Диана Дуэйн - Мир Спока

Это было ново для него. Он даже не мог объяснить, почему ему нравится слушать с какой легкостью губы инопланетянки говорят на его родном языке. У нее были проблемы с произношением, зато появился особенный акцент Меньших морей, который забавлял его, так как в старые времена этот акцент преобладал в сельской местности, и слышать его от современной молодой женщины было, по меньшей мере, смешно. Но ее словарный запас технических терминов был обширным, а перевод удивительно точным. Еще более удивительным было то, что она изучала ксиа.

– Похоже, в этом есть смысл, – сказала Аманда за чашечкой зеленого чая. – Когда изучаешь такого рода вещи, вдруг наступает просветление. Мне кажется, что мы намного невежественнее, чем думаем, в то время как Вселенная стремительно меняется и пытается найти ответы, вечные ответы на вечные вопросы…

Он кивнул.

– Я думаю, что ты права.

– Интересно, что бы мы сделали с Сурэком? – произнесла она. Возможно, то же самое, что мы сделали со многими другими просветителями. Мы пригвоздили их к крестам, выгнали в пустыню или просто пристрелили. Боюсь, нас трудно просветить. – Она дотронулась до листа бумаги одной из китайских палочек, которые держала в руке. Я занимаюсь изучением языков именно для того, чтобы изменить ситуацию.

– За свет, – провозгласил он и поднял свою чашку.

Они часто встречались после этого. Вулканский Сарэка был более гибким и идиоматическим, чем у любого другого из персонала, что и послужило поводом для встреч. Но постоянно он осознал свой восторг от общения с ней.

В пору молодости он много работал, собирал информацию и не задерживался на одном месте. Но сейчас, в пору зрелости, он чувствовал, что хочет осесть.

Они часто ссорились. Ссоры выглядели вполне благопристойно. По крайней мере, он старался держать их в рамках приличия, так как чаще всего прав был именно он. Но Аманду раздражало его самодовольство, глаза его загорались, речь становилась откровенно оскорбительной, наполненная грубыми выражениями на вулканском, которые Сарэк находил довольно злыми. Она вызвала у него хохот (впервые за многие годы), когда заявила в споре о переводе слова, относящегося к войне, что ему следовало бы расти на Земле головой вниз, как репа. В этом же месяце он снова оказался прав в споре и сделал ошибку, не скрыв своего удовольствия этим. Она проклинала его, желая, чтобы его зашвырнуло так далеко за горы и моря, что всемогущий Бог не увидел бы его даже с помощью радиотелескопа. Сарэк так хохотал над этим, что чуть не задохнулся. Аманда запаниковала и стала делать ему массаж сердца, что было совершенно бесполезным занятием, потому что его сердце находилось немного в другом месте, чем то, на которое она давила. Его никогда не проклинали подобным образом даже лидеры профсоюзов, и это было очень освежающе.

И наступили времена, когда дни, в которые она не звонила и не спрашивала его совета, или просто беседовала, казались ему какими-то неполными. Ему уже казалось привычным навещать ее дома, ужинать с ней, засиживаться допоздна, беседуя обо всем на свете. Словарные листы положили начало их встречам и они же оказались тем, что это дело завершило.

– Ты неправильно перевела это, – сказал он, сидя на диване и рассматривая распечатку. – Я думал, что мы это уже обсуждали. Не хочешь же ты сказать, что этот вариант уже отправлен в комитет?

Она нахмурилась, глядя на него.

– Я же тебе сказала, что направляю его. В чем проблема?

– Вот это слово, – он указал на "арие-мну". – Оно не означает свободу от эмоций. Это совсем не то.

– Но все предыдущие…

– Если ты будешь обращать внимание на все предыдущие переводы, ты просто перенесешь сюда старые ошибки! Это не то, что написано здесь, это не "подавление". "Контроль" тоже неверно. Управление, это управление. Здесь есть разница!

Она пожала плечами и вздохнула.

– Будет трудно что-либо изменить теперь. Я не смогу ничего сделать.

– И заставишь всех, кто столкнется с этим словом в будущем, поверить, что у нас нет эмоций? Ты думаешь, у нас нет эмоций?

– А что, они у вас есть? – сказала она, насупив брови. Но он знал, что она шутит.

И мгновенно он понял еще кое-что.

– Тебе придется судить самой об этом, – сказал он и привлек ее к себе.

Он ясно показал ей, что у него эмоций в избытке. И понял, что у нее их тоже хватает.

Несколькими часами позже раздался голос. Было удивительно, что ее голос мог так измениться, он был томный и ленивый.

– Ты знаешь, это забавно…

– Что?

– Ну, все хотят знать, являются вулканцы…

– Я не думаю, что тебе следует завершить эту фразу. Ну? И что же ты сама теперь думаешь?

Она засмеялась.

– Пусть найдут своего вулканца и сами узнают это.

– Найдут? Имеется в виду, что я прятался…

Последовал новый взрыв смеха.

– По крайней мере, прятался ты плохо.

Он улыбнулся.

– Это что, каламбур?

– Нет, – она хихикнула. – Представляешь, как это будет выглядеть в газетах? "Я вышла замуж за инопланетянина!"

– То же самое придется сказать и мне, – сухо сказал он, – и думаю, реакция будет похожей, по крайней мере, сначала.

– А такое уже случалось?

– Нет, насколько я знаю. Последовала пауза.

– А у нас будет ребенок?

– А ты можешь иметь детей?

– Да. А ты?

– Предполагается, что так. Она подумала минуту.

– Вопрос в том, сможем ли мы? Он тоже подумал.

– Все, что мы можем сделать, – сказал он, – так это проверить на практике.

Свадьба была скромной, но вызвала большой резонанс на Земле.

Сарэк воспринял это повышенное внимание спокойно. Одна маленькая, мерзкая газетенка, которая напечатала шутливое название статьи Аманды с небольшими изменениями – "Я Вышла Замуж За Маленького Зеленого Человечка!" – получила опровержение от самой Аманды, которая дала интервью в прямом эфире.

– У моего мужа, – сказала она с большим достоинством, – нет ничего маленького.

Сарэк вначале не понял, что вызвало такую бурю восторга у толпы репортеров, стоящих вокруг его жены. Конечно, он был довольно высоким по земным стандартам. Ему объяснили это, и он смеялся больше, чем шутке с радиотелескопом.

Постепенно все утихло. После нескольких мирных лет на Земле Сарэк запросил отпуск, который был разрешен ему без всяких проволочек. Ему и Аманде дали разрешение лететь на звездном корабле, первом в их жизни, и они оказались на Вулкане уже на следующий день. А еще через день они были приглашены на их первый вулканский прием в Ака-демии наук.

Конечно, нашлись такие, кто говорил, что смешение крови между инопланетянами невозможно. Так оно и есть в природе. Но вулканцы были в те времена лучшими генетиками в Галактике, и это объяснялось многими историческими причинами. К тому же оба родителя были гуманоидами, в здравом рассудке, с существенными сходствами в физиологии, так что решение было найти не просто, но возможно.