Renash - UZ-Worga

О своей близости с Нави Свен раньше в открытую не говорил. Доктор понимал, что небожитель не стал бы прилагать таких усилий к спасению случайного человека. Но это могла быть родственница по линии клана или человек из прошлого. «Женщина»… люди порою сходят с ума ради своих любимых. А уж на что будет способен полубог, если не получит желаемого, Лаозару даже думать не хотелось. Но – предстояло проверить.

- Гкхм. – у врача пересохло в горле. – Начну с того, что экстренный перенос сознания в том состоянии, в котором госпожа Нави поступила к нам, был бы смертельно опасен. Установка необходимого имплантанта - это отлично разработанная операция, процент риска минимален. Но только не в том случае, если организм человека еле держится и каждая секунда его жизни – это не стабильность, а плод очередной реанимации. Понимаете?

- Пытаюсь.

- Позже, когда госпожа Нави вышла из фазы кризиса, мы начали обследование для подготовки переноса. Ввиду ряда причин нам казалась предпочтительной именно эта опция… как и вам, я знаю. Но обнаружилось, что её мозг сильно повреждён.

Свен сидел, бледный, как покойник, прижав ладони ко рту; глаза смотрели в одну точку. Лаозар продолжал:

- Это… это не была фатальная травма. Тяжёлая, безумно тяжёлая, но минимальную жизнеспособность и даже шанс на выздоровление кора головного мозга сохранила. Все эти дни, все эти безумно выматывающие дни, – ваша девушка это сложнейший пациент на моей практике! - мы искали способ обратить её умирание. Потому что… - доктор отвёл глаза и пошевелил пальцами в воздухе, ему не хватало слов. - Если бы мы даже установили имплантант переноса… вы же знаете, что в ходе срабатывания он уничтожает мозг носителя? – так вот, полученные пациенткой повреждения сделали бы прочтение фрагментарным, неполным. Часть памяти и высших нервных функций оказалась бы потеряна. Это был бы другой человек. Да и чудом бы стало, если после этой процедуры госпожа Нави сохранила бы присутствие разума.

- Так… что теперь? – голос Свена доносился словно из глубокой ямы. Глухой, хриплый; злой.

Терим посмотрел на пилота внимательно и грустно. Свен всё понял. Отпрянул слегка, глядя в глаза печальному и усталому врачу. «Нет, нет, нет», - закрутилось в голове.

- Она не приходит в себя. Но если держать её на препаратах постоянно, это губительным образом скажется на химии крови. Поэтому мы вынуждены регулярно снижать дозы, хотя бы на какое-то время. Без этих мер госпожа Нави была бы уже мертва. Но когда лекарств становится мало, она очень мучается. Ей очень плохо. Мы можем сдерживать гибельные процессы, идущие в её теле, месяцы напролёт. Но это будут месяцы пытки. Ранее я рассчитывал, что смогу вернуть её нервную систему к нормальной работе. Но я больше не могу этим заниматься, мы испробовали всё, что только возможно. Вы должны…

- Я ничего никому не должен, - вдруг сказал Свен, саркастично усмехнувшись, - вы пытали мою малышку треклятые две недели только затем, чтобы теперь, наигравшись, отпустить её на тот свет? Да я скорее вас сживу, хэх, при всей своей симпатии.

Пилот улыбался демонической улыбкой, глаза полыхали плохо сдерживаемой яростью.

- Я слушал вас внимательно. А теперь ответьте мне тем же: несколько месяцев назад в Периметре одного умирающего паренька очень похожим образом пытали несколько часов подряд, выуживая память из его упорно сопротивляющейся туши. Почему бы вам не сделать то же самое?

Доктор собрал остатки самообладания:

- Свен, если я понял вас верно, вы говорите о мнемосканировании. Это совершенно иная технология, она образует другой формат данных: я не смогу преобразовать результаты считывания в слепок личности, - Лаозар внимательно посмотрел на Свена; тот молчал, - вы должны смириться. Госпожу Нави нельзя спасти.

- Да? – усмехнулся пилот, - и чем же плоха моя идея?

- Записать результаты сканирования в мозг человека в принципе возможно. При соблюдении двух условий: во-первых, это должен быть стопроцентный клон, а не подогнанная по фенотипу «болванка». Во-вторых, принимающий клон должен иметь специальные аппаратные трансмиттеры…

- Так установите их. Клон у вас есть, я за него заплатил.

- Верно, - ответил доктор устало. Страх успел уйти, и это было хорошо, - но вы забыли о главном. Мнемосканирование, конечно, можно провести мягко, погрешность, при нынешнем состоянии госпожи Нави, будет не очень велика. Но это будет именно информационный анализ. Память. А подсознание, рефлексы, привычки – их отсканировать не получится. Ваша девушка – не капсулир, чтобы мы могли создать полноценного инфоморфа. Это будет пародия на человека, если хотите.

- Нет. Не хочу. Это вы хотите провести процедуру на таком уровне, чтобы я и отличий от прежней Нави не заметил. Потому что в противном случае я… впрочем, к чему угрозы? Вы врач, вы многое знаете и умеете. Умножьте в сотню раз свои наихудшие опасения, и это будет только первой секундой тех страданий, что я вам устрою.

Я буду с нетерпением ждать результатов. Так уж вышло, что жизнь моей девушки бесконечно мне дорога, а вот стоимость вашей, - недобро усмехнулся пилот, - вполне исчислима. Нави должна жить.

"А я должен работать. Свобода и деньги так внезапно оказались синонимами... проклятье. Нави, когда ты снова будешь со мной - я не хочу ни от кого зависеть. Я справлюсь, и ты тоже справишься, малышка. Да и какой во всём этом смысл, если сложится по-другому?"

* * *

Помочь командиру. Нужно помочь командиру.

Одержимость - это, конечно, плохо. Она порою заставляет действовать по велению импульса. Необдуманно, впопыхах, безо всякого плана. Но не таков был Ифрит.

Воспитанный Федерацией, "золотой сирота", обречённый на патриотизм, он никогда не чувствовал к себе искренней симпатии, настоящего уважения. Воспитатели детского дома, школы-интерната, института военной подготовки, врачи-трансплантологи, что сделали его надчеловеком - все эти люди делали свою работу. Ифрит был поделкой в их руках. А потом он встретил Ру.

Пирата не интересовало прошлое неофита. И превращать охочего до шпионской интриги паренька в боевую машину Ру тоже не стал. Нашёл ему дело по способностям, приблизил к себе, доверился. Ифрит впервые в жизни ощутил, что он нужен кому-то. И с этого дня он и сам стал нуждаться в людях. Как минимум - в своём командире. Не так велика была их разница в возрасте, но про себя, тихо, никому не признаваясь, Ифрит надеялся, что где-то в других мирах, в иной реальности, у него есть отец, похожий на Ру. Семья, если у тебя её не было - это особенно ценно.

Но Ру на связь не выходил. Перед тем, как исчезнуть, он дал чёткие инструкции: выйти из корпораций, если будут допрашивать - каяться и с готовностью сваливать все грехи на главного. Потому что он, чёрт возьми, всё выдержит. Тем более - ради своих людей. "А как же я?", - думал Ифрит. "Обо мне ты подумал? Я же тоже ради тебя всё выдержу!"