Э.Э. "Док" Смит - ПЕРВЫЙ ЛИНЗМЕН

– Джил? Она тоже подходит? Но откуда вы знаете о ней? "Любой из наших молодых Стражей, наблюдая за вами на протяжении последних двадцати трех лет, пришел бы к такому выводу. У нее степень доктора психологии, она обучалась на Марсе и Венере, прошла курс у адептов из Полярной Области Юпитера… Ее стойкость, непосредственность, сила духа имеют не меньший вес, чем знания. Наконец, есть и особые таланты… Вы помните ту игру в покер?"

– Конечно, - Сэммз смущенно улыбнулся. - Она излагала нам свою стратегию - совершенно открыто…, а потом обчистила всю компанию до последнего медяка.

"Значит, вы понимаете, о чем я говорю. Но подведем итог! Не переживайте, если почувствуете себя неподготовленным, недостойным, некомпетентным - это тоже часть груза ответственности, который несет Ленсмен. Обследовав разум Родерика Киннисона, вы, возможно, решите, что не вам, а ему пристало быть первым. Он будет думать тоже самое о вас. Не удивляйтесь! Ни один разум в Галактике, даже самый мощный, не способен к абсолютно точной самооценке."

Ментор сделал паузу; казалось, он что-то вычислял, на миг словно забыв о сидевшем перед ним человеке.

"Время истекает, - внезапно заметил он. - Через минуту вам надо отбыть."

– Спасибо вам…, спасибо за все! - поднявшись на ноги, Сэммз склонил голову. - Надеюсь, дело теперь пойдет вперед. И я смогу опять появиться у вас…

"Нет, - прервал его холодный беззвучный голос. - Я не предвижу в будущем повой встречи - вне зависимости от того, нужна она или нет."

Контакт прервался, словно между ними опустили тяжелый, плотный и непроницаемый занавес. Сэммз вышел из здания, сел в поджидавший его экипаж и через несколько минут очутился в кабине шлюпки. Путь до приемного шлюза "Чикаго" был недолгим. Очутившись на борту, он, не говоря ни слова, будто загипнотизированный, проследовал в свою каюту.

Вскоре Сэммз широко распахнул дверь и появился в коридоре, где собралась порядочная толпа встречавших. Теперь печать молчания была снята с его уст.

Они сидели в малой кают-компании бок о бок с Киннисоном.

– Ну, Род, вот я и вернулся… - начал Сэммз и вдруг почувствовал, что слова излишни. Разум друга был раскрыт, распахнут перед ним; и то, что Сэммз в одно мгновение почувствовал и узнал, заставило его онеметь.

Он дружил с Киннисоном много лет; он не сомневался, что тот - честный, мужественный и умный человек. Он знал, что Род смел и силен - и добр, очень добр. Для него не существовало маленьких людей; люди были прежде всего людьми, а не серой массой из статистических справочников. Наконец, Киннисон относился к породе бойцов, и его доброта и жалость не превращались в мягкосердечие. Когда требовалось нажать орудийную гашетку, он не колебался - а стрелком Родерик был отменным.

Но только теперь, когда Сэммз смог заглянуть в его сознание, он понял все величие духа, всю мощь разума Родерика Киннисона. Воистину, этот человек был из племени титанов!

– Что случилось, Вирджил? - Киннисон взволнованно протянул к нему руки. - Вы выглядите так, словно узрели привидение! Что они сделали с вами?

– Ничего, Род, ничего. Я действительно вижу чудо… Но не привидение - живого человека! - Сэммз поднялся. - Пойдемте в мою каюту, я привез подарок.

Под любопытными взглядами офицеров они направились в закуток шефа Галактического Патруля; там ленсмены провели почти все время, пока "Чикаго" возвращался домой. Наконец, крейсер встал на выдвижные опоры на бетонной площадке астродрома, и его пассажиры, взяв машину, поехали к Холму.

– И кого же вы собираетесь послать первыми? - спросил Киннисон, когда их глайдер, миновав массивные ворота, нырнул в тоннель.

Сэммз угрюмо пожал плечами.

– Семь-восемь человек, не больше. Мне казалось, что я могу набрать целую сотню или две… К сожалению, это не так, Род. Джек, Мэйсон Нортроп, Конвэй Костиган будут первыми. Затем - Лиман Кливленд и Фред Родебуш…, возможно - Бергенхольм…, пока я еще не решил. Вот и все.

– Разве? А что вы скажете о ваших кузенах - близнецах Олмстедах?

– Что ж, пожалуй и они…

– Вспомните о коммодорах Клаймоне и Швайнерте…, о Набосе… Дал-Налтеле… О Джил, наконец.

– Да, Джил… Она, вероятно, тоже подойдет.

– Почему бы нам не пригласить всех этих молодых людей, чтобы окончательно разобраться с ними?

Эта мысль показалась Сэммзу здравой, и вскоре вся компания собралась в его кабинете в Холме, Молодежь слушала отчет о последнем полете "Чикаго" с горящими глазами; все они были готовы рискнуть - точнее, мечтали об этом. Что касается Джил, единственной девушки в группе, то общее мнение выразил Киннисон-младший.

– Было бы просто несправедливо оставить ее, - решительно заявил он. - Джил подходит не меньше любого из нас.

– Дже-ек! - с удивлением протянула девушка. - Разве у меня не куриные мозги? Или прекратился склероз, выпадение памяти, паранойя, шизофрения и…, и что там еще? Потом - я же сплю на ходу! Я - скандалистка, упрямица, кокетка…

– Ехидная девчонка, твердолобая гусыня и многое другое, - подхватил Джек, ничуть не смущаясь присутствием двух старших представителей их фамилий. - Но даже в половине твоих куриных мозгов больше ума и здравого смысла, чем у любой девицы твоих лет. И потом, я никогда не утверждал, что ты не способна хорошо соображать - когда хочешь, конечно, - Итак, возражений нет? - спросил Сэммз, усмехаясь. - Тогда - в дорогу! Мне кажется, двигатели "Чикаго" еще не успели остыть.

Спустя некоторое время трое молодых офицеров и девушка собрались в каюте Джека Киннисона на борту "Чикаго". Джин первой нарушила гнетущее молчание.

– Ну? Стоит ли меня жалеть? Я не видела ничего прекрасней за всю свою жизнь. Богиня, настоящая богиня семи футов ростом! Выглядела она лег на двадцать, но глаза…, такие глаза, словно в них светится мудрость тысячелетий! - Джил мечтательно вздохнула и вдруг поинтересовалась:

– Что вы так на меня уставились?

– Богиня?! - дружным хором переспросили все трое.

– Да. Женщина! Почему это должно вас удивлять? Конечно, мы спускались на планету поодиночке, но я думаю, что она встречала всех. Разве не так?

Мужчины заговорили, перебивая друг друга, и Джил подняла руку.

– Погодите! Пусть каждый расскажет, что видел. - она повернулась к Костигану. - Конвэй, пожалуйста, вы - по праву старшего. Итак, где вы побывали?

– В Управлении Галактической Безопасности, у его шефа, - бодро сообщил Костиган. - Видный мужчина лет сорока пяти, шесть футов и два дюйма, волосы - рыжеватые, как у вашего отца, Джил, и такие же янтарные глаза. Умный, знающий, тактичный. Побеседовал со мной, потом достал из сейфа браслеты и защелкнул на моих запястьях.