Кристофер Гилмор - Капитан Френч, или Поиски рая

– Скажите, досточтимый сэр, – Бенц Фиат придвинулся ко мне поближе и скосил глаз в сторону Шандры, – каково это – жить с такой женщиной? Он совершенно определенно выделил слово “такой”, и я счел его вопрос комплиментом; Суть его, однако, оставалась для меня туманной.

– Что вы имеете в виду? – Я отодвинулся от Бенца, но не тут-то было: он загнал меня в щель между пальмовыми кадками и не собирался выпускать.

– Ну, вы же знаете, достойный капитан, этих женщин… знаете, как бывает… Чем красивее, тем капризнее… А ваша леди – само совершенство! И я полагаю, что у нее должны быть очень оригинальные капризы. Совершенно невероятные!

– Вы правы, – согласился я, поглядывая на Шандру. Она стояла у бассейна, рядом с бронзовым дельфином, исторгавшим поток зеленоватой воды. Обожатели и почитатели сгрудились вокруг нее плотным кольцом, но она была выше всех, выше на целую голову. В ее золотисто-рыжих волосах, собранных высокой башней, сверкала диадема из голубого жемчуга.

Профессор Шалмуназар перехватил мой взгляд.

– Вот-вот, именно это я и имею в виду! Прически, драгоценности, развлечения… Эти красавицы, они такие требовательные… Один мужчина их не устраивает – да и какой мужчина справится тут в одиночку? Даже. вы, отважный покоритель космоса… Тем более что полет у вас был долгим, и вы с ней, вероятно, успели надоесть друг другу.

Я пристально посмотрел на Бенца Фиата.

– Хотите оказать мне помощь? Он облизнулся, не спуская с Шандры загоревшихся глазенок.

– Я слишком хорошо воспитан, достойный сэр, чтобы ответить отказом. И я могу представить вас прелестным девушкам… три или четыре на выбор… спят и видят, как бы прокатиться с вами на дельфине. – Тут он понизил голос. – Это, знаете ли, любимое развлечение гидроидов… Но и мы им не брезгуем, отнюдь не брезгуем!

Намек был мне неясен; вероятно, речь шла о каком-то местном обычае.

– При чем здесь дельфин? – поинтересовался я. Шалмуназар подмигнул, заметив не без лукавства:

– Спина у дельфина такая теплая и широкая… и так приятно подпрыгивать и качаться на ней среди волн, в темном и тихом океане, под яркими звездами… Но, разумеется, не в одиночку. Дельфины тем и хороши, что могут прокатить сразу двоих. Или троих – ведь, кроме спины, есть еще хвост, а он тоже довольно широк! Я призадумался. Воображение рисовало мне самые соблазнительные картины.

– Скажите, профессор, а эти… хмм… эти подпрыгивания и покачивания на дельфиньей спине под яркими звездами… они безопасны? Так ведь можно и утонуть… в самый неподходящий момент…

– Утонуть? – Брови профессора взлетели вверх, в то время как взглядом он пожирал Шандру. – Вы подразумеваете, сэр, пойти на дно подобно камню? Но разве такое может случиться с человеком? В каком угодно состоянии? Ведь человек – не камень, он легче воды!

Я согласно кивнул. Перспектива утонуть представлялась любому соляриту дикой; все они плавали, как рыбы, а гидроиды – даже лучше рыб.

– Но ведь можно захлебнуться, – пробормотал я, представив любовные игры на дельфиньей спине. – Захлебнуться и глотнуть соленой воды…

– Великий Кальмар! – Бенц Фиат всплеснул руками. – К чему вам глотать воду, почтенный сэр? Прихватите с собой бутылочку этого прекрасного вина, – он кивнул на стол, где в ведре со льдом охлаждалось игристое. – Бутылку вина и девушку! Или две бутылки и двух девушек! Я обеспечу вам и то и другое. Договорились?

В этом намеке уже никаких неясностей не было. Я призадумался. С одной стороны, нахальный сек-соихтиолог был достоин кары – за сводничество и за попытку выменять Шандру на парочку местных прелестниц. Но с другой стороны, он просветил меня насчет любопытных обычаев аборигенов, и мысль о подпрыгиваниях и покачиваниях на широкой дельфиньей спине все больше завладевала моим воображением.

Я решил, что Бенц Фиат все-таки достоин наказания, но не слишком жестокого. Так, легкой порки или десятка оплеух.

Пробормотав нечто неразборчивое (слова мои при желании можно было счесть знаком согласия), я доверительно склонился к профессорскому уху.

– Мы толковали о женских капризах, почтеннейший… о невероятных капризах, какие случаются у красавиц… Так вот, знайте – моя леди не исключение. Шалмуназар радостно потер руки.

– Она предпочитает оральный секс? – с деловитым видом осведомился он.

– Нет. Любит чистить котлы. Это ее очень возбуждает.

– Да-а?.. – протянул сексоихтиолог. – А что такое котел, почтеннейший сэр?

Какое-то особое приспособление? Что-то вроде…

Я остановил его движением руки.

– Котел – это посудина, в которой варят пищу. Очень большая кастрюля с круглым дном. Размером с это ведерко. Я показал на ведро, где охлаждались бутылки.

Приличная емкость, должен признаться; в ней помещалась дюжина игристого и целая груда льда. Ведерко изготовили из серебра в форме огромной чаши с накладными виноградными гроздьями; под воздействием влажного климата металл потемнел, и чудилось, что изнутри чаша покрыта черным лаком. Превосходная вещь, и наверняка старинная; я мог бы продать ее в любом из богатых миров с восьмикратной прибылью.

– Поразительно! – заметил Шалмуназар. – Сколь необычными бывают женские капризы! Однако, достойный сэр, неужели вы варите пищу в таких котлах? Мне всегда казалось, что космический корабль оснащен киберповаром.

– Разумеется, друг мой, – я потрепал его по плечу. – Однако я вынужден скупать котлы на слаборазвитых планетах, чтобы моя супруга получила удовольствие. Мы варим в них рис. Рисовую кашу без соли, если говорить точнее.

– Рисовую кашу?! Без соли?! – Бенц Фиат выпучил глаза. – Помилуй, Великий Кальмар! И вы едите это… это…

– Нет, клянусь Кальмаром! – Я вытащил свой орден и потряс им в воздухе. – Кашу я спускаю в утилизатор. Перерабатываю на удобрение для своих оранжерей.

– Но зачем же вы ее варите? Разве ваша леди…

– Вот именно, в леди все и дело. Рис пригорает к стенкам котла, и вычистить посудину непросто. Леди Киллашандра занимается этим по вечерам… ну, перед тем как мы отправимся в спальню. Легкие мазохистские причуды, мой дорогой… Чем больше котел и чем трудней его чистить, тем она великолепней – потом… Ну, вы понимаете, что я имею в виду.

Шалмуназар, разумеется, понимал – недаром его удостоили профессорского звания! Глаза его зажглись лихорадочным блеском, и он огляделся вокруг в поисках котла.

– Этот подойдет, – я показал на серебряное ведерко. – К сожалению, нет нагара, но и с патиной не так-то просто справиться. Идите к ней, дружище, и предложите почистить этот сосуд. Гарантирую, вы тут же станете ее избранником! А мне не забудьте прислать девушек – столько, сколько поместится на дельфиньей спине.