Денис Ватутин - Конец легенды
— Давно мы с тобой не виделись… — медленно произнес он, закуривая свою любимую сигару…
— Да уж… — кивнул я. — Давненько…
— Скучал? — спросил он скорее у дыма, который, выйдя из его ноздрей, принял очертания подводной лодки.
Ее аккуратно унесло ветром.
— Вот чему я у тебя реально научился — не на лекциях, а по жизни, — ответил я, развалясь в шезлонге и потягивая мохито со льдом, — так это цинизму, дядя.
В моих руках тлела сигарета, а на лбу восседали солнцезащитные очки. Кожа моя лоснилась антизагарным кремом, и, как это ни странно, пляж был пуст.
Сатана усмехнулся.
— А ты считаешь, что это скверно? — спросил он, глядя куда-то на песок.
— А что тут была за девочка, тогда… перед этим? — вопросом ответил я.
— Алиса, — произнес он таким тоном, словно этим все было сказано.
— Я что, какой-то особенный? — вновь спросил я.
— Нет… — ответил он беспечно. — Просто ты — это ты… Пространство вариантов…
— Ладно, — отмахнулся я, — давай без этих загонов… Что происходит? Мне так был нужен твой совет…
— А поэтому его и не было, — вновь ухмыльнулся он. — Слишком уж тебе было надо…
— Я прошу, — я стиснул зубы, — просто подскажи хоть что-то…
— Что? — спросил он. — Видишь эту чайку?
— Дядя, хватит. — Я нервно затянулся сигаретой Gitanes[59]. — Ты говорил, что-то про систему тестов…
— Ах да, — махнул он рукой, словно вспоминая, хотя я знал, что он лжет, — действительно… Это тебе, мой мальчик, не какой-нибудь Роршах[60], это та самая, альтернативная квантовая модель… Если ты меня понимаешь, конечно…
Его высокомерие бесило меня, но я старался держаться в рамках.
— И в чем же ее суть? — поинтересовался я.
— Ну… — протянул он неопределенно. — Видишь ли… В тестах Роршаха ключ к разгадке личности лежит в ее ассоциациях на зрительные объекты… Это конечно же примитивно для нас, Высших…
— Так? — подбодрил я его, весь обратившись в слух.
Я знал, что тщеславие — один из его недостатков.
— Ну, так вот, мальчик мой. — Он вновь затянулся сигарой, дым из которой теперь напоминал портрет Ирины.
Я понял: он читает мои мысли! Как же я ненавижу богов!
— В данном случае, — лениво продолжал он, — с точки зрения психологии, мы ставим человека перед его собственными проблемами: глупостью, трусостью, комплексами и страхами. А как иначе? Ведь ты такой же, как и все, — пусть и более крепок, но… Такой же по уму и талантам… Я никогда не относился к тебе лучше, чем к остальным студентам: надеюсь, ты это знаешь… Просто я, как ни странно, верю в тебя… Вот…
— Спасибо, дядя, — кивнул я, стараясь ни о чем не думать. — Значит, конечно же на базу пройти можно?
— Да легко! — Он усмехнулся.
— А почему туда никто не прошел до сих пор?
— Потому что, — ответил он, прихлебывая из хрустального бокала. — Ибо!
И тут он расхохотался…
В этот момент я его по-настоящему ненавидел… Но, обуздав свои эмоции, я даже выдавил кислую улыбку…
Я решил его осадить.
— Значит, только прошедший тест сможет править миром и Вселенной? — с издевкой спросил я.
— Прошедший тест, — спокойно ответил он, — править миром не захочет! В этом-то и секрет… Ладно, что-то я с тобой разоткровенничался… Я вздремну… Жарко сегодня…
И тут же как по команде ударили гитары с бубнами, и на пляж выскочили несколько стройных девушек в купальниках-бикини и пара парней в бермудах, с гитарами в руках…
Боже… что это была за музыка…
Я вдруг почувствовал приступ безудержного счастья! Эйфория!
Мне стало так легко и свободно, как до сих пор не было!
Мои сны — становятся явью! Ну разве я этого не заслуживаю?!
Нам несли раскрытые кокосовые орехи, нам несли выпивку…
А один из гитаристов всунул в мой рот самокрутку с марихуаной…
Я услышал, как возле моего уха раздался голос:
— Наконец-то ты пришел, Странный, Пастух Глюков! Ты заслужил это счастье! И ты знаешь это!
Я покосился влево и увидел стройную брюнетку с голубыми глазами… Кого-то она мне напоминала…
— Помнишь меня? — по-доброму и нежно спросила она.
— Вроде да… — не очень уверенно ответил я.
— Я же Джоан! Ты забыл?! Ты же тайно меня желал… А я тебя… И наконец-то теперь мы должны с тобой отбросить всякие условности, по крайней мере я думаю, что ты должен чувствовать то же, что и я, и значит…
И тут мне стало совсем все равно: наверное, так и нужно! Я же и правда много страдал и мучился… Ведь это и должно быть правдой — а что же тогда правда, если не это?! Я все делал только ради других! А другие этого не ценили! Да пошли они все…
Вдруг я почувствовал острый запах свежих роз на заре — нежный и дразнящий… Я уж не знаю, что там были за ароматизаторы… Красавица с платиновыми волосами нежно прикоснулась к моему раненому плечу и стала втирать в него какую-то маслянистую жидкость.
Эти ощущения не были похожи на мои обычные видения — от всего этого чувствовался покой… Окончательный и счастливый, забытые эмоции…
Вдруг я почувствовал напряжение между ногами — полуобнаженная красавица с платиновыми волосами, в которые был заткнут экзотический ярко-алый цветок, обвила меня за плечи, слегка массируя мышцы, затем скользнула по груди и к низу живота…
Пели гитары… Солнце клонилось к закату… Я чувствовал эйфорию… Заслуженное блаженство, тем приятнее оно было… За все… За перегрузку нервов… За выстрелы, которых я пытался избежать… За танки… За свой страх… За всю смерть, которую довелось мне видеть и предчувствовать… За погибших товарищей… Стоп!
Сибилла умерла… Брюнетка была похожа на Джей… Но Джей себя так не повела бы …
Меж тем девушки в откровенных купальниках продолжали тереться о меня бедрами и ароматной бархатной обнаженной кожей… Но… Я вдруг почувствовал беспокойство… где-то внутри… Что же это? Как приятно касаются они своими телами…
Мне хорошо… Я не хочу менять что-то в своей жизни…
— Ну и как тебе здесь? — слышу я ласковый голос.
— Как зовут тебя? — спрашиваю я.
— Хуанита, — робко отвечает девушка с блестящими светлыми волосами и чувственным ртом.
— Хуанита, — говорю я дрожащим голосом, — приходи завтра вечером в «Морскую Устрицу», я угощу тебя коктейлем…
— И ты расскажешь мне всю свою историю от начала до конца?
— Конечно! — киваю я. — Всю правду, только факты! Придешь?
— Конечно, дорогой, — тихо отвечает она, глядя куда-то в сторону. — Ты такой… Ты лучше всех…
Я успокаиваюсь…
Все…