Рустам Панченко - Инвалид. Том первый
— А к чему этот вопрос? — удивился я. — Мне ведь даже документы сделали на новое имя.
— Это обязательное условия. Должно быть дано добровольное согласие на принятие в род.
Прикинув и так и эдак, и не найдя подвоха в этом вопросе, дал свое, как выразился искин, добровольное согласие.
— Согласен ли ты, полностью и безоговорочно выполнить всю последнюю волю твоего приемного отца, изложенную в его завещании? — последовал следующий вопрос.
— Согласен, — сказал, и понял, что сморозил очередную глупость.
— А ты его хоть в глаза видел? — поинтересовался искин голосом, полным издевки.
Что могу сказать в свое оправдание? Да ничего. Снова язык сработал раньше головы.
— Ну-ну, — только и послышалось в ответ.
И вот эти простые слова заставили меня заподозрить неладное. Искин же продолжал, как ни в чем не бывало.
— Должен сообщить тебе, что основные требования графа довольно просты. Возраст наследника, не более четырёх лет. Обязательно желание учиться. Очень важна разумность его поступков. И, самое главное, он должен продолжить род старых аристократов.
Что могу сказать, ничего сверх умного в этих требованиях не было. Думаю, я потяну.
Дальше я последовало заявление, что для понимания объема работ, моему ехидному собеседнику требуется провести некоторые тесты. Даже представить, что он может требовать что-то большее, чем интеллектуальные тесты, я не мог. Видимо снова сработал стереотип моего старого мира. Вы ведь представляете, какие тесты может сделать персональный компьютер? Вот и я подумал об этом.
— Я готов. Начинай.
Вместо вопросов, которые, по моему разумению, должны были последовать, он заявил:
— Тогда пошли.
В интерфейсе моей нейросети зажглась большая зеленая стрелка, указывающая направление на выход из моей комнаты. Вот только выход был не там, где находился вход. Мне был продемонстрирован еще один выход. Его можно назвать и запасным, и черным ходом, и тайным. Открывался он в одной из стенных панелей. И, что самое интересное, еще несколько минут назад здесь не было даже намека на эту дверь.
Бояться или переживать я не стал. Все->-таки меня признали членом семьи и теперь будут заниматься образованием наследника, а не его ликвидацией. Узкий коридор, в котором мой таракан поработал фонариком, вывел в небольшую комнату, заставленную по последнему слову медицинской техники. Все же, база по Медицине кое-чему научила. Меня тут же направили в аппарат, в котором бывал и далеко не один раз.
Медицинская капсула была узнана с первого раза. Однако лезть в нее не хотелось. Стремно как-то. Однако уговаривать меня никто не стал. Просто было предложено заявить под протокол, что отказываюсь от взятых на себя обязательств, и могу быть свободен. То есть вообще свободен. Никто меня в этом доме держать не собирается, как и кормить. Этот дом будет работать только на благо наследника рода Ренк.
Ответить на столь прямое пожелание счастливого пути я ничего не смог. Да и не захотел. Просто разделся и полез в медкапсулу. Меня снова прижали к стенке, заставив принять нужное кому-то другому решение. Стало обидно.
Уже вылезая из капсулы, поинтересовался у искина, что там с тестами? Прошел ли я их? Однако тот просто попросил помолчать, пока он не завершит разбор полученной информации.
На расшифровку тестов понадобилось около часа. В это время я слонялся из угла в угол, рассматривая кучу медицинского оборудования. Не скажу, что в этой комнате было все, так как это просто невозможно. Однако, то, что нужно для обучения имелось в изобилии.
— А не хочешь ли ты, Андрюша, рассказать мне, как ты докатился до такой жизни? — наконец заговорил искин. — Хотя нет. Это я и так знаю. Интересно другое, как ты собираешься выкручиваться из всего этого? Ведь не поверил же ты, что заинтересовавшиеся тобой люди так просто выпустят столь перспективного мальчика из-под своего колпака?
Сразу не понял, откуда он может знать всю подноготную? Я ведь ему не рассказывал не то, что ни одной подробности, но даже не намекал, что со мной произошло.
— Откуда ты узнал обо всем этом?
Злость вперемешку с непониманием была плохим советчиком. Ни одной нормальной мысли в голову не пришло.
— Как откуда? Я же только что сделал цифровую копию твоей личности. Говорю это в терминах понятных для тебя. Потом проанализировал всю твою жизнь и поступки. Особенно глупые. Теперь готов работать с тобой. Однако очень хотелось бы услышать твои мысли поданному поводу. Сказать, что меня шокировали — это ничего не сказать. Как-то по-другому в моем понимании выглядит предварительное тестирование. Однако, вспомнив, где я нахожусь, решил ничему не удивляться.
Выводов, по поводу ситуации у меня было не много. Однако они все-таки были. После проведённого ментосканирования, говорить о каких-либо секретах, не было никакого смысла. Даже то, что думал скрыть в недрах своей памяти, было сосканировано и щепетильно обработано. И надеяться на то, что искин хоть что-то пропустил по халатности — это последнее дело.
Среди мыслей было несколько таких, что даже меня самого коробили, стоило о них вспомнить. Ведь подумайте только, я, почти взрослый парень, ну и что, что в маленьком теле, оказался неспособным взять руководство над собой и своим будущим в собственные руки. Причина проста и сложна одновременно — я не знаю, как это вообще делать. Да, я видел, как поступал отец, но многое просто воспринималось как нечто нормальное, и большого внимания этому не уделялось. Это первый вопрос. Второй, ничуть не легче. Я прекрасно понимаю, что мне нужно развиваться. Вопрос только в том, куда? В каком направлении? К чему стремиться в этом мире? Как это делать правильно?
Этот список можно продолжать до бесконечности. Да, у меня есть предпочтения. Уже говорил, что нравиться программирование и медицина, но это всего лишь общие фразы.
Искин выслушал меня очень внимательно. Ни разу не перебил, и не сказал, что я неправ. Однако вынесенный им вердикт поставил меня просто в тупик. Честное слово, такой подлянки я просто не ожидал. Ведь, только представьте, что вам, в пятнадцать, двадцать или тридцать лет, предложили пройти курс обучения для маленького ребенка.
Звучало это просто — общее направление развития. Вот только действительность была страшная. Меня будут учить многому такому, что должны знать все дети, особенно, если они родились в аристократической семье. Начиная от того, как должен ходить аристократ. Как он должен смотреть. Как он должен думать. На чем должны основываться его выводы. И так далее, и тому подобное.
Вначале решил, что с меня решили поприкалываться. Однако чуть позже понял, что никто со мной шутить не собирается. Все на полном серьезе. И причин для этого больше чем достаточно.