Илья Стальнов - ГИЛЬОТИНА ДЛЯ ГОСПИТАЛЬЕРА

В нескольких метрах от него стоял похожий на викинга атлет – Рыцарь Рыжего Пламени – тот самый, с которым разминулся Домен при переходе на Гасконь.

Рыцарь Рыжего Пламени припал на колено и склонил голову.

Сегодня у лейтенанта Дюпена был хороший день. Отличный день. Изумительный день! Чего не скажешь о предшествующих днях. Уже четыре года не было такой суеты с того момента, как прошел слух, будто еретики собираются с силами, чтобы нанести удар по Снежной Крепости. Какой дурак будет наносить удар по неприступной крепости, которую в принципе невозможно взять? Но ведь еретики – это не совсем обычные люди. Это вообще не люди. Это недоразумение, и мозги в их головах будто толкли в ступе – в это лейтенант искренне верил.

Предыдущие трое суток солдаты изнывали в засадах и проклинали тех, кто строит козни против оплота Материализма. И не знали, когда все это кончится.

Но такие минуты, как сегодня утром – они искупают все. Надо же – двое еретиков наткнулись как раз на его, лейтенанта Дюпена, засаду. И он готов плюнуть в лицо тому, кто скажет, что сработали они плохо. Было предупреждение, что эти еретики особо опасны, поэтому действовал Дюпена вдумчиво, осторожно, эффективно. Он гордился собой. И он знал, что этот подвиг не останется неоплаченным.

Дюпен жил в Снежной Крепости уже седьмой год. Его выбрала инквизиция, как лучшего из лучших. Здесь вообще собрались отборные вояки. Они знали, что охраняют Святых Материалистов. И что тому, кто попал сюда, возврата не будет.

Многое казалось лейтенанту здесь весьма и весьма странным. Его сперва удивляло, что многие аборигены жили здесь всю жизнь, даже не ступив на землю. Его удивляло, что об этой обители неизвестно почти никому в Гаскони, что само ее существование покрыто таким толстым покровом тайны. Хотя последнее хорошо объяснимо – враги не дремлют. И те двое, которых он поймал сегодня – именно из этих, недремлющих.

Дюпен мечтал вернуться в мир. Говорят, некоторые возвращаются из Снежной Крепости. Особо доверенные, особо надежные, особо отличившиеся. Он хотел показать, что именно таков, он из «особых».

Лежащий рядом с ним в каменном укрытии из камней сержант Бернажу поднял палец. С замиранием сердца лейтенант кивнул – мол, вижу.

Его удивлению не было предела, когда он увидел, что прямиком им в лапы идет еще один еретик. Он пробирался осторожно, затравленно озираясь.

Сегодня не просто удачный день. Сегодня невероятный день. Подумать только – поймать троих еретиков!

Лейтенант ждал. Жертва должна приблизиться ближе. Этот человек вовсе не выглядел опасным. Во всяком случае, он выглядел куда менее опасным, чем те двое. Даже та женщина могла бы дать прикурить любому из подчиненных Дюпена, а в мужчине каждое движение выдавали матерого вояку. Новый же гость был просто дурак. Как он вообще добрался досюда?

– Пошли, – кивнул лейтенант и кинулся вперед. Из укрытия стрелой выскочили еще двое солдат, окружили еретика.

– Стоять, – прикрикнул лейтенант.

На еретика набросили сеть-тот и не сопротивлялся, только удивленно пялился на солдат в черной форме. Он что-то попытался объяснить, но лейтенант ударил его прикладом в солнечное сплетение – не сильно, больше для науки.

– Он наш, – прошептал лейтенант и, наконец, перевел дух.

– Винтокрыл? – спросил сержант Бернажу.

– Давай, – кивнул лейтенант, улыбаясь. Сержант вытащил скрытый за камнями телефонный аппарат и произнес:

– Елка-шесть на связи. Гора-один – ответь.

– Гора-рдин на связи, – послышался голос дежурного офицера.

– У нас тут еще один путник.

– Шутишь, Гражданин?

– Они сегодня всей толпой двинули сюда, слава Святому Кеплеру, – сказал сержант.

– Все еретики лезут сегодня к Будде в пасть!

– Туда им и дорога.

– Высылаю винтокрыл. – Голос дежурного был возбужденным и радостным. – Сегодня будет большое развлечение.

– Ну? – спросил лейтенант сержанта.

– Сейчас вышлют винтокрыл.

– Отлично, – кивнул лейтенант.

И пропустил движение сзади, хотя и почувствовал его… Через десять минут на ровную площадку приземлился небольшой винтокрыл. Пилот, не глуша мотор, крикнул сержанту и лейтенанту, которые стояли около распростертого тела пленника:

– Ну, давайте его… Не сильно вы его отделали? Майор будет недоволен.

– Не сильно, – в движениях лейтенанта было что-то странное. Прикрывая рукой шлем, он проскользнул к дверям вертолета. Открыл лицо.

– Ты кто? – прошептал удивленно пилот.

Этот человек никак не походил на лейтенанта Дюпена. Пилот влетел в глубь кабины, посланный как баскетбольный мяч мощной рукой. И на пару минут лишился сознания.

– Доложи, что все в порядке, – потребовал разведчик, нависнув над пришедшим в себя пилотом.

– Нет!

– Тогда получи, – Филатов вкатил ему микрокапсулу «пластилина». Не привыкшие к нейростимам гасконцы очень хорошо были подвержены их действию. До этого момента разведчик не пользовался «пластилином», поскольку его в браслете, в отличие от «амнезина», оставалось всего лишь три капсулы, к тому же всегда под рукой был госпитальер с его гипнозом. Но сейчас настал момент, когда человека надо отработать предельно быстро и эффективно. А тут без «пластилина» ничего не получится.

Глаза пилота закатились.

– Доложи, что все в порядке. Ты забрал груз и возвращаешься, – потребовал разведчик.

– Гора-один. Говорит Ласточка-три. Груз взят. Я возвращаюсь.

– Возвращайся, – произнес дежурный. – Возьми двоих солдат Дюпена для сопровождения. И поосторожнее! От этих еретиков можно ожидать всякого!

– Понял, – вяло произнес пилот.

Вторая доза «пластилина» досталась лейтенанту. Ему вручили автомат. На голову госпитальера нацепили мешок, в котором обычно перевозят еретиков. А Филатов облачился в одежду сержанта.

Машина взмыла вверх и зависла над скалами. А потом резко рванула вперед.

– Осторожнее! – прикрикнул разведчик. Пилот послушно сбавил обороты и посадил машину аккуратно на площадку.

– Ну, – Филатов незаметно перекрестился. – Пошли.

Магистр огляделся.

Он стоял в просторном зале, подпираемом одиннадцатью колоннами. В нем было четыре трона. Два из них пустовали.

– Засада? – спросил Домен.

– Скорее торжественная встреча, – произнес аббат Христан.

– Но…

– Стойте здесь.

Аббат Христан шагнул вперед, с трудом преодолел пентаграмму, вышел из заколдованного пространства.

– Броси-и-ил! – Черный шаман рванулся вперед и увяз как муха в сиропе. – Обманщик! Я выем твои потроха!

– Что происходит? – спокойно спросил Магистр. – Христан, почему вы предали нас? Аббат Христан ничего не ответил.