Константин Амелин - Игры По Чужим Правилам
Теперь, он отдал свой долг… Теперь пришёл черёд Мадины платить…
Пройдя несколько кварталов Ивана вдруг словно осенило… Он наконец понял кем был тот чеченец который пришёл к нему сегодня утром… Глаза его сначала раскрылись от удивления затем сощурились в лютой ненависти к неблагодарности подлого мерзавца. Иван остановился на месте пытаясь привести мысли в порядок. Он огляделся по сторонам, простая улица. По обеим сторонам дома какие могут быть в любой русской деревне, но света нигде нет… Сейчас из любого окна могут выстрелить в спину, не стоит здесь задерживаться…
Он продолжил путь, кто знает что это было, судьба или рок, но через несколько километров он встретил ночной патруль федеральных сил…
– Парни! Не стреляйте!
– Стой! – ответил чей то голос.
– Да стою я стою! – с улыбкой воскликнул он.
– Назовись!
– Капитан Алифанов, армейский спецназ… Несколько дней назад был похищен боевиками, сегодня бежал…
– Постой-ка, Алифанов?
– Ну… Да… – произнёс Иван и почему то вдруг вспомнил о том что ему сказала Мадина перед самым их прощанием. Возможно именно это и спасло его от неминуемой гибели. Когда во тьме раздались резкие автоматные выстрелы он уже летел в придорожную канаву. Солдаты палили в то место где он стоял секунду назад, а Иван уже полз в противоположную сторону…
Вот так – лихорадочно подумал он. – Теперь я выходит для всех враг?
Немного отдалившись от места откуда до сих пор доносились автоматные очереди Иван поднялся на ноги и побежал прочь. Когда сил на бег больше не осталось он перешёл на шаг. К утру еле переставляя ноги он добрёл до какого то городишки. Первое что он увидел это заправочная станция и три крытых Камаза стоявших на обочине. Недолго думая он залез в последний из грузовиков, забился в самый дальний угол за ящики и прочий хлам. Лишь только он сомкнул глаза как пришёл долгожданный сон.
Сколько он тогда пролежал в Камазе? Этого он не знал, он знал одно наступил вечер следующего дня, а его ещё не заметили.
Как только стемнело он решил покинуть своё убежище, при этом снял камуфляжную куртку с Российским флагом на плече и капитанскими погонами. Теперь он был чужым для своих, да и для чужих явно тоже…
Вдруг рядом раздался голос, говоривший изъяснялся на незнакомом языке. То был точно не чеченский. Не получив ответа человек вскинул автомат и ткнул им в грудь Ивана. Жестами показал направление пути, у капитана Алифанова не осталось сил для сопротивления…
Как выяснилось позже он сам того не подозревая попал в Грузию. Грузинам видимо не составило труда выяснить кем он являлся, после чего на него обратили внимание местные спецслужбы, а может быть и не только местные…
Через неделю пребывания в тюрьме на окраине Тбилиси к Алифанову пришёл человек в штатском. Он изъяснялся на русском, но акцент его почему то навёл на мысль о том англичанине которого он имел честь встретить пребывая в конуре… Немного успокоился узнав что пришедший представляет интересы Соединённых Штатов Америки. Мистер Доу, как он себя назвал долго разорялся по поводу трагической судьбы простого русского солдата которому теперь нет места в родной России, потом рассказал о роли наших стран в борьбе с международной преступностью, затем началась ария об известных заслугах Алифанова и что США мол не Россия и не может упустить шанс предложить ему Ивану должность в одном из новых антитеррористических ведомств…
Кто знает может быть и отказался б тогда сгоряча, не узнай он о судьбе Мадины… Чёрт дёрнул того американца рассказать ему о том как Саид наказал ту простую чеченскую девушку которая спасла Ивану жизнь…
Монета упала именно так, а не иначе, никто не сможет сказать как бы жил Иван Алифанов не приди к нему американец. Жребий был брошен, и Ивану выпал шанс продлить свою жизнь и возможно укоротить тем самым век, кому-то ещё…
Глава 3 – Границы Времён
Проснувшись в пять утра он словно машина поднялся с кровати, не одевая домашних тапок побрёл в душ. Стилеты ледяных струй пронзили его тело словно проходя сквозь него. Глаза широко раскрылись, но за годы тренировок он научился не издавать звуков. Температурный шок постепенно ушёл уступая место наслаждению свежестью. На улице поздняя осень, но даже не останавливало его от ежедневных водных процедур.
Покинув прозрачную душевую кабинку он направился к раковине. Посмотрел на себя в зеркало. По лицу всё ещё стекали тонкие струйки воды, он взглянул себе под ноги, на полу выложенном белой кафельной плиткой образовалась лужа. Он пожал плечами и взяв полотенце принялся вытираться.
Едва успевшая проступить, тёмная щетина была беспощадно сбрита безопасной бритвой с тройным лезвием. Зубы вычищены электрической щёткой… Что то ещё… Он ловит себя на мысли, что избегает смотреть в зеркало, лишь мимолётные взгляды дабы не сбрить себе чего лишнего…
Снова этот чёртов кошмар… Хотя, ничего кошмарного для нормального человека там нет… Так, и кто же здесь начал считать себя нормальным? – подумал он. Ерунда, всё пройдёт… Жизнь пройдёт… Хорошо что люди не живут вечно… Иначе он убил бы себя сам… Не дожидаясь пока это сделает кто то другой…
Что за глупая привычка помнить всё до мельчайших подробностей? Что есть то есть, от этого "дара" не избавишься по своей воле. И снова перед мысленным взором встаёт та гористая местность, высокие сосны, берёзы… Хватит! Хватит пожирать себя этими бесполезными мыслями! Нет! Новая вспышка света памяти… Будто яркий луч фонаря выхватывает из тьмы старого подвала памяти новые подробности о которых казалось забыли все, кроме него… Вкус пресной лепёшки, откуда он его помнит? Можешь обманывать кого угодно, только не самого себя!!! – кричал внутренний голос. Отвернись от чёртового зеркала и всё пройдёт! – кричал другой голос, голос паники, страха. Нет! Нет и ещё раз нет, вспоминай, сволочь, всё вспоминай! Помнишь тот последний поцелуй? Помнишь! Знаю ведь, что помнишь! Скажи, почему ты не схватил её и не унёс оттуда на своих руках? Почему? Или навалил в штаны от страха? Что? Так обрадовался почуяв свежий бриз свободы, что наплевал на человека спасшего тебя? Или ты вообще ни о чём не думал тупой ублюдок?
Он резко выдохнул, отвернулся от зеркала, помотал головой прогоняя через чур яркие образы прошлой жизни. Мимолётный взгляд на наручные часы. По стеклянной поверхности скатилась капля воды. Надо же, забыл снять перед душем, но они ещё идут… Половина шестого, решил перекусить перед выходом…
По мере удаления от душевой призраки прошлого постепенно теряли свою убийственную силу. На кухне царил полумрак, включив свет он разогнал последние тени смутного беспокойства.