Дэвид Вебер - Тень Саганами

— Какие проблемы, сэр? — поинтересовался Фитцджеральд.

— Мы одна из самых удалённых систем нашего так называемого "Скопления", коммандер, — ответил Карлберг. — Мы беззащитнее других систем — вроде Рембрандта и Сан Мигеля — которые сидят практически в центре. Я также подозреваю, что к нам придёт меньше инвестиций, чем все надеются, разумеется, если только не принесут свои плоды надежды президента на привлечение капиталов в развитие курортного потенциала Базилики. Но даже в этом случае основным двигателем нашего процветания, несомненно, будет рост количества торговых кораблей в окружающем пространстве. Именно это меня сейчас и беспокоит.

— Почему, коммодор? — спросил Терехов, внимательно глядя на Карлберга.

— Поскольку это делает нас более привлекательной целью, особенно учитывая нашу уязвимость, а у меня нет свободных сил для того, чтобы вышибить злоумышленников из моей звёздной системы ко всем чертям, — прямо заявил Карлберг. — Особенно, когда они располагают современными кораблями.

— Современными кораблями? — Терехов наклонился вперёд, прищуриваясь. Как и Фитцджеральд — и, кстати, оба гардемарина. Пираты, действующие в Пограничье в окрестностях Скопления Талботта обычно относились к наименее технически оснащённым среди своих собратьев. Во многих отношениях они походили на пиратов, бороздивших мелкие прибрежные воды Старой Земли на своих гребных шлюпках, и по сравнению с ними среднестатистический силезский пират выглядел первоклассным боевым кораблём. С таким противником даже крохотные устаревшие ЛАКи Карлберга должны были справиться без проблем.

— Да, — ответил коммодор, в его тоне и выражении лица больше не было никакого легкомыслия. — За последние две недели кто-то проникал в систему по меньшей мере три раза. И этот кто-то не собирается себя афишировать, а единственный из моих ЛАКов, сумевший подойти достаточно близко для установления надёжного сенсорного контакта, не узнал ничего. Что ж, всем известно, что наша электроника по сравнению с вашей практически хлам, однако мы должны были получить по крайней мере хоть какую-то полезную информацию. Но не получили, что означает, что наш противник, кто бы он ни был, располагает намного более современной электроникой, чем наша. Что, в свою очередь, означает, что они, скорее всего, намного более современны и боеспособны, чем мы.

— Вы упорно используете множественное число, коммодор, — заметил Терехов. — Вы точно уверены, что имеете дело с более чем одним вторгшимся кораблём?

— Я на девяносто пять процентов уверен, что их два, — произнёс Карлберг. — И, кто бы это ни был, они крупнее и, по-видимому, мощнее любого корабля, которым я располагаю. Наглые скоты. Шастают через мою систему взад и вперёд, потому что чертовски хорошо знают, что ни один из моих кораблей не способен нанести им урон, даже если я сумею их точно засечь.

— Понятно, — медленно протянул Терехов. Он посмотрел на Фитцджеральда, и Рагнхильд тоже, наконец, позволила себе взглянуть на Пауло. Судя по его лицу, он думал о том же самом, что и она. Если Карлберг был прав (а Рагнхильд была потрясена его несомненным талантом) относительно степени современности этих злоумышленников, то откуда они появились? Зачем современным кораблям играть в пиратов в этой насквозь нищей части Пограничья? Потенциальная добыча в этой части космоса могла привлечь только грабителей курятников, а не компенсировать расходы на эксплуатацию мощных современных рейдеров.

— Хорошо, коммодор, господин президент, — после нескольких мгновений молчаливых размышлений произнёс Терехов. — Если действительно кто-то с не совсем честными намерениями бродит вокруг вашей системы, я полагаю, мы должны посмотреть, что может сделать "Гексапума" для того, чтобы им помешать. — Он чуть улыбнулся. — Настолько радикально, насколько только возможно.

— Мистер Деккер?

— Да, Дэнни?

— Мистер Деккер, мне кажется, вам следует на это взглянуть. — монтанский акцент Даниэля Саньяго был заметнее обычного, а его карие глаза выглядели взволнованно.

— Что такое? — Деккер отодвинул кресло и поднялся, направляясь к столу Сантьяго.

— Это электронное письмо только что пришло. — Сантьяго показал на свой старомодный дисплей. — Система утверждает, что оно пришло с несуществующего адреса.

— Что? — Деккер наклонился через плечо подчинённого, уставившись на экран.

— Он раньше существовал, — продолжил Сантьяго, — однако этот провайдер прекратил работу более двух стандартных лет назад.

— Нелепица, — заметил Деккер. — Кто-то, должно быть, поигрался с перенаправлением почты.

— Именно поэтому я полагаю, что вам следует взглянуть на это, босс, — произнёс Сантьяго, протягивая руку, чтобы ткнуть в заголовок письма.

Глаза Деккера сузились. Заголовок гласил: "Re: Причины для эвакуации… немедленной".

— Не могу в это поверить! — заявил Оскар Йохансен. — Что я натворил? Убил в предыдущем воплощении кого-то из родных этого типа?

— Оскар, на самом деле тут нет ничего личного, — поморщившись произнёс Хевен. — Это всего лишь так кажется.

— Да ну? Вам легко говорить! — Йохансен пронзил взглядом распечатку таинственного электронного письма. — Это не вам придётся объяснять всё министерству внутренних дел!

— Ну, и не вам тоже, — ответил Хевен. — Объясняться придётся моему правительству. И президент Саттльз с главным маршалом Баннистером будут просто вне себя.

— И председатель Ваандрагер тоже, — с тяжёлым вздохом добавил Иеронимус Деккер.

Их троица стояла за кордоном полиции и спешно возведённой стеной из мешков с песком, безропотно взирая с расстояния два километра на офис Рембрандтского Торгового Союза. Здание находилось в углу космодрома Брюстер-Сити непосредственно рядом со складами, окружавшими три совмещённых посадочных площадки пассажирских и тяжёлых грузовых шаттлов, обычно обслуживавших перевозки РТС на Монтане. Сейчас они ничего не обслуживали, а само офисное здание было эвакуировано через пятнадцать минут после получения электронного письма.

— Вы полагаете, он серьёзно? — секунду спустя поинтересовался Йохансен.

— Стив Вестман? — Хевен фыркнул. — Да что б я сдох, Оскар! Может у него и не хватает шарика-другого, однако решимости ему не занимать. Как вы, наверное, заметили три недели назад.

— Но это!.. — произнёс Йохансен, беспомощно махнув рукой в сторону обезлюдевших офисного здания и посадочных площадок.

— Он, наверное, думает, что это забавно, — ответил Хевен. Йохансен взглянул на него и монтанец пожал плечами. — РТС более-менее выколотил из правительства планеты именно эту транспортную концессию примерно двадцать стандартных лет назад, — сказал он. — Если на то пошло, сегодня двадцатая годовщина официального подписания договора об аренде.