Александр Руднев - Бабочка в янтаре

- Парень, расслабься, наконец! Твоя командировка, Егор. Все это и есть твое последнее дипломное испытание. Теперь ты настоящий сотрудник действующей службы энергетической безопасности.

Сунжи еще раз пожал онемевшему Астахову руку и проводил до дверей.

- Отдыхай часов пятьдесят. Все отчеты потом.

***

Егор сидел за стойкой бара и потягивал хайс, задумчиво пялясь в темные квадраты закрытых экранов. На Галилее почти ничего не изменилось, кроме того, что опустели целые сектора. В развлекательных и спортивных заведениях царило затишье и какой-то неживой полумрак. На узких улочках лишь изредка встречались служащие специализированных ведомств. В отсеках поселилась вязкая пыльная тишина, словно после шумных увеселительных мероприятий, когда все устали, и надо выспаться перед рабочим днем.

В баре кроме него сидели еще двое мужчин в дальнем углу и о чем-то оживленно спорили. Монотонная успокаивающая мелодия вводила в какой-то полугипнотический транс, и Егор протер глаза, чтобы не задремать.

Несколько часов назад ему в торжественной обстановке вручили настоящий теперь уже диплом и подлинное удостоверение. Присутствие на церемонии Даггса и Ковача поначалу его повергло в шок, но потом, поскольку вся его история оказалась банальной проверкой на вшивость, это показалось даже забавным. Они с резиновыми улыбками на лице пожали Астахову руку и поздравили с успешной сдачей выпускного экзамена.

Как ему объяснили позже, главным испытанием было предложение выдать за крупную сумму секретную информацию. Все переговоры по этому поводу записаны на кристаллы-накопители и даже продемонстрированы ему самому с выдачей копии записи на память.

Со слов других выпускников, некоторым из них пришлось выпутываться из сложных ситуаций после якобы вынужденной посадки на безжизненных планетах, или подменять капитанов звездолетов в ответственные моменты. Кто-то должен был рассчитать маршрут для прыжка. Но самое экстравагантное задание, пожалуй, было у Астахова.

Странно, но удовлетворения он не испытывал, как и ощущения, что все позади, и что начинается новая жизнь. Было недоумение, сожаление, даже порой возмущение, что его использовали, но только не облегчение, какое чувствуется после сдачи выпускного экзамена.

Сидя здесь, в баре, Егор вспомнил Марка и девушку, труп которой он видел в отеле. Как-то крутовато наложилось для зачетного задания. Причем он готов был поклясться, что все происходило на самом деле без всяких симуляций и театральных сцен.

Охвативший вдруг приступ дурноты отрезвил Егора, и он отодвинул стакан. На сегодня хватит, пора в койку. Однако, вернувшись в свой отсек, он не смог уснуть ни через час, ни через три, проворочавшись около шести часов к ряду, лишь пару раз проваливаясь в чуткое забытье.

Через неделю должно было состояться распределение выпускников школы, и если суток семьдесят назад Астахов с трепетом ждал этого момента, то теперь ему было все равно. Какая-то апатия и равнодушие овладели им с самого прилета, и как ни странно, казалось ненастоящим именно то, что происходило здесь и сейчас. Этот экзамен, вручение дипломов, распределение. Все померкло и потеряло былой смысл. Где-то в глубине сознания укоренился и прорастал другой мир, с погонями, риском и смертью, и Егор окончательно запутался, отчаянно пытаясь понять, где реальность, а где наваждение.

Стоя у входа в оперативный центр информационной службы, Астахов возбужденно оглядывался по сторонам, нервно сжимая кулаки. В последний раз он был здесь суток двести назад, когда изучал рельефы и скальные породы Земли.

В просторном бледно освещенном зале стоял запах нагретого пластика и цветочного аромата. Искусственные экстракты распылялись практически во всех публичных помещениях города, и порой это раздражало, но здешний Астахову нравился. В лабиринте перегородок можно было легко заблудиться, и Егор присел за первый попавшийся компьютер. Немного помедлив, он выглянул из-за полутораметровой стенки и, убедившись, что никто из посетителей не обращает на него внимания, решительно нажал на пуск.

В центре стола возник светящийся квадрат с эмблемой информационной службы, на уровне груди появились две клавиатуры. Сначала он вывел на экран общую информацию о Тибероне-16. Ничего особенного, планета как планета, песок, камни, три официальных поселения в разных широтах. Ни о каких подозрительных фактах, случаях массовой гибели рабочих, крушении военных кораблей, ничего. Может, просто отчеты с колоний не поступили, или сведения недостоверные.

Каждые несколько суток все колонии и звездолеты посылают на сервер Корпорации донесения обо всех значимых событиях, отчеты о движении финансов и изменении персональных данных. Здесь информацию обрабатывают и систематизируют, это еще несколько суток. Странно.

Егора вдруг озарило. Ведь если что-то хотят скрыть, этого явно не будет в свободном доступе. Надо залезь в базу военных или полиции. Пытаться пробраться к закрытым файлам дело не только непростое, но и опасное, и Астахов начал сомневаться, стоит ли продолжать. Но он должен все проверить, должен во всем разобраться, иначе сойдет с ума.

Он нажал кнопку вызова одного своего приятеля, которого как-то раз выручил, и тот теперь был ему немного обязан.

- Привет, Стэн! Это Астахов, дело есть.

- Ты что, спятил, парень! - воскликнул Стэн, - залезть в секретную базу. Ты хоть знаешь, чем это может закончиться?

- Ты же гений в этом. Чего испугался? Помнится, когда я тебя от полиции прятал, ты не очень возмущался.

Тот опустился в кресло и зажмурился, мотая головой. Стэн Фетисов работал в центре коммуникаций техником, и знал компьютеры, как свои пять пальцев. Не брезговал подработками, создавая системы защиты частной и коммерческой информации для тех, кто хорошо платил. В свои двадцать семь лет он имел серьезную репутацию в узком кругу. Пару тройку раз имел проблемы с властями по поводу взлома частных файлов, однако отделывался по-легкому, так как умело прятал следы своего участия в таких проделках.

Однажды Астахов выручил его, поселив на несколько суток в своем отсеке, поскольку Фетисов вляпался в очередной раз в неприятную историю. Когда все улеглось, Стэн улетел на Марс и прожил там два астрономических года. Вернулся недавно и устроился на работу под другим именем. Попасть в переделку еще раз, означало для него, по сути, потерю всего. Поэтому уверенности, что он согласится, у Егора не было.

- Ладно, Стэн! Подумай. Если решишься, дай знать, - проговорил Астахов и направился к выходу из комнатки, оставив приятеля в размышлениях.