Марьяна Ярош - Крылья богов

— С какой стати я не получу развод? Я свободная женщина! — как странно действует на меня Сардаяла — я перестала сжиматься в комок от громких звуков и мне в данный момент глубоко наплевать на то, что обо мне думает этот мужчина. А я сейчас скажу ему всё, что о нём думаю!

— Вот с этой! — меня схватили за руки, выдернули из кресла и прижали к горячему мужскому телу. Мать моя, богиня Сайке, это ещё что? Мы так не договаривались! — Лисси, почему ты не позволяешь о тебе позаботиться, — зашептал, опаляя кожу дыханием, Грайх.

Как же это здорово, оказывается, находиться в мужских обьятьях! Моментально исчезли все слова, которые непременно нужно было сказать капитану в защиту собственного «я», колени ослабли и, чтобы не свалиться бесформенной кучкой ему под ноги, мне пришлось уцепиться ему прямо за рубаху. Но… Подсознание визжало от ужаса. Боги-хранители, не дайте мне совершить ошибку! У меня и так проблем выше крыши, не хватало ещё незапланированных разборок с капитаном.

А ещё меня терзали смутные сомнения: с чего бы это Грайх вдруг воспылал ко мне чувствами? Что-то здесь не чисто. «Соберись, Лисисайя, мозги у тебя зачем? Что капитану может быть от тебя нужно? Как женщина ты не могла его привлечь, тут не надо быть ясновидящей. С его внешними данными к его услугам любая лайна империи, да и любая лайра тоже, что скрывать» решение пришло неожиданно. Следовательно, интерес профессиональный. Других вариантов нет.

— Отпустите меня, капитан и обьясните, что вам от меня нужно? Не верю я как-то в ваши резко вспыхнувшие чувства. Давайте поговорим, как два взрослых человека: в чём причина вашего неадекватного поведения?

— Лисси, — Грайх чуть не задохнулся, — ну почему ты ни во что не веришь?

— У меня были хорошие учителя. Очень хорошие… А я быстро учусь…

И тут Грайх растерялся. Это было видно невооружённым глазом. Заволновался, занервничал, засуетился. Явно, дело нечисто.

— С тобой невозможно разговаривать, Лисисайя!

— К делу, капитан! Что вам от меня нужно?

— Через неделю мы уходим в рейс, и у нас снова нет доктора…

Я горько засмеялась. Защемило сердце, забилось, как птица в силках. В груди стало горячо, а вглазах защипало. Дышать стало нечем. Вот и попросили прощенья братья. И цветочки пришлись как раз к месту. Очень кстати меня вызвала из Приюта лайра Мелисандра.

— И к чему было устраивать спектакль с цветами и объятьями, капитан Валсторн? Неужели я на самом деле похожа на безмозглую дурочку? — в который раз захотелось спрятаться от всего мира или оказаться глухой, чтоб не слышать лжи в свой адрес. Удивительно, но на лице Грайха не было ни капли раскаяния.

— Лисси, мы решили, что тебе нужно постоянно быть рядом с нами. Тогда мы сможем тебя защитить. Как ты собираешься жить одна с двумя мужчинами? Что скажут люди?

— А это вас не касается, Грайх Валсторн! Зовите уже лайру Мелисандру — хочу поскорее покинуть поместье.

Она появилась так быстро, как будто стояла под дверью. Нерешительно прошла к первому попавшемуся на пути креслу и присела на краешек. Странно, при встрече я не заметила затравленного взгляда и синих кругов под глазами. Подозрительные перемены в обличье и поведении смущали и вызывали множество разных вопросов. Ну, что ж, начнём.

— Вы хотели меня видеть, лайра? Чем могу быть полезна? — она молчала, стиснув руки и не поднимая глаз от пола. — Я вас внимательно слушаю.

— Лисси, девочка, я хотела бы…, - начала она.

— Нет девочки Лисси и никогда больше не будет, есть доктор Эйхан, лайра. Что вы хотели такого важного мне сказать, что задействовали Службу безопасности императора?

— Это не я, это Советник… Дорай Алаенде. Я просила найти тебя…

— Вас, а не тебя, лайна Мелисандра. Ближе к делу, я вся внимание, — каждая лишняя минута, проведённая наедине с этой женщиной, была для меня лишним напоминанием о случившемся той ночью. И заниматься самоистязанием у меня не было ни малейшего желания.

Она сцепила руки в замок, прикусив пальцы зубами и начала потихоньку раскачиваться. Тишина угнетала, но у меня не было желания смотреть ещё и этот спектакль.

— Я хотела бы, как можно скорее покинуть поместье и никогда больше сюда не возвращаться. Если вам нечего мне сказать, позвольте попрощаться, — попытки лайры Мелисандры вызвать сочувствие на меня не действовали. — Всё, что вы хотели мне сказать, я услышала и приняла к сведению.

— Простите меня, доктор Эйхан, я была не права. Я ничего не знала о рейсе, — прошептала женщина.

— Теперь знаете, и что изменилось?

— Простите меня, Лисисайя, мне это очень нужно. Пожалуйста…, - она все так же говорила шёпотом, похоже, не стараяь даже быть услышанной.

— Простила… Что дальше?

— Мне казалось, что я защищаю сына… Но, защищая, я увлеклась настолько, что оскорбила вас, лайна Эйхан. Сироту. А боги очень жестоко наказвают за такие проступки. В ту ночь не вы, а я разделила постель с драгнайром. Советником Ардавалом. По собственному желанию. За что была принародно унижена им. Теперь я беременна, а мои сыновья меня просто игнорируют. Я перестала для них существовать… Простите меня, пожалуйста. Для меня это жизненно необходимо.

Неизвестно, до чего бы мы договорились, но раздался стук в дверь и вошёл Грайх.

— Мам, там к тебе гости…

— Я не жду никого…

— И, тем не менее, они уже здесь. Иди, а то Советник скоро начнёт громить поместье. Не нервируй его, мать, — и чуть ли не за руки вывел лайру Мелисандру из кабинета, кивнув мне напоследок. — А ты погоди уходить — я сейчас вернусь.

Приказ Повелителя отправиться с инспекцией дипмиссии на Айдору неожиданным не был. Довольно часто мне приходится заниматься решением деликатных вопросов по его личной просьбе Но, в связи с поездкой, пришлось отложить несколько важных и не очень дел до лучших времён. Невольная мысль не давала покоя: почему Айдора? И почему именно я? Неужели в империи некого послать проконтролировать исполнение высочайшего приказа? Сейчас, спустя некоторое время, я благодарю всех богов и Великую мать за оказанную мне честь. И не устаю восхищаться гением Повелителя. Трудно сказать, что это было — предвидение или чётко спланированная операция, но именно здесь мы нашли решение нашей самой главной проблемы.

Отправляясь на Айдору, ничего, кроме всепоглощающей злости и раздражения не испытывал. Утешало чувство долга, не давая мне срываться на всех и вся. Небольшой мирок, не представляющий никакой ценности, ни с точки зрения сырьевых ресурсов, ни с точки зрения торговли. Замкнутый на себе и нескольких таких же планетках из Совета миров.