Константин Хвостополосатов - Экскурсант

— Чего? — уставился Саныч в голокуб.

— Да расслабься, убогий, — прыснул я в кулак. — Реконструкция гравитационных возмущений это.

— Тьфу, засеранец мозгов, сопливую медузу тебе в штаны, — плюнул Саныч на пол. — Я туда не хочу.

— Да тебя никто и не гонит, — отмахнулся я. — Сиди на борту, только бухла больше не будет.

— Ну и ладно, — на удивление легко согласился мой друг, рассматривая в соседнем голокубе схему планет. — Я вообще «Блоху» пойду прогрею, на этом большом пузыре по спутникам прошвырнусь.

— Валяй, — согласился я, поняв, что с будуна настроение у Саныча не для компании. — И не в чем себе не отказывай, ну там девки, рестораны…

— Язва ты, Сереженька, — скривился Саныч. — Может, похмелимся?

— Катись уже, — сменил я изображение в голокубе на схему магнитного поля планеты, — похмельный синдром преклонного возраста.

— Сотрап, — буркнул Саныч, исчезая.

— Сотрап или нет, а бухать больше не будем, — промурлыкал я себе под нос, разворачивая макет планеты. — Кстати, о бабах!

Мне вдруг в голову пришла мысль, что за всякого рода заботами о рождении боевой «Блохи» и скачками по галактике, я как-то совсем забыл о новобрачной. Все время выхаживания «Блохи» Светлана, воплощенная в теле Стекляшки, находилась вместе с нами, помогая в работах. Только вот я в те моменты оказался сильно увлечен идеей и воспринимал ее исключительно в роли боевой подруги-механика. Потом случались еще какие-то заботы и проблемы, потом имело место еще какое-то «потом». В общем, упущение нужно было срочно наверстать. Не исключено, что случилась бы возможность честно заработать на память еще какую-нибудь деталь гардероба моей супруги.

Мы как раз были в ванной, когда на связи возник Саныч. Он дал нам знать, что на втором спутнике, куда он допрыгал на «Блохе», ему удалось обнаружить с помощью аппаратуры бота какую-то кучу хлама с подозрительно высоким содержанием разного металла. Саныч — человек смелый, но для порядку решил перед разведкой пригласить нас поучаствовать. Хлам мог оказаться чем-то интересным. Поскольку мы со Светланой уже успели переделать массу интереснейших дел, я поспешил в пилотское кресло, ибо наблюдать происходящее было лучше именно оттуда, эффект присутствия не смогла бы заменить ни картинка, ни звук к ней впридачу.

Хлам, найденный Санычем, больше всего походил на небольшой летательный аппарат. Судя по всему, это мог оказаться, как спасательный модуль, так и какой-нибудь зонд. «Блоха», имевшая пару ремонтных киборгов на борту, тут же была «перекрашена» в археологический цвет и под общим руководством Саныча приступила к раскопкам. Хоть на время отсутствия Саныча на борту МИ «Блохи» и должен был наблюдать за обстановкой, обеспечивая прикрытие, Светлана на всякий случай взяла его под незримую опеку. Вскрытие грунта по периметру объекта показало, что он не упал на грунт, а вполне удачно спустился, развернув после посадки необходимую научную аппаратуру. Скорее всего, нам попался банальный исследовательский зонд. Визуально определить начинку зонда оказалось довольно затруднительно, но Светлана склонялась к бессимбиотной технологии, точнее можно было сказать, сделав демонтаж в условиях «Ботаника». Теоретически «Блоха» могла бы осуществить доставку зонда на борт «Ботаника», но мы решили не изобретать велосипед и послали за находкой второй бот. Пока оторванный от сбора урожая «Клоп» добирался до улова, Светлана силами оставшейся на «Блохе» кое-какой научной оснастки сделала более глубокое сканирование найденного зонда на предмет нехороших сюрпризов. Зонд не имел ни взрывчатки, ни даже примитивного вооружения, питание производилось за счет давно выбравшего свой ресурс реактора, предположительно холодного термоядерного синтеза. С прибытием «Клопа» археологические работы быстро свернули, с помощью гравитационных грузовых захватов бота зонд просто выдернули из места посадки вместе с куском грунта. В таком виде его и доставили на «Ботаник».

На исследования зонда собрался весь разумный экипаж «Ботаника». Зонд мог стать нашей ниточкой к разумным, создавшим его. Даже если это была цивилизация, не входящая в Содружество, она могла дать информацию, где искать то самое Содружество или хотя бы помочь определиться с нашим местонахождением.

Полностью освободив зонд от грунта, мы получили своеобразный диск на восьми лапах-манипуляторах, имеющий разного рода наросты, содержащие аппаратуру. Как и предположила Светлана, это был образчик чистой «неживой» технологии. Лапами этот своеобразный паук перемещался и крепился к грунту, на «животе» имела место своего рода лаборатория по исследованию грунта. Судя по тому, что зонд не имел какого-либо маршевого двигателя, он не мог самостоятельно прилететь из другой звездной системы сам по себе. Значит, его сбросил корабль, посетивший данную систему. Это не внушало оптимизма, корабля мы не нашли, таким образом, зонд мог оказаться просто необычной находкой. Для связи с хозяином зонд имел направленную антенну, работающую в диапазоне электромагнитных волн, которая в сложенном виде пряталась в корпусе. Исходя из мощности, антенна предназначалась для связи в пределах системы. Управлял зондом блок, очень похожий по своей структуре на земной компьютер. Управление осуществлялось по заранее заданной программе с множеством вариантов действий на всякого рода непредвиденные случаи. Хоть в памяти устройства и остался след всех совершенных зондом действий, определить, откуда прилетел зонд, оказалось затруднительно. Определенно Светлана могла сказать только, что зонд активировался в точке, находящейся на плоскости вращения планетной системы. В итоге зонд оказался просто образчиком чужой жизни, не приблизившим нас к разрешению нашей проблемы. Исследовательский корабль, который мог бы прояснить нашу ситуацию, явно покинул систему, закончив исследования, так что искать остальные инструменты познания смысла не имело. Ситуация, по словам Саныча, походила на «облом».

— Может поищем все же, проверим спутники, да планетный огрызок, — предложил Саныч. — Что, если там мы найдем какой-нибудь зонд, дающий команды этим?

— Саныч, ты же сам понимаешь абсурдность своих предположений, — ответил я. — Зачем оставлять ретранслятор, рискуя не получить информацию в случае сбоя, когда можно подождать поступления сведений, занимаясь попутно другими исследованиями.

— Ну а если они очень спешили? — не унимался Саныч. — Нужно же для порядка исследовать этот огрызок.

— Саныч, спешки в исследованиях вряд ли целесообразны, — ответил я. — Иначе ресурсы могут просто оказаться зазря выкинутыми в результате неаккуратности.