нажмите кнопку вызова на коммуникаторе, и я тот час же буду здесь.

— Спасибо тебе, Никлос. — Старик отвернулся к стене.

Поднимаясь по лестнице в свою маленькую каюту, Никлос на секунду задержался и, оглянувшись, кинул взгляд, на антиграв, в котором покоился Магистр Браен. Может, они совершают роковую ошибку? А может быть, Браен заблуждается, как и все верующие?

СТАФФА ХОТЕЛ БЫ ДУМАТЬ ИМЕННО ТАК, НИКЛОС. МОЖЕТ БЫТЬ, ТЫ ИГРАЕШЬ НА РУКУ ЗВЕЗДНОМУ МЯСНИКУ?

Только что я вернулся в свою каюту на борту «Контрмер». В этой совсем крошечной комнатке негде даже повернуться, электромагнитные поля, гравитационные волны и радиация, которые вырабатываются механизмами корабля, делают ее, возможно, совершенно непригодной для проживания, но сегодня мне абсолютно все равно.

Наверное, я никогда еще не был так расстроен и так разочарован как в себе самом, так и в своей науке. Само по себе создание искусственной гравитации не представляет ничего сложного. Люди занимаются этим на протяжении пяти тысячелетий, не меньше. Мы научились делать это на межпланетных звездолетах и космических станциях. Электрической энергии, которую вырабатывает стандартный реактор антиматерии предельно хватает для создания шестидесяти, а то и семидесяти гравиполей. На мою же долю выпала задача попытаться создать гравитационные поля в двух различных точках космоса, расположенных на расстоянии половины светового года друг от друга и синхронизировать поля таким образом, чтобы установить контроль за гравитационной интерференцией.

Насколько мне известно, на протяжении всей истории человечества подобная задача не стояла ни перед одной нацией, не говоря уже об отдельном человеке.

Самое ужасное то, что законы физики подтверждают мои предположения. Можно сесть за компьютер и шаг за шагом доказать возможность нейтрализовать вибрацию отдельного волокна Запретных границ. По ночам, когда я, наконец, засыпаю, эти цифры стоят у меня перед глазами, я чувствую всей своей душой: теоретически это возможно!

Но мне не удается провести эксперимент! Эта мучительная мысль преследует меня. Сегодня, используя огромную энергию реакторов звездолета, мы смогли создать двести шестьдесят семь гравитационных полей, прежде чем две платформы смялись, скрутились, словно листы алюминиевой фольги под ударом тяжелого молота. Для того, чтобы все починить и привести в порядок, потребуется несколько дней.

Если мне не удастся поддержать существование 2-10 гравитационных полей, имея в своем распоряжении самую прочную керамографическую сталь, то как можно надеяться на то, чтобы оперировать 8-10 полями, даже если предположить, что я сумею создать их?

Это было бы равносильно тому, чтобы голым прогуляться по поверхности нейтронной звезды. Вот о какой гравитации идет речь. Благословенные Боги, как я смогу сообщить об этом Главнокомандующему? Он поручил мне это дело. Он верит, что я справлюсь. Я готов признать свое поражение, но разве я могу подвести человечество!

Отрывок из личного дневника Ди Уолла.

Вспыхнули индикаторы автоматического штурмана «Риги-1», подтверждая, что программа, задающая курс, введена. Скайла сидела, прищурив опухшие, покрасневшие глаза. Видения, возникшие у нее в то время, когда на скорости света яхта входила в нулевую сингулярность, постепенно исчезали, рассеивались.

Искривленные лучи света выпрямлялись. Корабль снижал скорость, в сознании осталось только смутное воспоминание о чем-то фантастически нереальном.

В этот самый момент кошмары снова попытались завладеть Скайлой. Или…

Камера для допросов… Скайла открывает дверь и попадает на Итреату — смотрит через плечо… глаза… какая-то ошибка, ужасная непоправимая ошибка…

ГЛУПОСТИ! Скайла, яростно затрясла головой, чтобы разбить вдребезги навязчивое видение. Эти кошмары уже достаточно намучили ее ночами. Зачем же грезить наяву?

— Взят курс на Тергуз. Начало торможения — сорок гравиполей.

Приблизительный срок прибытия — пять дней по корабельному времени, — сообщил механический голос автоштурмана.

— Благодарю, — проворчала Скайла, откидываясь на спинку командирского кресла и заставляя мозг переключиться в рабочий режим. Одну за другой она проверила функциональные системы яхты. Где-то в глубине сознания шевельнулось слабое понимание того, на какой риск она пошла. ТОЛЬКО ДУРАК СТАЛ БЫ ОБРАЩАТЬСЯ С ДРЕВНИМ КОРАБЛЕМ ТАК, КАК ЭТО ДЕЛАЕШЬ ТЫ.