Сергей Цикавый - Шаги в глубину

«Что-то из “Тиморифора”? Маяк? Или это уцелел и активировался второй бот?»

Я просмотрела показания приборов. «Тени» на градарах не было, хотя тревожная лампочка уверенно сигналила: я по-прежнему в сканирующей сфере сверхдредноута.

Итак, план: попытаться добраться до спасательного челнока, соединить их и попробовать отрастить двигатель помощнее. Я задумалась: препятствий до чертиков, и среди них такие убедительные, как «Тень», астероиды и необходимость долго работать в открытом космосе. Бонус один, но какой: если я сделаю все, как надо — а я сделаю, дайте добраться, — то в сухом остатке смогу достать ресурсы. Хоть какие-то.

Все лучше, чем сдаваться Его Мечу. Есть и погуманнее способы покинуть этот мир.

Двигатель, регулировку сопел — сюда, под левую руку, тягу — установить вручную. Дурацкое меню, но какое есть, так что вперед, Алекса, к победе.

Истекая потом, я медленно двигалась к цели. Настырно лез в глаза детектор сканирующей сферы, на бровях висели крупные капли, и вечный страх — а вдруг тут воздуха на последний вдох? — крепко впился в печенку. И еще чуток. И еще. И снова этот дурацкий образ гребли — ну что ж такое, ты никогда не занималась греблей, да и когда ты столько воды вживую видела? Нет же, въелось, куда-то в подкорку засело, небось, все это родом из детства, как и страхи, и сила, и вообще все-все.

И — прости, мама. Я даже твой жалкий заменитель не уберегла.

Еще несколько десятков метров, уже почти двести, без малого полпути.

Чертова сфера, ну уйди ты… Тревожный желтый сигнал вспыхивает, выхватывая из темноты убожество бота: узкий ложемент, круглый иллюминатор, приборы и вакуумные шкафчики… Я замедлилась и, подруливая мимо настырной глыбы, расстегнула блузу, которую впору выкручивать. Жарко: красный гигант здорово греет. Не хотелось бы тратить энергию на охладители.

Астероид впереди вдруг мигнул: почти десятиметровая глыба прямо перед моим носом на секунду исчезла, а потом появилась чуть дальше, все так же безмятежно вращаясь. Тепловой удар казался логичным объяснением, но была мысль и получше: впереди, укутавшись в запредельно эффективный камуфляж, залег тот самый непонятный фрегат.

«Но какого же дьявола? Что он такое, если я его слабый сигнал “взяла”только с полукилометра? Может, там тоже спасательная капсула? Нет, не пойдет, стелс такой мощности требует корабельного реактора».

Самое забавное, что мимо недобитой дичи вполне может пройти даже сверхдредноут. И мой план можно списывать, а взамен получаем что-то вот такое. Я двинулась вперед, приборы возмущенно пискнули, потом мигнул свет, и вид в иллюминаторе изменился: впереди висел вытянутый фрегат с топорной мордой. В двух местах зияли крупные дыры: одна у носа, другая почти откроила верхний пилон. Я поначалу не без удовольствия изучала повреждения, но чем дольше их рассматривала, тем меньше оставалось злорадства.

Проклятый фрегат потерял щит только после трех попаданий (может, и больше: я не видела, когда он нырнул в камуфляж). Меня пробили с двух раз, причем второй же выстрел спек Астрид, а этот говнюк генерирует неимоверное поле с двумя дырами в корпусе? Я присмотрелась и почувствовала себя еще хуже: фрегат неспешно заращивал пробоины, и облачка отработавшей плоти туманом застилали внушительные раны.

«А ведь это похоже на план».

Он держит поле — стрелять не станет. Любой всплеск будет почище сигнальной ракеты: «Я здесь», — и канониры СД вряд ли будут протирать глаза в этот момент. За экипажем Его Меча такой лажи вроде не замечено, по слухам, там живых вообще нет, но не суть. Главное то, что даже если на мерзком фрегате меня видят, стрельбы не будет — и это первое.

Передо мной сингл-класс — это второе. Или я уломаю капитана, что работать вдвоем интереснее, или обновлю впечатления от коридорного боя. В последний раз я уничтожила баронианца, который был вроде боевым энергетиком, а по факту — трупом. Труп боевого энергетика в экзоскелете — ну не чудно ли?

Я улыбнулась. Где мой контактный скафандр?

Астрид, угробивший тебя гражданин скоро заплатит по полной программе. Вполне возможно, что своим кораблем.

* * *

Гель быстро застыл, холодя тело, и после мокрой одежды это было волшебно. Жаль только, что не выйдет размяться в этом гробу. Нацепив разгрузку поверх схватившейся ткани, я ткнула в панель, получила обеспокоенное: «Хотите начать декомпрессию?», — и впустила космос в бот.

«Вот так, одним движением».

Вокруг маревом колебалась сфера, сквозь которую картинка пробивалась неуверенно, как через сильные линзы, причем эти самые линзы вдобавок непрерывно текли. Там были струи, были омуты, где звезды и астероиды терялись, были росчерки — все здесь было, в этом поле, о котором мечтают во снах контрабандисты, спят и мечтают, подергивая ножкой.

Впрочем, любоваться мы потом будем.

Крохотные ускорители на поясе дернули меня к цели — крупной пробоине, края которой уже сходились к центру лепестками. Кстати, задевать регенерирующую органику крайне нежелательно. Не хочу портить свой корабль.

Ближе. Еще… Я прижала руки к бокам и ввинтилась внутрь, сразу же упав на пол. Еще один приступ зависти: ублюдок не отключил искусственную гравитацию. Я все больше хотела взглянуть на его силовую установку.

Отсек был изрядно раздолбан и загерметизирован. Луч разрезал какие-то ящики, прошел в коридор, но там виднелась пленка силового поля — и это тоже было круто, контролируемые переборки требуют тонкой настройки, чтобы не порезать случайно целых тканей корабля. Словом, мне нравилась эта посудина. Осталось вырубить тут все средства слежения и подождать.

В камеру я просто ткнула запястным виброножом, а все прочее — оглушила. Потом села на пол и принялась выстраивать тело во вторую позицию бифудху. Сцинтиане, может, и никудышные вояки, но системы релаксации у них на славу: так подогнать суставы и так напрячь мышцы, чтобы нужные сухожилия натянулись, а ненужные расслабились, чтобы в любой момент из положения сидя — в бой, сразу вот сюда, под косточку виброножом. Но это ерунда по сравнению с тем, что творится с разумом.

Я словно бы повисла в космосе. Совсем рядом кто-то сопел, кто-то переживал и боялся. Правильно, бойся, но лучше выходи. Как зарастет борт — так сразу выходи.

Не заставляй себя искать.

Космос странно дышал. Корабль был какой-то неправильный, и в трюме что-то неправильное делалось, но вокруг было столько мощи, столько силы, столько сжатой пружины, что дух захватывало, и удержаться в бифудху становилось все труднее.