Станислав Гримайло - Узкие дороги космоса

— Кхм, мне кажется, вы немного преувеличиваете масштабы...

— Да? — я пожал плечами и невозмутимо продолжил. — Я могу и ошибаться, но почему-то в Империи мутантов огромное значение придается "уникальным способностям". И ребенок, у которого до совершеннолетия не проявились улучшения, причисляется к самому низкому сословию и навсегда лишается возможности получить хорошее образование и двигаться по карьерной лестнице.

Я немного помолчал и закончил:

— Видимо, Кен-Кел был не в восторге от идей АЕС. Так что, моя версия вряд ли описывает правильно происходившие тогда события, но что-то в ней есть.

— Может быть, — подтвердил Хант, но, если судить по его глазам, он не согласен с моей интерпретацией событий.

Следующую остановку мы сделали в небольшой лаборатории. По крайней мере, такое впечатление произвело найденное помещение: столы, заставленные непонятным оборудованием, множество мониторов, огромный экран в одну стену. Только, как и везде на станции, никаких признаков присутствия человека. Несколько маленьких замерших роботов, напоминающих уборщиков, раскиданные в самых неожиданным местах листы похрустывающей бумаги с печатным рядами неизвестных символов и рисунков.

— Ноль! — притаившийся в засаде под столом небольшой ящик неожиданно атаковал мой ботинок. По лаборатории пронесся звонкий "бдинь", и, ответив на приветствие, загудела нога.

— За что вы так любите это число? — хмыкнул Хант.

— Не число, а рехнувшийся ИИ.

— Рехнувшийся ИИ? — удивленно переспросил Ричард и попросил, — расскажите подробнее.

— Вы разве не знаете? — удивился в свою очередь, — это история еще с Земли, когда ИИ в результате атаки хакеров съехал по фазе и развязал войну против людей.

— Бред, — констатировал Хант.

— Это исторический факт!

— Джеймс, искусственный интеллект не может "съехать по фазе" никаким способом. Честно говоря, даже развить личность у компьютера практически невозможно, поскольку все кристаллы для ИИ сами в себе несут ограничивающие факторы вплоть до второго уровня по Келласу.

— Э-э-э... Не понял.

— Классификация уровня возможностей ИИ Келласа. Восьмой уровень — обычный компьютер с программным виртуальным интеллектом, точнее просто набор готовых действий с описанием их употребления. Первый уровень — живой кристалл, вмещающий ИИ и адекватно реагирующий на развитие содержимого.

— А Ноль?

— Число, — хмыкнул Хант, — хотя еще был единственный неудавшийся эксперимент Кен-Кела, который назывался "Ноль". Но попытка создать ИИ без ограничений провалилась. Даже великий гений Кен-Кел в этом потерпел неудачу.

— А откуда тогда легенда про "Ноль" взялась?

— Фантазия человеческая безгранична, — хмыкнул Ричард, — да и в большинстве случаев, вместо решения насущных проблем, человек предпочитает тратить свое время и возможности на совершенно ненужные вещи.

Точнее и не скажешь. Почему-то сразу пришла мысль, что это про меня сказано. Наверняка, в разные моменты жизни для каждого человека эта фраза становится верной...

— Кстати, Ричард, все же есть ИИ, которые при общении неотличимы от живого человека, — сразу вспоминается Воробей — большой любитель шуток.

— Субъективное восприятие может быть ошибочным, — не согласился научник, — для окончательного вывода просто общения с одним пользователем недостаточно. Следует собрать большую статистику, провести десятки тестов. В конечном счете, у хорошего ИИ очень большой набор фраз для непосредственной работы с оператором.

— Могу привести длинный список знакомых, у которых количество фраз не превышает и десятка, — ехидно ответил Ханту.

— Человек не совершенен, — философски отозвался Ричард, — поэтому мутанты и заняли господствующее место в итоге.

— Подождите, — я посмотрел на собеседника, — вот объясните, каким образом может повыситься уровень развития человека от таких мутаций, как дополнительные внутренние органы, конечности, глаза?

— Вы привели примеры мутаций, предназначенных для низшего, "рабочего" класса общества. Согласен, они никак не сказываются на развитии личности.

— Но таких мутантов большинство! Выходит, они совершенно не отличаются от среднестатистического гражданина Содружества.

— К чему вы клоните?

— К тому, что общество мутантов строится по принципам нормальных человеческих отношений. И на счет ИИ — а обычный человек может пройти тесты и в результате доказать, что он живое мыслящее существо, а не табуретка?

— Я не согласен с вами. Общество мутантов гораздо жестче структурировано, каждый представитель занимает свое единственно возможное место. Про тесты утверждать что-либо не берусь, поскольку с ними плохо знаком, — невозмутимо ответил Хант, с увлечением просматривающий на включенном мониторе непонятные ряды символов.

— Что это? — заинтересованно подхожу ближе.

— Журнал ведения экспериментов, — недовольно ответил научник.

— Каких?

— Сложно сказать... Здесь только теоретические выкладки, сами эксперименты, судя по заметкам, проводились на другом уровне. Основная тема — работа над "вакуумным реактором".

— Это что за консервная банка?!

— Простите? — повернулся ко мне Хант и бросил удивленный взгляд.

— Э-э-э... как его... агрегат!

Ричард смерил меня уничижительным взглядом, навсегда, наверное, причислив к классу "недалекий пилот".

— Самый амбициозный проект Кен-Кела после "Ноля". Аналогично неудачный. Реактор, выделяющий энергию, полученную в результате реакции рабочего вещества с вакуумом.

— Звучит, мягко говоря, странно, — заметил осторожно.

— Все последние проекты Кен-Кела вышли таковыми. ИИ без ограничений, дармовая энергия, космические яхты с гипердвигателями, особенно безумными были его утверждения о возможности сдвига планет с орбиты.

Какие такие двигатели? Но, чтобы лишний раз не злить научника, решил не переспрашивать. Похоже, серьезным мужиком был этот Кен-Кел. Сколько неудавшихся экспериментов, непонятно откуда взявшиеся ковчеги — странно все это.

Хант, увлеченно елозящий пальцами по экрану, и непонятным образом при этом успевающий понимать стремительно мелькающие ряды неизвестных символов, спросил:

— У меня две новости, одна, по обычаю, плохая, вторая — хорошая. С какой начнем?

— А что на этот случай говорит обычай? — невинно интересуюсь.

— Не задавать глупых вопросов и отвечать на поставленные, — насмешливо ответил Ричард.

— Давайте хорошую.

— В записях я нашел указание месторасположения лаборатории.

— Это радует, — я не удержался и подколол собеседника, — но разве мы сейчас не в лаборатории?