Константин Хвостополосатов - Засланец
Совать пальцы в «волшебный фонтан» перехотелось. С сомнением я взял довольно большой обломок стены и засунул его в «кисель». Обломок сначала уткнулся в пружинящую поверхность, а потом легко пошел внутрь нее. При движении назад сопротивления практически не наблюдалось. Положив обломок на пол, я стал наблюдать. Минут пять своей жизни я просто выкинул коту под хвост. Обломок и после десяти минут совершенно не изменился. В задумчивости я походил вокруг «фонтана» и попытался разглядеть его в разных диапазонах восприятия, при разной силе света и длине волны. Белый свет создавал море бликов, фиолетовый подсвечивал верхний слой, но совершенно не проникал внутрь, красный делал всю массу киселя похожей на лаву, лучше всего дело обстояло с зеленым или светом на стыке желтого и зеленого. При таком освещении можно было уверенно и четко рассмотреть предметы на расстоянии почти полметра в глубине «водяного взрыва».
Я медленно шел вокруг пузыря, тщательно вглядываясь внутрь. Постепенно в глазах у меня стало рябить и, то ли из-за уставших глаз, то ли еще по какой-то причине внутри «киселя» мне стали мерещиться тени, какие-то размытые образы и даже картины. Пришлось на время оторваться от занятия. Как только я отвернулся от пузыря, все неприятные ощущения пропали, окружающий мир опять стал четким и ясным. Поскольку моя умная броня никакой тревоги не выказала, я снова принялся за вдумчивое созерцание «водяного взрыва», уж очень необычной показалась мне эта штуковина.
Буквально через минуту снова появились тени, образы, даже сумрачные или размытые пейзажи. Чем больше я смотрел на круговорот миражей, тем легче и безболезненнее для глаз становился процесс, как будто мое зрение настраивалось на какой-то необычный проектор. В какой-то момент тени пропали, а чередующиеся картинки стали занимать практически все пространство пузыря. Только вот при фокусировке на них зрения, они расплывались или быстро погружались куда-то в глубину.
Вдоволь налюбовавшись театром теней, я решил осмотреть уровень. К моему сожалению, осмотр пришлось закончить весьма скоро. Кроме частично сохранившихся двух комнат, где проходила дыра, интересным оказалось немногое. Еще одна зала оказалась завалена фрагментами потолка и стен местами со следами копоти, между большими обломками виднелась однородная желтая масса, по прочности не уступавшая местному «пенобетону», похоже, что помещение герметизировали от пожара с другой стороны. В следующей комнате все оказалось в относительном порядке, по крайней мере, пол, потолок и стены остались целы, но комната оказалась глухая.
Транспортный тоннель, в который я нашел проход, с одной из сторон оказался, похоже, специально взорван, очень уж аккуратным показался мне завал, да и желтая изолирующая «пена» тут тоже имелась в изобилии. А вот второй выход из тоннеля, связывающего ярус, оказался завален, похоже, без участия хозяев. Фрагменты стен и потолка, похоже, обрушились по какой-то иной воле. Никаких следов «пены», промежутки между большими обломками засыпаны щебнем и обломками поменьше, а в одном месте из завала торчала перекрученная пластиковая лента, похожая на те, которые я использовал в виде лестниц при спуске на этот уровень. Для очистки совести я подергал ее в надежде расшевелить завал. Надежно. Получалось, что проход дальше остался только через ярус выше, но там начинались «обитаемые» тоннели. Возвращаясь к цилиндру, ведущему наверх, я не смог удержаться от очередного осмотра «водяного взрыва». Слишком уж необычной и красивой оказалась аномалия, она как будто осознанно притягивала мой взгляд и мысли. Какое-то время я менял диапазоны освещения, любуясь разными эффектами. Настроив желто-зеленый спектр, я снова вгляделся в глубину образования.
Вот какая-то многоножка, а если повернуть чуть вбок, то уже спрут. Я немного придвинулся к «фонтану наоборот», «спрут» стал больше и даже налился красками, освещение перестало носить характер желто-зеленых тонов. Еще полметра – и я почти коснулся «фонтана» головой. Картинка со спрутом обрела четкость, перестала таять фрагментами, появились детали дна какого-то водоема, даже пузырьки воздуха. Все было застывшим, как голограмма. Из интереса я стал маленькими шажками перемещаться вдоль периметра «водяного взрыва», тщательно избегая контакта с «киселем». Пейзаж с высоты птичьего полета, пустынные просторы с какой-то чахлой растительностью, еще один пейзаж с высоты, но уже над поверхностью воды, планета с двумя спутниками – вид с дальней орбиты.
– Откуда же тут берутся эти картинки? – подумал я, – ведь сначала ничего такого не было.
Я немного отодвинулся от «фонтана», картинка планеты тут же потеряла цвета, на периферии заклубился туман, изображение потекло и смялось. Я снова приблизился – вид безбрежной водной глади и каких-то созданий, плывущих на поверхности. Я немного поерзал и все же опять поймал картинку с планетой. Оказалось, что даже небольшой сдвиг точки наблюдения всего на градус меняет изображение, а вот передвижение вверх-вниз меняет ракурс обзора на саму картинку. Еще две картинки. Убогий пейзажей пустыни меня не обрадовал, а следующий осколок чужого мира заставил замереть. В нем явно отразились разумные существа. Отыскав лучший ракурс, я максимально приблизил лицо к «фонтану».
Большой ангар в оливково-коричневых тонах. Борт небольшой боевой машины с открытыми внутренностями, к которым подсоединены жгуты проводов, трубок, а может, световедущих линий. Рядом в воздухе висит большая панель, испещренная значками, а на полу ангара разбросаны какие-то инструменты. За машиной явно идет бой. Недалеко чуть в стороне от нее за искореженным корпусом маленького колесного тягача, врезавшегося в стойку ящиков, видны два бойца-гуманоида в легкой десантной броне КСС. Один из них лежит, практически свернувшись в калачик, видимо, он ранен, так как штурмовая винтовка выпала из руки. Второй боец то ли встает для выстрела, то ли приседает после него.
Это уже что-то собой представляло. Я поворочал картинку, стараясь поймать ракурс для большего обзора.
За корпусом машины, визуально в пяти-шести метрах от меня просматривался всполох небольшого взрыва и падающая фигура, практически полностью засвеченная вспышкой и закрытая обломками какой-то конструкции с пылью. Минут пять я выбирал положение у кромки «фонтана». И вот она фигура.
Скорее всего, гуманоид находился в падении спиной вперед, его тело замерло в каких-то сантиметрах от палубы ангара. Оливковый полный комбинезон с бежевыми и черными пятнами на локтях и коленях оказался весьма потерт. Руки «человека» были безвольно выброшены впереди тела и чуть разведены в стороны, голова запрокинута назад. Рядом с правой рукой застыл какой-то прибор, видимо, выпавший из нее и продолжавший сольный полет к палубе.