Змеиное жало (СИ) - Буше Таис

А Гор ее заводил с полуоборота!

Она ойкнула от укола во рту, и Гор оторвался от ее губ, облизывая свои.

— Я впрыснул свой яд. Он поможет зачатию и принятию нашего ДНК. Тебе больно?

Гор взял лицо Катэль в свои ладони и погладил кожу большими пальцами. Очень заботливо.

— Это то самое жало?

— Да, небный отросток только у апионов. Мы облегчаем для наших ниэ проникновение и принятие нас.

— Одурманив? — усмехнулась Катэль и почти сразу почувствовала, как скакнули ее гормоны. Как внизу разлился жар желания.

— Я испугался, что я не буду приятен.

Катэль протянула руку к лицу Гора и погладила его скулу и губы. Гор сразу же уткнулся в ее ладонь и втянул усилившийся аромат.

— Ты так сладко пахнешь.

— Гор, сядь в кресло, и я покажу тебе, насколько хочу тебя.

Гор хотел посмотреть на генерала, но Катэль успела схватить его подбородок и снова не позволила смотреть на Гэйса.

— Пусть смотрит на твое удовольствие.

Апион послушно упал в кресло, не спуская глаз с лица Катэль. А Катэль возбудилась до предела от такой покорности. Гор был силен и красив — огромный хищник, который мог убить ее одной рукой, но он слушался и повиновался каждому ее слову. И от этого контраста внутри все сводило судорогой. Внизу живота все горело и требовало утолить голод, который даже немного пугал.

Катэль опустилась на колени перед Гором, глаза которого расширились еще больше. И когда она аккуратно высвободила из военных брюк большой и горячий член, Гор втянул воздух со свистом. Он, наверное, и за руки бы схватил ее, если бы понимал, что та хочет сделать. Но он был девственником, а Катэль не стала тянуть, провела языком по стволу и втянула головку в рот. Она чувствовала, как жжет между лопаток от взгляда Гэйса. Пусть посмотрит, что такое глубокий минет от души.

Она ласкала член Гора нежно. Проводила язычком игриво, изучая его внимательней. Никаких отличий не было, если не считать их темную кровь, которая окрашивала основание плоти в темно-фиолетовый, расходясь к головке тонкими капиллярами, словно их рисунки-татуировки на теле. Это было необычно и волнующе.

Гор смотрел за каждым ее движением, следил так жадно, словно боялся поверить в происходящее. Крылья его носа раздувались, зубы плотно сжаты — он боялся издать лишний звук.

Катэль улыбнулась и сжала губами головку, а потом слегка прикусила ее зубами. И вырвала стон. Заласкала языком и сразу же заглотила глубже, проводя по стволу сжатыми губами. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Она специально не ускорялась, чтобы не дать кончить апиону. Катэль хотела его распалить, и она смогла, но Гор так себя сдерживал, что ни о какой инициативе речи даже не шло.

Тогда она выпустила член изо рта и плавно поднялась. Залезла на колени молчаливого и взбудораженного новыми эмоциями Гора, аккуратно ввела в себя крупную головку и медленно опустилась, счастливо выдыхая. Она чувствовала сейчас такую свободу, несмотря на все свое непростое положение, которую никогда не чувствовала в прошлом браке. Муж ее постоянно унижал, стыдил за сексуальность, наказывал за темперамент и дерзость. Ломал морально и физически, чтобы вылепить послушную и забитую супругу, которой можно было бы делиться с дружками. И как Катэль улыбалась, глядя как их новая королева уничтожает безжалостно все гнилые «деревья» своего отца-короля. Как выкашивает всю эту мерзость, в которой они тонули столько лет.

И сейчас в каюте с двумя аписами она вдруг поняла, что может абсолютно все! Она может быть раскрепощенной и открытой в своих фантазиях. Она может быть желанной и дерзкой. Она может постараться и влюбить в себя даже этого высокомерного генерала. Потому что свободная душой!

Катэль плавно задвигалась, но с каждым движением она ускоряла свой темп, выбивая хрипы из молодого аписа. Они звучали, как полнейшая капитуляция, и она не собиралась оставлять пленных в живых. Поцелуй, который она подарила Гору был скорее властным, чем нежным, но она так хотела.

И насадившись до упора, услышала стон Гора, прямо в ее губы, и продолжила его целовать, пока все его мощное тело содрогалось от оргазма.

Когда апион отдышался, Катэль плавно поднялась с него и вернулась на кровать, забравшись на нее и совершенно не обращая внимания на Гэйса. Она улеглась в подушки, сладко потянулась, дернула на себя легкую ткань одеяла и закрыла глаза.

Но через секунду раскрыла их:

— А где вы будете спать?

— В своих боксах, — удивленно ответил Гэйс. Взгляд у него по-прежнему был злой, но еще и сильно обиженный. Не такой он и бесчувственный, да?

Катэль ехидно улыбнулась и сказала:

— Чтобы оплодотворение прошло хорошо, я должна обнимать своего альфу, чувствовать его тепло. Поэтому Гор должен остаться.

Гэйс скрипнул зубами и кровожадно зыркнул на апиона.

— Но если вы извинитесь за вашу грубость, генерал, я с удовольствием буду обнимать и вас во сне.

— Нет, — гаркнул он и слетел с кровати. — Посплю у себя.

И на космической скорости вылетел из каюты. Гор же замешкался у кровати, и Катэль улыбнулась ему, похлопав рядом с собой.

— Я не шутила, мы действительно должны чувствовать связь с будущим отцом.

Гор сразу же забрался в постель, укрыл их вторым покрывалом и прижал к себе Катэль, как самую бесценную вещь в своей жизни — очень бережно и заботливо.

У Катэль даже голос сел от такой неподдельной нежности.

— Гор, а что за боксы? Вы разве спите не в таких каютах?

— Ни в коем случае. Эти каюты только для ниэ, чтобы они чувствовали полный комфорт. Мы спим в капсулах. Обычно в каютах, их около десяти. Но у высшего командного состава всего пять.

— И как долго... Как долго у вас такой распорядок?

— Всю жизнь. С самого детства.

— И вы не жалуетесь?

— На что? Мы же — счастливцы, которых не смогли поработить химены.

— Химены? — голос Катэль становился все тише.

— Химены — наши... самки. Они очень жестоки. И смогли отловить большую часть моих собратьев. Мы — одни из выживших.

— Улей — это группа выживших аписов?

— Да.

— И много у вас Улеев?

— Остальные уже нашли для себя новый мир и своих ниэ. Остались только мы.

— Гор, — голос Катэль стал совсем тихим. — А ваши химены тоже способны атаковать в космосе?

— Они и атакуют. Поэтому нам важно успеть завершить цикл с потомством, чтобы Улей выжил. Они могут напасть в любой момент.

Катэль подскочила на кровати и ошарашенно уставилась на аписа. Тот похоже после оргазма растерял весь мозг и выболтал все секреты.

— Что значит успеть? На вас тоже нападут?

— Не волнуйся, мы сможем вас защитить.

Он снова притянул к себе Катэль и укутал их двоих в теплый кокон из покрывал. И под стук сердца Катэль быстро заснула. Но про химен она сообщит Финарэль сразу же, как только сможет.

Похоже правду говорят — нет никого страшнее, чем женщины в гневе.

Матэ

В каюте их действительно ждал другой апис — молодой, красивый, с короткой стрижкой черных волос и светлыми серыми глазами, в которых, будто в смоле закристаллизовались черные крапинки. Он сразу же встал и вытянулся по военной стойке перед Саг-эбом.

— Мой апион, — склонил он голову в почтении и сразу перевел взгляд на Матэ. — Моя ниэ. Мое имя Сиар. Я твой иос.

— Матэ, можно просто Тэя, — улыбнулась новоиспеченная ниэ. — Рада познакомиться. — Она протянула руку, но Саг-эб вдруг перехватил ее и прижал к себе.

— Это не нужно, — хрипло ответил он, и опять странная темнота промелькнула в его взгляде. Тэя кивнула с улыбкой и аккуратно вынула свое запястье из мощной хватки.

— Ну раз не нужно, то не буду. Что еще мне лучше не делать? — она смотрела на Саг-эба, и вопрос свой задала специально, чтобы проверить кое-какие свои подозрения.

— Ниэ может все, что... — начал Сиар, он явно был рад видеть в лице Тэи их ниэ. Они вообще хорошо смотрелись вместе.