Крис Банч - БИТВА С НЕБЕСАМИ

Лагерь располагался на скальном обрыве, за выступом, который скрывал вход в длинную – не меньше пятидесяти футов – пещеру.

В лагере было человек двадцать с лишним.

Из пещеры вышел мужчина:

– Зовите меня Андрос.

Джошуа усмехнулся:

– Так и подмывает представиться «Гомо». Однако я – Джон Тейлор. Это… Арчибальд Вторник.

Чесни нахмурился, потом сообразил.

– Отлично, – сказал Андрос, – на войне настоящих имен лучше не называть.

– А иногда и после, – заметил Вольф.

– Верно. Но мы не собираемся идти по стопам господ Ульянова и Джугашвили.

Чесни ошалело таращился, не понимая, о чем разговор.

Девушка улыбалась.

– Я полагаю, это то, за что мы заплатили так дорого? – Андрос указал на ящик.

– Да.

– Замечательно. Теперь-то мы себя покажем.

Только-только стемнело. Пока Чесни и Вольф мылись в ручье, бунтовщики приготовили ужин.

«Не хило жрут эти партизаны, – заметил Чесни, – как в ресторане». Подали рыбу, запеченную в ароматных листьях, три вида неведомых овощей, мясо – судя по вкусу, свинину – в пряном соусе, фрукты. Запивали все это холодным травяным чаем. Чашки, ложки и миски были пластмассовые, военные.

Джошуа и Чесни сидели у входа в пещеру с Андросом и девушкой, которая представилась Эсперансой. Бластеры и рюкзаки им вернули.

Остальные мятежники остались в пещере и тихо переговаривались над остатками трапезы. Сейчас их было около сорока, по словам Андроса – примерно половина отряда. Остальные стояли на постах или устраивали засады по другую сторону хребта.

– По законам жанра, – сказал Андрос, – полагалось бы развести костер и устроить пир. Но, увы, инфракрасные датчики лишили народную войну всякого романтизма.

– Пустяки, – отмахнулся Вольф, – мы на работе не пьем. – Он взглянул на пещеру. – Мне любопытно. Вы не думаете собирать… э… устройство прямо здесь?

Эсперанса расхохоталась:

– Нет, мистер Тейлор. Здесь – не думаем. Но я не скажу вам, где оно сработает.

– Меня это не волнует. Я предпочел бы узнать, как готовили ту свинью.

– Свинью? – удивился Андрос – А, вы про жареного тарафна?

Чесни внезапно выпрямился и выпучил глаза.

– Мы решили, это будет по справедливости… – Андрос делал вид, что не замечает смятения Чесни. – Тарафн пытался нас съесть, мы просто успели раньше.

– Тогда рецепта не надо, – ответил Вольф. – Если тарафн и впрямь тот очаровашка, которого мы встретили по дороге, вряд ли их стоит держать на корабле в клетке. А теперь, может, поговорим о деле?

Андрос подлил себе чаю.

– Конечно. – Он повернулся. – Элва! Принеси коричневый конверт из моей скатки!

Из пещеры вышел юноша с бластером в одной руке и пухлым конвертом в другой, зло взглянул на чужаков и сел чуть поодаль.

– Позвольте прежде задать вопрос, – сказал Андрос – Вы оба – асы своего дела. Когда Инспекторат открыл огонь, мы были недалеко от деревни. Мы видели ваш корабль и знали, что вам – конец. Однако вы увернулись от всех ракет и прошли прямо над установками, показав скотам, насколько их презираете.

Я в жизни не видел ничего подобного, даже не слышал о таком.

Наше дело сильно выиграло бы, окажись у нас звездолет с двумя такими пилотами. Уж тут мы задали бы жару этим скотам, которых поклялись уничтожить.

– Сколько? – напрямую спросил Чесни. – Я обойдусь дорого, тем более что будет один мой корабль, – Инспекторату не придется ломать голову в выборе цели. Друг мой тоже стоит дорого. Не буду говорить, кто он на самом деле, скажу только, что во время эльярской войны был высокопоставленным офицером спецназа и сражался как на земле, так и в воздухе.

– Хм. – Андрос взглянул на Вольфа. – Нам пригодился бы опытный тактик, чтобы тренировать новобранцев и, может быть, планировать атаки, пока наши офицеры еще не набрались опыта.

– А мое мнение кто-нибудь спросит? – полюбопытствовал Вольф.

– Не знаю, согласитесь ли вы, – сказал Андрос, – но должен объяснить, что плата за ваш груз практически опустошила нашу казну. Вам придется ждать, пока пришлют денег с Булнеса или с соседней планетной системы. Там есть наши сторонники. Мы – не скупердяи. Мы заплатим сколько можем, сейчас, и в десять раз больше, когда свергнем Инспекторат.

– У меня другие планы, – произнес Вольф. – Очень жаль.

– У меня ничего не горит, – сказал Чесни, – но ни один вольнонаемый не может работать за обещания. Победители обычно забывают рассчитаться.

По-моему, был такой Маккиавелли, который сказал, что только дурак расплачивается с наемниками иначе чем мечом?

– Понятно, – сказал Андрос. – Очень жаль, что мы не можем позволить себе ваших услуг. Здесь все, что удалось собрать. – Он протянул конверт.

– Что удалось собрать? – Недоверие на лице Чесни быстро сменилось яростью.

Андрос покачал головой.

– Все было бы проще, если бы вы согласились, – сказал он, убирая руку за спину. – А раз так, мне чертовски жаль, но…

Джошуа выхватил из рукава спрятанный бластер и выстрелил Андросу в лицо. Тот завалился на бок, выронил пистолет.

Элва целился. Вольф вскочил на одно колено, уложил его выстрелом в грудь. Юноша изумленно всхлипнул, упал на спину.

В пещере закричали. Эсперанса возилась с предохранителем винтовки. Две вспышки блеснули одновременно, она упала плашмя.

Вольф схватил винтовку, выстрелил в устье пещеры. Потом бросил Чесни его кобуру, сунул конверт за пазуху, подхватил рюкзак.

– На тропинку, – приказал он. – Держись впереди.

Чесни кивнул, застегнул ремень с кобурой, поднял рюкзак.

– Как насчет ящика?

– Пусть остается. За него почти заплатили.

Кто-то стрелял, луч бластера ударил в землю. Вольф пальнул наугад, перебросив ремень кобуры через руку. На дорожке вырос изумленный часовой:

– Что тут такое? Что…

Чесни выстрелил ему в голову. Тот дернулся, уронил винтовку, рухнул в ручей. Они перебежали по мостику, и Вольф столкнул арматурину в воду, на убитого.

Потом догнал Чесни.

– Рвем что есть силы, пока я считаю до ста, – распорядился он. – Дальше ты идешь еще столько же, на счет «сто» ложишься в кусты и ждешь меня.

– А ты?

– Устрою засаду, потом догоню тебя. Не стреляй на свист, это буду я.

– Ладно.

– Тем более что конверт с деньгами при мне.

– Валяй, – сказал Чесни. – Я слышу шаги.

Они двинулись дальше. Света едва хватало, чтобы не потерять тропку. Вольф считал спокойно, старательно.

Девяносто восемь… девяносто девять… сто…

Он юркнул в сторону, Чесни продолжал идти.